Спасибо, что остался
Шрифт:
– Кэт,- начинаю я, но запинаюсь. Она смотрит на меня.- Нет, ничего.
Я хмурюсь и отворачиваюсь к окну. Боже, я только что захотела попросить у нее прощения! Нет! Этого нельзя допустить, иначе я проиграю ей. И тогда эта молодая сиделка останется у нас.
Мы подъехали к большому стеклянному зданию. Нил остановил машину напротив входа и вышел из машины, тоже самое сделал и папа. Я свернула одеяло и протянула Кэт.
– Не потеряй его,- говорю ей и натягиваю на себя фиолетовую пайту с капюшоном, после выхожу из машины.
Около входа стоят два охранника, одно из них зовут Стен. Он как-то помог мне открыть бутылку с водой и спас от парня из школы, который очень хотел сходить со мной в кино, а я не хотела. Рядом встал папа и Кэт, Нил разговаривал с каким-то мужчиной в белом костюме, и черной рубашечке.
– Как себя чувствуешь, Элли?- спрашивает папа, беря меня за руку.
– Хорошо.
– Тогда идем?
Я киваю и иду в здание. Многие смотрят на нас и здороваются с моим отцом. Пройдя мимо Стена, я улыбнулась ему, и захожу в стеклянную дверь, чтобы окунуться в мир бизнеса. Мы проходим по светло-бежевому коридору прямо к лифту. Зайдя туда с Кэт, папа нажимает на последнюю кнопку, и лифт плавно поднимает нас наверх. Все молчат, а я разглядываю себя в отражении зеркальной двери. Невысокая, слишком худая девушка с короткими светло-русыми волосами и зелеными, как и у папы, глазами. Маленький, вздернутый чуть наверх носик, впалые щеки, и тонкие искусанные губы. В правом ухе две золотые сережки, на руках браслеты. Кожа белая, словно снег и видно каждую венку. Я очень сильно похудела, конечно, не костлявая, но большинство моей одежды на мне висит. Вид у меня болезненный и усталый.
Я и вправду устала, мне хочется поспать сейчас, хоть пару часиков. Двери лифта открываются, и мы выходим в просторный холл, где за ресепшеном сидит стройная блондинка с высоким хвостом, который оголяет ее тоненькую шею, на которой висит кулон.
– Здравствуйте, мистер Адамсон,- здоровается она.- Здравствуйте, мисс Адамсон.
– Зовите меня просто Элли,- говорю я, проходя мимо в кабинет.- Пап, а ты долго будешь работать?
– Не знаю милая, как совещание пройдет,- пожимает он плечами.- Ты же не сильно расстроишься, если побудешь со мной на работе?
– Нет, конечно. Я рада, что мы не дома.
Я села в мягкое и глубокое черное кресло, Кэт достала мне одеяло и укрыла меня. Только прикрыла глаза, как тут же заснула.
Просыпалась я нехотя. Открыв глаза, осмотрелась. Коричневый большой стол, черное кресло, цветы и картина на стене. Так, это не папин кабинет! Я резко села на ДИВАН. В кабинете никого не было, даже Кэт. И где все? Встав с дивана, завернутая в одеяло, подошла к столу. Здесь было стерильно чисто, все лежало на своих местах. Но не было и намека на владельца кабинета. И чей это, до тошноты, чистый кабинет?
Подошла к картине под названием “Алые паруса”. Где-то я уже слышала это название. Красивое синее море с бликами от солнца, а вдали корабль с белыми парусами, которые поддувает ветер, чтобы корабль быстрее пришел к своей цели, вокруг корабля кружат чайки, словно указывают ему путь домой.
– Александр Грин “Алые паруса”,- слышу сзади.
Обернувшись, вижу Нила в темно-сером костюме, белой рубашечке и отполированных туфлях. Пиджак расстегнут, как и верхние пуговки рубашки, волосы взлохмачены, а на губах играет легкая улыбка. Значит, он сидит в этом кабинете? Забавно. Я думала, у него своя компания.
Нил медленно подходит и садится на диван, где я не так давно спала. Он смотрит на меня, а я на него. Воздух сгущается и, кажется, электризуется. Я чувствую непреодолимое желание сесть рядом и положить голову ему на плечо, но быстро отгоняю от себя эту мысль. Кому понравится больная девушка, с умирающим видом? От меня все отказались, все мои друзья и знакомые. Кроме…
– Нравится картина?- разрушает он нашу тишину.
– Нет,- честно отвечаю я.- Слишком скучно.
– Скучно? Возможно.
– Что я здесь делаю?- решаю перевести разговор в другое русло.
– Ты здесь спала. У твоего отца совещание в кабинете, тебя перенесли сюда.
– Кто?
– Я,- он бесстрастно посмотрел на меня.- Ты очень легкая, тебе нужно больше есть.
– Я не хочу есть,- отвечаю ему и сажусь на кресло около стола.- А долго папе еще работать?
– Не знаю, но судя по потоку клиентов, достаточно.
– А сколько времени?- спрашиваю я, не увидев здесь часов.
Нил смотрит на наручные часы.
– Полпервого.
– Ого,- я откидываюсь на спинку кресла и прикрываю на пару секунд глаза.- А где Кэт?
– Пошла покупать твоему отцу ланч.
Видимо сегодня не удастся погулять с отцом. Но я на него не обижаюсь. Сидеть дома еще хуже, чем сидеть здесь. Там каждая стена давит, и хочется поскорее убежать, а здесь по спокойнее как-то. Я посмотрела на Нила и сразу же вспомнила про маму.
– У меня к тебе просьба: не спи с моей матерью.
Нил закашлял, и поднял на меня удивленные глаза. После поерзал на диване и прочистил горло.
– А с чего ты взяла, что я собираюсь спать с твоей матерью?
– Она положила на тебя глаз, и просто так ты от нее не избавишься. Если не переспишь, конечно,- добавила я, закутывая ноги. Чего-то у них тут холодно.
Лицо Нила приобрело бледный оттенок. Он откинулся на спинку дивана, и через пару минут засмеялся. Я нахмурилась от его реакции. И что смешного я сказала?
– Элли, не переживай, я не любитель секса со старушками,- несмотря на меня, ответил мужчина, все еще смеясь.
Я тоже рассмеялась, понимая, комичность ситуации.
– Ты не хочешь кушать?- спросил Нил, когда мы перестали смеяться.
– Только если чуть-чуть. И тем более, папа еще работает.
– Давай, я пойду узнаю, когда он освободится. Хорошо?- я кивнула, и Нил вышел из кабинета.
Я осталась сидеть на кресле, завернутая в одеяло, и думала про Нила. Довольно симпатичный, да что там, очень красивый. Как будто сошел с обложки модного журнала. Если бы я не болела, то обязательно попыталась его соблазнить. Но сейчас я не в том положении, и не в том состоянии, чтобы даже пытаться. Конечно, я много думала над тем, как дальше жить. Но в голову лезут всякие попытки самоубийства. Единственное, что меня держит, это папа. Мой любимый папочка, который спас от смерти уже трижды, и я не могу быть настолько неблагодарной, чтобы умереть еще раз.
В кабинет заходит Нил и приглашает пойти в ресторан на другой стороне улицы. Сказал, что папа присоединится к нам через минут двадцать. Встав с мягкого кресла, я пошла за Нилом.
Ресторан был светлым и просторным. Круглые столики, плетеные стулья бежевого цвета, с подушкой для спины. Мы сели с ним за столик у окна, где хорошо было улицу и вход в папино здание. По дороге к нам присоединилась Кэт. Пока мы ждали заказ, я наблюдала за людьми за окном, и краем уха слушала разговор Нила и своей сиделки. Они смеялись и вели обычный разговор про каких-то музыкантов.