Чтение онлайн

гормоны поднять мятеж в холостующем теле товарища Кабанова.

– Меня зовут Иви Ченг, я военный переводчик. Наша делегация

возвращалась с переговоров. В нарушении договоренности о

перемирии вертолет был обстрелян группой неизвестных. По

предварительной оценке вы являетесь противником той группы.

Если это так, прошу не препятствовать нашей эвакуации.

– Вы всерьез полагаете, что в настоящее предапокалипсическое

время враг моего врага – мой друг? И поэтому машете исподним

незнакомым людям?

Губы девушки дрогнули, глаза моргнули. Переводчица быстро

справилась со смущением, ажурный лифчик помещен в карман

куртки, взгляд прямой и спокойный:

– Что Вам от нас надо, господин Кабанов?

– Вот это деловой разговор. Прежде всего, хочу также спросить, что Вам здесь надо? Вам, китайцам, на моей земле? Также сразу

хочу добавить, что перемирие ваше мне до одного места! – тон

переговоров накалялся.

– В таком случае, - девушка тоже повысила голос, - почему вы

вышли на переговоры? Сил не хватает молча уничтожить?

Вслед за красотой в актив Иви Ченг пошли ум и храбрость.

– Время работает на нас. Через несколько минут подтянется

большая часть отряда. Мы на своей земле, тяжелого вооружения у

вас нет, зато есть раненные.

Большая часть отряда как раз находилась перед китайцами.

Судя по сузившимся глазам, китаянка догадывалась об этом.

– Мистер Кабанов, учитывая неоднозначность ситуации, предлагаю разрешить ее наиболее гуманным способом.

– Интересно, каким же?

– Мы выставим по одному бойцу для рукопашной схватки. Чья

сторона проиграет, выполняет условия другой. – Китаянка явно

рассчитывала на своего верзилу-командира.

Габариты мистера Кабанова внушительные, но уступают

китайскому товарищу. Козырем Дмитрия Петровича являлся

Тремасов, но он ранен. Если не согласится, Кабанов и сам не

промах. В любом случае большой потери не будет.

– Излагайте условия, мисс.

– Борьба идет до минутного нокаута, но в одном раунде.

Разрешены все приемы, кроме ударов в пах, по глазам и крючок.

– То есть рот не рвать.

– Да. В случае победы нашего бойца, вы отпускаете нас с

оружием. В противном случае мы выполним ваши условия, не

нарушающие общепринятой морали.

– Если победа будет за нами, лично Вы, мадемуазель, ваш

гражданский и командир вашего отряда проедут с нами для

ответов на некоторые вопросы. Остальных мы отпустим с

оружием. Обещаю, вашим жизням и здоровью ничего угрожать не

будет. В течение нескольких дней вы будете моими гостями.

– Что ж, бойцы встречаются здесь через 10 минут, форма

одежды №1. Зрителям, полагаю, достаточно будет укрытий в 100

метрах от арены.

– Верите в честность группы неизвестных? – Усмехнулся

Кабанов.

– Я слышала о Дмитрии Кабанове.

– Вот такие пироги, братцы. – Кабанов совещался с бойцами.

– Лишние заложники в предстоящем обмене не помешают.

Китайцы могли вести переговоры только с теми, с кем нам

придется торговаться. Как нога, Леха? Если болит, я пойду

разомнусь. Условия не смертельные.

– Нет, Петрович, - Тремасов уже расстегивал куртку, - я сам у

него сердце вырву.

– Кровожаден ты стал. Здоровьем не рискуй, если что, ложись, не корову проиграешь.

Топор

Добродушное лицо Тремасова играло злые шутки с героями

околокриминальных забав. Завитушки русых волос, глаз

несерьезного василькового цвета, веснушки на картофелине носа, но самое обидное – детская улыбка с издевательским блеском

ровного ряда зубов. И такой простак призывает к порядку. При

такой физиономии, отсутствии истеричности в голосе габариты

тяжелоатлета хулиганов не смущают.

Хулиганов развозили по больницам, а Леха решил

легитимизироваться. Через полгода после армии пошел на службу

в ОМОН. Теперь Леху выдавали лишь васильки глаз в прорезях

черной маски. 5 лет от отпуска до отпуска – общага, тревоги, выезда,

командировки,

боевая

подготовка,

исполнение

противоречивых приказов, тупое ожидание с оружием в сведенных

от напряжения руках. Отпуск – спивающиеся сверстники, девчонки с 16 лет в город уезжают, нормальные давно замужем, шалавы не прельщают заводить семью. Родительский дом отрада.

Отец с матерью совсем не старые, на здоровье не жалуются. В

роду Тремасовых алкоголь не приветствовался, тяги к этой отраве

не было. Поэтому и выглядели молодо, но жили на отшибе. Не

любили род в деревне.

В городе отдыхал морально и, как ни парадоксально, физически

в спортзале. Благо специфика службы поощряла. Физподготовка

входила в состав боевой, занятия в отведенные часы под

управлением опытных инструкторов. Спарринги, ведение боя в

составе группы, ведение боя против группы, нападения с оружием, без оружия, защита. После групповых занятий Алексей занимался

в одиночестве. Нервная система требовала успокоения. К

восточным боевым искусствам Леха относился без должного

пиетета. Надуманными считал ритуалы, неудобные позы, крики на

непонятном языке.

Отрешенное сиденье в углу спортзала перед занятиями

медитацией не признавал. Одушевление снарядов, разглядывание

опилок через кожу в мешке, представление кирпича бруском

пенопласта считал чем-то само собой разумеющимся.

Прозвище «Топор» Леха вначале получил не только за

дробление предметов. Где-то может и был намек на простоту

хозяйственного предмета. Слава богам, изобретатели прозвища

тоже тупыми не были, о намеке не распространялись.