Чтение онлайн

– Что с ней?
– удивилась Ребекка.

– В обморок от духоты упала, - пояснила я. Продавщицы мигом добыли тряпку и ловко вытерли коричневые потеки.

– Видите, - верещали они, - какой клевый диванчик, хоть что с ним делай, не испортишь.

Я почувствовала, что сейчас лишусь чувств и рухну рядом с бедной собакой, представляя, как будет выглядеть пейзаж, когда Веня выльет мне на голову фанту.

– Гарик, - простонала я, - Гарик, сделай мне подарок!

– Проси что хочешь, - оживилась "нефтяная труба".

– Купи этот диван, прямо сейчас, иначе не отстанут!

– Легко, - согласился Игорь Серафимович, - сколько?

– 127 тысяч!
– выкрикнули девицы. Я похолодела.

– Сколько???

– Рома, - преспокойно велел Гарик, - действуй!

Охранник быстрым шагом двинулся к кассе. Девочки бежали перед ним. Я вытянулась на липкой коже и прижала к себе тяжело дышащих мопсих. Ну теперь, когда эта мебель наша, меня больше не тронут. В голове звенело, в уши словно натолкали вату. Раскаяние жгло душу. 127 тысяч! Но поздно, Гарика не остановить.

– Дама, - раздался прямо над моей головой голосок.

Я с трудом разлепила веки. Надо мной улыбались все те же продавщицы.

– Вот, - защебетали они, - подушечки с оборочками, в подарок, вам и вашим собачкам от фирмы.

– Давайте, - прохрипела я и запихнула подушки в цветастых наволочках под голову.

– Дама, - продолжали продавщицы, - а к мягкой мебели необходим журнальный столик.

Я подскочила, как на пружине, ухватила мопсих и на курьерской скорости ринулась в глубь магазина, подальше от мучительниц. Ей-богу, раньше бьшо лучше, теперь же доведут сервисом до смерти.

На следующий день я первым делом побежала к Ребекке и сунула ей под нос фотографию Виктора.

– Знаешь его?

– Ты чего? Это же Николя, только очень давний снимок, по-моему, еще школьный. Откуда ты его взяла? И зачем он тебе?

– Да так, - пробормотала я, пряча снимок в карман, - надо было.

Рассказывать Ребекке о существовании у нее еще одного брата пока не хотелось.

Оказавшись дома, я сначала бесцельно побегала по комнатам, а потом приняла решение. Необходимо отыскать Виктора, потому что именно он убийца. Пока я не слишком хорошо понимаю, как он все проделал, но знаю точно - этот юноша на самом деле хладнокровный киллер.

Так, найду Виктора и... Что? Ладно, потом будем думать над этой проблемой. Проблемы следует решать по мере их поступления. И как искать в огромном городе человека? Легче обнаружить песчинку в море, хотя...

Полная энтузиазма, я схватила трубку и, страетнр желая, чтобы Володи не было на работе, набрала номер.

– Алло, - тут же ответил до боли знакомый голос.
– Костин у аппарата.

Я быстренько отсоединилась. Ну почему у меня бутерброд всегда падает маслом вниз? Когда надо, приятеля никогда пег на месте, а если не нужен, то, пожалуйста, сидит за рабочим столом. Ну как тут поступить?

– Тетя Лампа.
– всунул голову в комнату Костя, - поднимитесь на чердак.

– Зачем?

– Ну пожалуйста! Пришлось лезть наверх.

– Вот, - радостно объяснил Кирюшка, тыча пальцем в непонятную черную коробочку с трубкой.
– Связь налажена.

– Что это?

– Бери здесь, - велела Лизавета, - и слушай. Я покорно взяла трубку.

– Штаб командующего на проводе!
– рыкнул наш сосед, генерал Рябов. Я хихикнула:

– Разведчик Романова докладывает: связь налажена.

– Ох, Евлампия Андреевна.
– рассмеялся бравый отставник, - и вас к делу пристроили.

– Ну это на секундочку, а вы, Олег Константинович, у них дежурный?

– Так ведь покоя не дают, - стал оправдываться Рябов, - носятся туда-сюда, туда-сюда, только новости включишь - они тут как тут, едва газетку схватишь, глядишь, вновь прискакали. Ладно бы тихо играли, а то орут так, что черепушка почти отваливается. Старый я, наверное, стал, покоя хочется. Вот и пообещал, поработаю дежурным на телефоне, а они до обеда не придут.
– Он помолчал и добавил: - Правда, уже раз двадцатый трезвонят!

Я пожелала ему хорошей вахты и хотела уже отсоединиться, но старик бубнил и бубнил:

– Невестка совсем Костькой не занимается, променяла ребенка на милиционеров.

– Почему на милиционеров?
– невольно удивилась я.

– Так она главный редактор их многотиражной газеты, называется "На страже порядка".

Я так и подскочила от радости. Ирочка Рябова - вот кто мне нужен!

– Дайте ее телефон!

– Пиши, - покладисто согласился бедный дежурный.

ГЛАВА 23

Ириша Рябова встретила меня приветливо.

– Лампа, ты решила заняться журналистикой? С чего бы?

– Понимаешь, - я начала усердно лгать, - пред

Дарья Донцова

дожили мне место в газете "Культура", дай, думаю, попробую.

– Конечно, - согласилась Ириша, - обязательно попытайся, главное, не комплексуй, что у тебе нет специального образования, самые лучшие "писаки" получаются из непрофессионалов. А я тебе зачем?

– Меня берут с испытательным сроком...

– Так всегда делают...

– В качестве проверки бойцовских качеств предложили сделать материал об архиве, где хранится информация о преступниках...

– У нас компьютер, - пробормотала Ириша.
– И что это вдруг "Культура" уголовниками заинтересовалась? Совершенно не их тематика.

– Не знаю, - пожала я плечами, - мое дело исполнять.

– Верная позиция, - одобрила Рябова, - сейчас! Она взяла трубку и радостно зачирикала:

– Платон Михайлович, "На страже порядка" беспокоит.

Я слушала ее плавную речь и разглядывала безде-лушки, теснящиеся на письменном столе: керамические свинки, пластмассовые ежики, ластики в виде зайчиков и кошечек... Внезапно на мои плечи навалилась дикая усталость, нет, определенно, нельзя сидеть на одном месте, моментально засыпаю, словно старая собака!

– Эй, ты чего, не слышишь?
– толкнула меня Ирина.

– Что?
– испугалась я. Рябова тяжело вздохнула:

– Иди в третий подъезд, у дежурного тебя встретит Платон Михайлович, все вопросы к нему.

Возле постового стоял приятный дядька лет сорока, абсолютно лысый, носатый и кареглазый.

– Пойдемте, пойдемте, - радостно забубнил он, - наша служба самая важная.

Пока мы пробирались по бесконечным коридорам, Платон Михайлович говорил без остановки. Рот у него не закрывался ни на секунду. Мужик плавно пересказывал историю создания российской милиции, причем начал с 1918 года. Когда мы наконец добрались до цели, он как раз приступил к сообщению о деле Ионе-сяна, более известного под кличкой Мосгаз.