Чтение онлайн

– У Нас сосиски, - каменным голосом объявила я, - с вермишелью "Макфа".

– Таши!
– распорядился Гарик.

– Их варить надо!

– А мы не торопимся!

Я набила кастрюлю сосисками и тупо уставилась в окно. "Бильбо" старательно выводила:

А у тебя И у меня Дорога одна...

– Эй, мальчики, - крикнула я, - сосиски будете?!

– Вы нам?
– поинтересовался гитарист.
– Будем, с огромным удовольствием.

Скоро все расселись за большим столом и начали вытаскивать из кастрюли розовые, исходящие паром сосиски.

– Эх, горчички охота, - пробубнил Гарик, - нету у тебя?

Я хотела было пойти на кухню за "Малютой Скуратовым", но остановилась. Ну уж нет, Володе Костину не дала горчицы и этим не предложу.

Но никто особо не стал переживать из-за отсутствия специй. Вермишель и сосиски исчезли в мгновение ока, потом выпили по две чашки чая с булочками.

– Дядя Игорь, - спросила Лизавета, - а "Бильбо" еще петь будет?

– Они ваши до полуночи, - ответил Гарик.

– Можно, мы ребят позовем послушать?

– Конечно.

Дети бросились к телефону. Музыканты вышли во двор и закурили. Я осмотрела гору грязной посуды и сказала:

– Пойду лягу, голова болит, спокойной ночи. Кстати, может, тебе домой пора?

– Не-а, - пробормотал Гарик, щурясь, как довольная кошка.
– Не пора. Вот тут лягу на диванчике, газетку почитаю! Ах, как у тебя здорово - лес, цветы, жасмин, птички поют, трава под самыми окнами... И сосиски эти с вермишелью... Знаешь, меня в детстве вывозили в деревню к бабке. Матери с понедельника по субботу не было, а в воскресенье мы ели вот такие страшно вкусные сосиски. Ну никогда мне больше не было так хорошо!

– Неужели у тебя нет дачи?

– У меня, - пробормотал Гарик, вытягиваясь на диване, - загородный коттедж с бассейном и теннисным кортом да повар в придачу, настоящий француз - консоме, жульен, фуа гра... Только вкуса никакого и радости мало. Честно говоря, я дом свой недолюбливаю, его дизайнер обставлял, красиво, как на картинке, а жить неудобно. Все эти мраморные полы, джакузи... В обычной ванне с душем комфортнее.

Я, когда моюсь, всегда жутко мерзну, помещение большое, да еще с окном. Плохо прогревается.

– А ты переделай все и выгони француза, найми обычную тетку.

– Нельзя, - вздохнул Гарик и закрыл глаза, - скажут, разорился...

– Не наплевать ли тебе на всех? Сам же говорил, что самый богатый. Пусть под тебя подстраиваются. Ей-богу, здорово получится, у всех навороченная мебель, а у тебя такая, на которой спать удобно!

– Мне не приходило это в голову, - сонно пробормотала "нефтяная труба", по мне так самый удобный диван - вот этот, на котором сейчас лежу.

Он закрыл глаза и засопел. Я с тоской посмотрела на олигарха. Вот бедолага! Потом сходила в гостиную, приволокла плед и укрыла Гарика, правда, предварительно стащив с него элегантные ботинки. Ей-богу, жалко парня!

Наверное, мы опять попали в зону смены погоды, потому что сон свалил меня мгновенно. Посередине ночи я проснулась и услышала звуки музыки. Плохо понимая, что происходит, машинально выглянула в окно. Перед глазами предстала дивная картина. На площадке возле гаража горит костер. Рядом заливаются соловьями "Бильбо", а вокруг огня скачут полуголые, перемазанные с ног до головы подростки, штук двадцать, не меньше. Вместе с ними носится мужик, одетый только в семейные трусы, у всех в руках длинные палки и какие-то тряпки. Я отступила в глубь комнаты и глянула на часы - полчетвертого. Не может быть, просто мне снится сон. На полянке никого нет, "Бильбо" уехали, наверное, еще в полночь!

С этими мыслями я рухнула вновь в кровать. Солнце разбудило меня в полдевятого. Выйдя в гостиную, я увидела на разложенном диване двух гитаристoв, между которыми устроилась Ада. На софе в Кирюшкиной комнате нашелся барабанщик, а на раскладушке мирно сопел клавишник. Кирюшка и Лизавета тоже не собирались вставать. Но самая восхитительная картина меня ожидала на веранде.

На диване громко храпел Гарик. На нем устроились Клаус, Семирамида и Лингва. Очевидно, благодарные за эксклюзивную кормежку кошки решили обогревать своего благодетеля. На полу, словно верные собаки, мирно почивали Рома и Леня. Парни постелили матрацы, наверное, найденные на чердаке. Рядом с ними развалились Рамик и Рейчел.

На столе было полным-полно пустых чашек и тарелок, костюм Гарика, перепачканный чем-то черным, валялся в углу.

Я помылась, выпила кофе, но никто из спящих даже не пошевелился. Ну, хороша охрана, хозяина можно убивать, они даже не вздрогнут. Но стоило мне взяться за входную дверь, как Рома моментально сел.

– А, это вы, Евлампия Андреевна.

– Тише, разбудишь народ, спи давай, я на работу поехала.

На лужайке возле гаража чернел след от костра. Тут и там валялись картофельные очистки. Значит, это был не сон. Они и впрямь жгли тут костер и скакали вокруг огня, словно дикие папуасы...

– Жалко, вы спать рано пошли, - сказал, приблизившись неслышным шагом, Рома, - я никогда Игоря Серафимовича таким веселым не видел. Сначала песни пели, потом картошечку пекли, ну чисто пионерский лагерь, здорово. Около шести спать легли. А Игорь Серафимович...

– Что?

– Телефон у него зазвонил уж под утро, он его выключил, а там заклинило вроде, звенит и звенит, ну он его, - Рома рассмеялся, - как зашвырнет в костер! Со всего размаху, гуд бай, "Сименс"! Вон, видите?

Я перевела взгляд на пепелище и заметила в центре выжженного круга крохотный оплавленный кусок пластмассы - все, что осталось от мобильника.

ГЛАВА 20

Валентина Николаевна Столярова оказалась очень активной, веселой и приветливой дамой.

– Садитесь, садитесь, - улыбалась она, - кто вас интересует?

– Славин Вячеслав Сергеевич, поступил в 1956 году с золотой медалью на экономический факультет...

– Сейчас, сейчас, - пробормотала Столярова, - обязательно найдем, у нас, архивных девушек, ничего не пропадает, ага, вот оно, смотрите. Здесь все: анкета, фотографии, копия аттестата.

Я принялась разглядывать бумаги.

Славин Вячеслав Сергеевич, 1940 года рождения. Мать - Анна Ивановна Коломийцева, отец - Славин Сергей Иванович, погиб в 1943 году в боях за Курск. Окончил школу No 8 в городе Мартынове и там же получил золотую медаль.

– Странно как!
– воскликнула я, разглядывая копию потертого аттестата.

– Что-то не так?
– кинулась мне на помощь Валентина Николаевна.

– Нет, нет, все в порядке, - поспешила я успокоить приветливую даму, - не знаете, где такой город Мартынов?