Чтение онлайн

— Студентам первого курса запрещается выходить после двадцати трёх. Мы выйдем в двадцать два и направимся к башни курса моего брата. Проберемся к нему в комнату и спасём — дав выпить ему несколько капель зелья.

План был хорош, без несостыковок и потому я согласилась. Тем более, когда испробовать зелье, если не сейчас?

Выйти в назначенное время не удалось из-за того, что Кармен решила завить волосы и камуфляжно накраситься. Потом подбирала из своего многочисленного гардероба чёрные вещи — для того, чтобы слиться с ночью — примеряла все и остановила выбор на пышном платье с атласной юбкой и топом на бретельках, полностью расшитым бусинами. Повезло, что сзади была молния, потому что корсет я затягивать не умела. Мне подобрала похожее платье, почти в точь точь такое же, но только без бусин. И зачем, спрашивается, ей так много нарядов? Где носить будет? Если в академии только в воскресенье и понедельник — в выходные дни — разрешён свободный стиль. Хотя, уверена, что однажды Кармен наденет один из многочисленных костюмов на учёбу, сославшись на то, что постирала вещи и они не успели высохнуть.

В готическом наряде, с зельем в руке я спускалась по лестнице и чувствовала себя героиней какого-то фильма. Комендантки, той, что раздавала ключи от комнат, не оказалось в холле и поэтому мы без труда вышли на улицу, когда на часах было почти двадцать три.

К башни Мэдока, вернее пятого курса, шли минут десять перебежками, остерегаясь, что кто-то из преподавателей или комендантов гуляет. У брата эльфийки была та жа ситуация, как и у Лии, старосты. Он пришёл когда можно было самому выбрать башню для жительства и лишь на середине второго курса решили изменить расположение учеников.

Без приключений зашли в круглый холл чужой башни, тоже не увидев коменданта, но зато заметив девушек, которые бегали по башне с подносами, на которых лежали свежеиспеченные пироги. Аромат которых дал понять, что они с разными начинками: с арахенсом, малиной, рыбой.

— Ой, девочки, вы, должно быть Мэри и Эшли, с третьего курса, целительницы? — поинтересовалась одна, заметив нас.

Я видела, что Кармен собиралась согласиться, поэтому опередила её. Не хочу начинать свой учебный год с лжи и нарушения правил академии, за что могут выгнать. Если соврём сейчас, чувствую, нам это аукнется.

— Мы к Мэдоку. К брату. — подтвердила мой отказ соседка, зло взглянув на меня. — Ну, некроманту.

Нам дали пройти и мы зашагали к лестнице, но подниматься не стали, а зашли под неё, где оказалась железная дверь. Эльфийка не стучась открыла дверь заклинаниема, толкнула меня внутрь и быстро юркнув следом захлопнула дверь.

Я смотрела на зажженные восковые свечи. Они были везде… На люстре, возле кровати и разложенные почти по всему полу, на диване, на столе, на стульях, зеркале, на шкафе… В общем, любой храм бы обзавидовался. Присмотревшись, я поняла, что факелы образовывали круги внутри большого круга.

— Я не учла этого. — пробормотала соседка и подобрала юбку. — Не подпали платье.

Сделав как велели и переступая через круги пошла за эльфийкой к кровати её брата. От благо был не под одеялом и одет. Если не брать в расчёт свечи, то кажется будто он пришёл после уроков и прилёг отдохнуть, перед тем чтобы делать домашнее задание и нечаянно уснул. Но вот незадача: у него из рта шла чёрная пена. Брр… Я запнулась, чуть не наступив на свечи, когда увидела вокруг себя не комнату, где была минутой ранее, а туманную местность. Полную луну, срубленный и упавший на землю, полупрогнивший дуб, кладбище с тремя полуразрушенными каменными надгробьями, каркающими воронами и множество, безумно большое количество Мэдоков. Все не были похожи на людей, скорее на призраков. Настолько прозрачными являлись. Один из них мне подмигнул — я видела ярко выраженную фигуру себя, вернее Лидии — будто со стороны. Холодок пробежал по телу.

Потом реальности или нереальности стали сливаться воедино. Я видела, что иду и по комнате и одновременно шагаю на грани. Всё приближаясь и приближаясь к сидящей на могиле самой отчётливой фигуре Мэдока.

Из знаний книг фэнтези я вспомнила, что грань — это место между миром живых и мёртвых. Следовательно, брат эльфийки сейчас, если описывать на земной язык, в неком трансе, медитации и кого-то ждёт. Кого-то недавно умершего, потому что, только родственники, могут появляться спустя года. Я очень сомневаюсь, что он ждёт мать или отца, потому что по рассказу Кармен они живы.

Судя по множеству прозрачных фигур, Мэдок тут появляется практически каждый день. Я не знала точную систему расчёта, но почему-то уверовала в интуицию, которая визжала, что при посещении, каждый раз остаются части твоей души и жизненной энергии, в виде твоего клона, который живёт на грани пока не умрёт настоящий человек. После смерти все клоны соединяются обратно, в одного носителя.

При первых трёх раз на грани, все клоны ярко выражены и их не отличить от настоящих. При каждом последующем разе фигуры становяться всё прозрачнее и прозрачнее… Интересно, кого желает вернуть Мэдок? Кто сейчас в коме и не может проснуться? Потому что, если бы тот маг не был в коме, то вряд ли бы брат эльфийки уходил с грани. Он бы хотел остаться с тем, к кому испытывает сильные чувства и за три дня его бы поглотила изнанка — выкачав все жизненные силы.

Память нет, не Лидии и не моя, а чья то посторонняя, просветила, что грань не выкачивает силы из Богини Грани, её приемника и двух помощников, ходящих вечно в балахонах. А также, что при прохождении Иссильского огня можно встретиться абсолютно с любыми людьми, магами, расами.

— Мелли! Чего застыла? Давай зелье! — шикнула мне Кармен ре Бошире де Олберт. — Сколько капель?

Я протянула то ли эльфийке, то ли ветке дуба.

— Думаю, нужно всё вылить. — пробормотала, хотя сначала чуть не ответила «три капли». Если смотреть на множество фигур на грани, думаю, весь флакон не помешает, а он небольшой.

«Я уже догадалась о дальнейших симптомах после принятия Гран Эла», — думала, сосредоточенно смотря на реальность, где эльфийка вливала брату в рот жидкость. — «После него Мэдок должен перестать хотеть ходить за грань. Сначала он будет чувствовать головокружение и тошноту, после посещения грани, а потом передумает вообще посещать грань. Если я неверно рассчитала дозу, то связь Мэдока с тем, к кому он ходит болезненно разорвется. Также некромант будет чувствовать всякое отторжение, когда думает, читает, слышит о грани». — все эти симптомы не казались мне чем-то ужасным и потому я спокойно ожидала пока эльфийка закончит своё дело и мы уйдём из комнаты оборотня. Я не считала их ужасными, а мужчине они не пришлись по душе и потому он два дня провалялся в комнате, почти не отвлекаясь на сон и еду, а бездумно лежал на полу, в форме волка. Выл и смотрел на потолок.

Выйдя из комнаты Кармен вновь закрыла её прежним заклинанием и мы поторопились прийти в нашу башню. Не смотря на, ранее для темноты, летом время, возле башен было хоть глаз выколи. Казалось, защитный купол академии становится тёмным в час отбоя.

Напротив фасада академии и по тропинкам летали тусклые светильники. Нужно было брать собой огненного мага! Потому что ни я, ни эльфийка не умели создавать биолюминесцентные растения, чтобы освещать себе путь.

Мне определённо не стоило в мыслях возмущаться странной системой освещения этого мира, потому что если бы не они, то я бы, а потом и драконица, не заметили бы огромную липкую паучью сеть, движущуюся к нам сзади. Вернее она двигалась вперёд, по личной траектории, а мы просто попали на её путь.

— Что за фигня, Кармен? — пробормотала я.

Кажется, это та самая охрана, о которой говорил директор в столовой, вместе с правилами о отбое. Паучья сеть, которая хватает ночных нарушителей и пеленает внутри себя. Из неё невозможно выбраться. Приходиться ждать пока на рассвете придёт комендант или староста школы, и выпустит попавшихся, предварительно выдав каждому отработку. Ну или если это первый курс, и попался больше двух раз, то скорее всего, тебя выгонят за «нарушение дисциплины».