Чтение онлайн

А на планете биологическая эволюция сменилась социальной, цивилизация овладевала наукой, созидала, строила, покоряла и разрушала. Скоро, скоро уже наша пора придёт.

О судьбе "Сентавра-1" Земля узнала спустя двадцать один год после исчезновения. Слабый сигнал, пущенный разведроботом с расстояния семи светолет, был принят сразу четырьмя антеннами на Земле и в космосе, что позволило его полностью восстановить и локализовать. Каждые триста-триста пятьдесят часов передача принималась вновь. Это был краткий отчёт экипажа о случившемся и действиях экипажа.

Космолёт встретился с гравитационной аномалией неизвестного происхождения и был ею захвачен, а затем выброшен более чем в сорока семи световых годах от места захвата, в трёх светомесяцах от красного карлика с практически нулевой скоростью относительно него. Никаких гравитационных искажений в месте выброса не обнаружено. После отправки сообщения в сторону Солнечной системы космолёт направился к карлику и спустя почти два года полёта в режиме строгой экономии совершил посадку на планете без атмосферы, где экипаж приступил к строительству станции жизнеобеспечения. Вопрос о самостоятельном возвращении к Земле даже не ставился, хотя теоретически космолёт мог достичь Солнца лет за шестьсот. Если системы космолёта сумеют продержаться столько времени. Кроме системы жизнеобеспечения, которая в удалении от звёзд не продержится и шести лет.

Параллельно проводилась переналадка оставшихся разведроботов, их целью стал поиск гравитационных аномалий в надежде, что какая-то из них выбросит ближе к Солнцу. При обнаружении аномалии следовало передавать информацию с её координатами на "Сентавр-1", а после переброски - уже к Земле. Разведробот номер четырнадцать оказался удачливее других. Правда его выбросило далеко от звёзд, низкая скорость зарядки аккумуляторов и определила большие перерывы в его передачах.

Земля уже дважды посылала исследователей к месту исчезновения "Сентавра", но обнаружить ничего не удалось, кроме полусотни разведроботов. Теперь же зону, куда предположительно могла сместиться аномалия, прочёсывали целенаправленно, зная, что и как искать. Аномалия оказалась там же, в торе Хилла, только несколько дальше по радиусу от Солнца. В её пасть отправилась спасательно-исследовательская экспедиция.

И началась новая эра освоение космоса. Миллионы автоматов прочёсывали космос, сообщая время от времени о входах в гиперканалы - так назвали эти аномалии. В гиперканалы забрасывались грузовики с автоматами, и поиск продолжался дальше. А потом - терпеливое ожидание сигналов о месте выброса. Постепенно составлялась дорожная карта галактики.

Вот и завершается наша "Зимовка". Один за другим возвращаемся мы на планету. Уже двадцать шесть, я следующий. Странное дело - время тянулось так мучительно долго, а словно вчера я ещё беседовал с Лотлом, вспоминал Сею... Уже скоро.

Там, на планете встречают нас не слишком тепло. Отличаемся мы от них, отличаемся... А они такие подозрительные. Нам приходится адаптироваться, медленно и осторожно. А чего было ожидать? Они совсем другой виток цивилизации.

Система определяет на планете смертные случаи её разумных обитателей с частным эффектом Вирадпа Тоора, в этих случаях существует короткие периоды, когда личность уже угасла, а её информация пока в относительной сохранности. Только тут и можно подселяться, не совершая убийства. Подселяться и запускать восстановление тела. Или возвращаться, если для восстановления не удаётся достичь нужного контроля над умирающим телом.

А при нынешнем уровне медицины у них достаточные по длительности периоды - редкость. Правда, нас тоже немного...

Есть! Сигнал вон с той станции, что летает на стационарной орбите. Я там? Нет, пока... Но получаю контроль... так... переломы рёбер, позвоночник цел, разрывы органов, внутреннее кровотечение. Вот почему сильнейшая гипоксия мозга, часть его уже мертва, но информация ещё считываема. Моё имя теперь - Лумир. Система уже перекрыла кровоснабжение части органов, пошло распределение стволовых клеток, прогноз на восстановление, достаточное для подселения - полночи. И я снова буду жить!

Сея...

В каютах косморейдера "Фэйр" царила та самая суета, которая охватывает всех при приближении к месту назначения. "Фэйр" доставлял с Земли группу реагирования, спешно набранную по просьбе о помощи планеты Коечеть. В группу вошли учёные-аналитики, дипломаты и группа разведки дальнего космоса, обученная кое-каким основам военного дела и потому называемая десантом. Такая разношёрстность объяснялась невнятностью просьбы, в которой почти панические призывы о помощи перемежались уверениями, что всё под контролем.

К Коечети у землян сложилось особое отношение как к первой планете, на которой удалось найти разумную жизнь. И видимо потому так спешили поскорее оказать помощь. Коечеть отделяло от Земли восемнадцать светолет, гиперканал сократил время полёта до пяти месяцев, и вот "Фэйр" уже степенно занимал место у причала высокоорбитального порта. Люди готовились к встрече с коечетанцами.

Суета не затронула, пожалуй, только каюту наставника Квента. Он полулежал на диванчике и, мерно покачивая почти лысой головой, разъяснял невысокому светловолосому стажёру Тиму Хоскинену линию поведения на планете.

– И запомни, сынок, они не люди. У них две руки, две ноги и голова, но они не люди. Так что не суй свой нос без спроса.

– Да ладно, помню я всё!
– уважение к человеку, бороздившему космос до открытия гиперканалов, боролось в стажёре с раздражением от бесконечного повтора одного и того же.
– А скажите, шеф, почему все разумные такие же, как люди?
– Тим попытался перевести разговор на другую тему.

– Все известные нам, - уточнил Квент.
– Должно быть, оптимальная природная форма для разумных. Хотя... Если взять тех же духов...

– Духов? Не смешите, шеф! Любой мальчишка знает - духов нет!

– Да... Мальчишки, они всё знают, а вот те, что постарше...
– старик задумался. А Волк Коскинен поверил бы в духов? Капитан Урхо...

Двадцать девять лет провела экспедиция на маленьком Мраке. Самые тяжёлые - первые три года, когда всего катастрофически не хватало. Четверть экипажа потеряли тогда. И капитана тоже. Новым капитаном выбрали не его заместителя, красавицу Эршу, а Урхо. Опытный, не признающий второстепенных задач. Он так и говорил: "Задачи бывают нужные и второстепенные". Справились, дождались помощи. И оказалось, что от Земли по разведанному их разведроботом гиперканалу их отделяет всего два с половиной года. Вот он, Квент уже участвует в другом полёте, а сигнал с Земли, в котором людям спешили сообщить, что их услышали и не бросят, только-только подлетает к Мраку.

Да, теперь Квент, когда-то медик с "Сентавра-1", - наставник этого юноши, внука Эрши и Урхо. Каким он станет? Квенту нередко казалось, что он узнаёт в парне черты своих товарищей.

Размышления наставника прервала замигавшая на браслете надпись, старик нажал кнопку и стал подниматься. Тут же вскочил и Тим.

– Оставим это. Всё равно у нас пока нет действительно значимой статистики... Ну, пора на выход.

Тим молча кивнул и направился к выходу.

Шоси рано проснулась, несколько секунд полюбовалась классическими очертаниями лобных бугров мужа, придававшим ему сейчас трогательный вид обиженного ребёнка, быстро поднялась и прошла к утилизатору. Не хотелось разочаровать в первый же день супружеской жизни. Вытащила из утилизатора клетку со снишками, те, почуяв незнакомый запах, переполошились, забегали по дну, смешно скаля свои крохотные зубки и давая понять, что не сдадутся чужаку без боя. Но Шоси терпеливо гладила спинки снишек через ячейки, пока те не успокоились и не признали новую хозяйку. Теперь они смотрели на неё своими синими бусинками и высовывали кончики язычков, демонстрируя, как проголодались. Конечно! Холостяки редко убираются... Положив клетку, Шоси начала прибираться: аккуратно разбрызгала гель по всему полу, уделив особое внимание щелям, потом выпустила снишек. Те весело забегали по полу, слизывая гель вместе с грязью. Вскоре с уборкой было покончено. Снишки, обиженно попискивая, вернулись в клетку.