Чтение онлайн

Его облегченный вздох заглушил даже порыв внезапно сорвавшегося мартовского ветра. Марго думала, что у нее отнялись ноги, но, когда Флора решила перебраться на колени к Уиллу и прошлась по ее бедрам, она поняла, что все еще чувствует боль.

– Ну, что, снова друзья?

В ответ на риторический вопрос Флора облизала Уиллу все, до чего смогла дотянуться. Все вернулось на свои места.

Флора съела весь бекон и выпила полбутылки воды – Уилл поил ее из рук, сложенных чашечкой, однако так ослабела, что не могла идти. Сделав несколько шагов, она садилась, печально повесив голову.

– Я ее понимаю, – сказала Марго, растирая бедра. – У меня задница отваливается – целый час просидела на холодном асфальте.

Уилл всегда видел Марго в бесформенном прогулочном анораке либо в платье, скрывающем фигуру. А сегодня она примчалась в парк в одежде для тренировок: леггинсы с сетчатыми вставками, сквозь которые просвечивает тело, и безрукавка с надписью «По средам мы разбиваем патриархат», из-под которой выглядывает плотный спортивный бюстгальтер. Уилл и не подозревал, насколько эротично он может выглядеть.

– Застегнись, – сказал он, не в силах смотреть на прелести Марго, и негнущимися пальцами потянул вверх молнию ее худи. – Ты простудишься.

– Да, папочка, – съехидничала Марго.

Уилл надеялся, что она пошутила.

– Идем, Флора. Пошевеливайся, ты же хочешь попасть домой.

Флора поднялась, сделала несколько спотыкающихся шагов и вновь уселась на пятую точку.

– Она так переволновалась – неудивительно, что падает с ног.

Уилл и сам был как выжатый лимон. Он тяжело вздохнул и нагнулся, чтобы поднять Флору.

– Если я к концу прогулки не заработаю грыжу, это будет чудо.

– Я бы предложила нести ее по очереди, но у меня слабые руки, – сообщила Марго и вновь потерла бедра.

Лучше бы она этого не делала. Уилл невольно проследил глазами за движением ее рук.

– И ноги тоже. Я такая слабенькая.

– Что-то не верится, – сказал Уилл, регулярно занимавшийся на тренажерах и все же с трудом тащивший восемнадцатикилограммовую собаку. – На твоей толстовке было написано, что ты принадлежишь к Клубу сильных девушек.

– Заведомо ложная реклама, – ухмыльнулась Марго.

Теперь, когда все эти буря и натиск остались позади, Уилл мог спокойно обдумать происшедшее, подвести итоги и проанализировать второстепенную информацию.

– Ты сказала Флоре о дружеской любви… что она лучше, чем ничего.

Марго помолчала, затем передернула плечами.

– Да? Не помню.

Уилл видел, что она не расположена обсуждать эту тему, и все-таки решил продолжать.

– Значит, с сайтами знакомств пока ничего не получилось? Ты все еще в поиске любви?

Марго вздохнула. Она открыла рот, не нашлась, что сказать, и вновь вздохнула, точно жалела об этом разговоре не меньше Уилла.

– Я не ищу любви, – сказала она, слегка покривив душой. – Мне нужен всего лишь приличный человек, не алкоголик, не банкрот, пусть даже у него будут частично вставные зубы, который готов остепениться и создать семью.

Она опустила планку совсем низко, почти до уровня земли.

– По-моему, нет ничего проще.

– Издеваешься? – фыркнула она и резко остановилась, уперев руки в боки.

Уилл развернул Флору так, чтобы она не могла больше облизывать его лицо, и тоже остановился.

– Да легче найти иголку в стоге сена!

Уиллу всегда импонировали женщины, которые не ищут серьезных отношений. С несколькими такими он встречался достаточно долго: с Софи в Берлине – три года, с Шарлоттой в Париже – полтора, с Наоми в Нью-Йорке – два.

Они могли остаться друг у друга на ночь или на выходные. При этом никто не требовал знакомства с родителями и не заводил тягостных разговоров о будущем. Тогда его это устраивало. Он по-прежнему не чувствовал себя готовым к чему-то другому, понимая при этом, что Марго заслуживает большего.

– Ты разрушила мою веру. Я считал тебя неисправимым романтиком, – сказал Уилл.

Марго презрительно хохотнула и закатила глаза.

– Да, я неисправима, – пробормотала она и пошла дальше. – Только романтики больше не ищу. Простой прагматизм. Мне тридцать шесть. После тридцати пяти лет, если женщина хочет иметь семью, она должна поторопиться. Любовь – конечно, прекрасно, но если я буду учитывать еще и этот фактор, то могу прожить в одиночестве до семидесяти.

Куда катится мир, если такая женщина, как Марго, отчаялась найти любовь?

– Любой мужчина был бы рад составить твое счастье, – залившись краской, сказал Уилл.

Он покраснел не от утренних волнений, а от того, что никогда не вел с женщинами таких личных разговоров. И все-таки Марго должна знать, что достойна любви, и не соглашаться на меньшее.

– Я уверен, где-то есть человек, который по уши в тебя влюбится.

Марго едва заметно покачала головой.

– Сомневаюсь. А если и так, то он почему-то не торопится.

К этому времени они вышли к аллее, ведущей на вершину холма. Издалека подъем выглядел довольно пологим, однако Уилл по горькому опыту знал, что это обманчивое впечатление. На самом деле это был один из самых утомительных подъемов во всем Северном Лондоне. Уж в чем, в чем, а в холмах Уилл разбирался. В свое время бежал марафон в Роаноке, штат Виргиния. Он хотел продолжить разговор, хотя страшно боялся, что Марго начнет рассказывать о свиданиях, на которых побывала, и в то же время понимал, что нужно сохранить силы на выполнение предстоящей задачи. Он и так уже задыхался, точно на двадцатой миле.

– Может, пусть Флора попробует идти сама? – предложила Марго. – Ты всегда так ее носишь?

Обычно Уилл брал собаку, подставив руку снизу, та обнимала его передними лапами за шею и клала голову на плечо, но сейчас он держал Флору, как грудного ребенка.

– Нет, сегодня в первый раз. Думаешь, ей неудобно?

Он озабоченно посмотрел на Флору. Марго тоже окинула собаку подозрительным взглядом.

– Что-то у нее чересчур самодовольный вид. По-моему, она решила воспользоваться ситуацией.

Уилл остановился, чтобы перевести дыхание и заодно как следует рассмотреть свой ценный груз. В глазах Флоры горел лукавый огонек.

– Флора, ты притворяешься?

Собака возмущенно замахала передними лапами: «Нет, что ты!»

– Сто процентов, – подтвердила Марго.

– Ты меня разочаровала, Флора, – заявил Уилл, опуская ее на землю. – До конца недели – никакого телевизора.

Флора села и протестующе подняла лапу.

– Мы тебя раскусили, – сказала ей Марго, наклонилась и пощекотала ребра.