Чтение онлайн

Раздаются всплески, и я слегка приподнимаю голову. Мы идем по воде. Это пытка — видеть воду так близко, когда мы пересекаем маленький ручеек, и я бы сделала все, что угодно, чтобы иметь возможность дотянуться и схватить пригоршню.

Пришелец делает размашистые шаги, и я понимаю, что мы поднимаемся на холм. Мы достигаем вершины, и я стону, когда меня бесцеремонно бросают на землю.

— Ай, черт! — я смотрю на своего похитителя и замираю.

Он — вуальди. Его кожа того же желтого оттенка, что и у остальных, а зубы острые и заостренные, когда он скалит их на меня. Я оглядываюсь, когда слышу шум потасовки, и вижу, как Айви бьет локтем одного из вуальди в лицо. К сожалению, он чертовски быстр. Он рукой наотмашь бьет ее так сильно, что она падает на колени, чертыхаясь и спотыкаясь.

Зои сваливают рядом со мной, и мы обе смотрим, как Айви сражается с вуальди.

Я моргаю и смотрю на него.

Эти вуальди одеты не так, как другие, и на них настоящая одежда, а не набедренные повязки.

Мои глаза расширяются, когда я слышу в отдалении рев. Мы все еще недалеко от других женщин. И эти засранцы вовсе не наши спасители.

Я встречаюсь взглядом с Зои, и мы обе открываем рты и кричим. Если другие нас услышат, то, может быть, они сумеют…

Вуальди хватает меня за волосы, поднимает на ноги и закрывает мне рот ладонью. Зои дрожит рядом со мной, в то время как Айви получает еще одну пощечину, и вуальди, с которым она борется, вытаскивает тряпку, затыкая ей рот быстрыми движениями.

Ее глаза встречаются с моими, и я почти вздрагиваю от ярости в них. Я борюсь, но безнадежно проигрываю.

Вуальди, может быть, и не такие большие и мускулистые, как массивные размахивающие мечами пришельцы, которые напали, но они сильны и крупнее нас.

Один из них что-то бормочет другим, и они долгое время удерживают нас неподвижно. Айви что-то делает руками, и мои глаза расширяются. Я отвожу взгляд, проверяя, что никто из вуальди не смотрит.

Она рвет свою пижаму. Она ярко-розовая, с изображением Микки Мауса. Я облегченно выдыхаю. Слава Богу, Айви с нами. Пока я схожу с ума от волнения, у нее явно есть какой-то план.

Она комкает в кулаке маленький кусочек материи, и мы ждем.

Вуальди напрягаются, когда раздаются голоса, и я борюсь изо всех сил, когда низкий голос достигает нас. Кем бы ни были эти гигантские инопланетные воины, другие женщины, очевидно, решили довериться им. И поскольку это не они держат нас здесь против нашей воли, я тоже более чем готова им доверять.

Слезы щиплют глаза, когда голоса затихают. Остальные вуальди расслабляются, а потом нам с Зои тоже затыкают рот кляпом, прежде чем мы снова оказываемся закинутыми на плечо.

Я тянусь к кляпу, и вуальди идущий позади нас, шлепает меня по руке.

— Вынешь его, и мы свяжем тебе руки, — говорит он.

Вуальди, несущий меня, кажется, берет на себя инициативу, и мы путешествуем часами.

Я пытаюсь следить за тем, куда мы направляемся, но каждый раз, когда я поднимаю голову, все, что я вижу, — это вуальди, несущего Зои. Ему нравится ухмыляться мне, и я запоминаю его лицо. Когда я освобожусь…

Я фыркаю. Да, это вполне вероятно.

Я всегда верила в карму. Мы живем в несправедливом мире, и когда кто-то выбирает быть мудаком, иногда единственная мысль, за которую ты цепляешься, — это то, что однажды карма вернет ему по заслугам.

Что посеешь, то и пожнешь.

Так как же и почему это случилось со мной? Я держусь особняком. Я никогда никого не убивала. Конечно, я немного привираю, но не жульничаю и не ворую. Я хороший человек, черт возьми.

Всю свою жизнь я упорно трудилась, чтобы добиться того, что у меня только что отняли.

Что бы я ни делала в прошлой жизни, должно быть, это было настоящее безумие. Потому что эта сучья карма только что сильно накрыла меня.

ЗАРИКС

— Ты пробыл в лагере всего три дня. Если ты уже хочешь уйти, почему бы тебе не присоединиться к охотничьему отряду Вариша?

Я хмуро смотрю на Дексара, который лениво приподнимает бровь, сидя на троне.

— Ты же знаешь, я предпочитаю охотиться один.

— Остальные поговаривают. «Почему Зарикс охотится один?» — спрашивают они. — Он явно подражает одному из своих советников. — Почему он не хочет взять себе пару?

Я чувствую, как еще больше хмурюсь.

— Ты — король. Кто они такие, чтобы допрашивать тебя?

Дексар улыбается, но я не настолько глуп, чтобы поверить, что он удовлетворится ударом по своему самолюбию. Дексар сам когда-то был воином, и его стратегия в битве и обороне привели к тому, что из всех браксийских племен наше самое многочисленное.

У нас больше земли и богатств, чем у всех остальных племен, вместе взятых. Наши воины хорошо накормлены, и хотя мы страдаем так же, как другие племена страдают от нехватки женщин, у нас есть только один настоящий враг.

Вуальди.

Моя кровь кипит, чтобы моя ярость не отразилась на моем лице. Если Дексар поймет, что я на грани, он откажется разрешить эту миссию.

— Они замышляют что-то, — говорю я ему, заставляя свой голос оставаться ровным. — Думаю, что они планируют напасть на браксийское племя.

Все веселье исчезает с лица Дексара.

— Что навело тебя на эту мысль?

— Мои источники сообщают, что некоторые стаи вуальди встречались наедине. Они никогда не делали этого раньше.

Вуальди охотятся небольшими группами, принося еду обратно в свои стаи, которые обычно состоят не более чем из пятидесяти существ. По этой причине они никогда не представляли реальной угрозы для браксийских племен. Даже у самого маленького племени было бы достаточно воинов, чтобы отбить нападение стаи вуальди — скорее всего, без каких-либо потерь для самих себя.

Но если стаи вуалди будут действовать сообща…

Мои руки сжимаются в кулаки, и я делаю глубокий вдох, заставляя их расслабиться.

Дексар изучает меня холодным взглядом.

— Ты веришь, что они работают сообща? — спрашивает он.

Я киваю.

— Я думаю, что мелкие кражи и драки были не более чем отвлекающими маневрами, поскольку это дает им возможность оценить нашу оборону и изучить, как действует каждое племя.

Он встает и отмахивается от слуги, который предлагает ему тарелку с едой. Дексар делает жест головой, и мы проходим сквозь толпу и выходим из огромного кради, где он проводит суды.

Мы входим в зал заседаний, и Дексар жестом предлагает мне сесть, когда усаживается сам.

Несмотря на серьезность нашего разговора, я чувствую, что меня это забавляет. Дексар сидит в этом кресле так, словно оно тоже его трон. Если я спрошу его мать, могу поспорить, что она скажет мне, что он вышел из утробы с властным, немного скучающим выражением лица и испустил тяжелый вздох, когда увидел всю эту суету.

— Ракиз сказал мне, что они тоже заметили увеличение нападений вуальди, — говорит он. — Одному из них удалось выкрасть мишуа из их загона.