Чтение онлайн

Оливии с трудом удалось сесть.

— Джек Уиндем, не пытайся уйти от ответа, — предупредила она, тыча пальцем ему в грудь. — Я сама стащу тебя на пол и сяду сверху. Если кто-нибудь имеет право знать правду, то это мы четверо.

Джек снова опустился перед ней на колени.

— Ты повредишь себе, Ливви. Лучше ляг.

Ее взгляд мог бы заморозить его.

— Только после того, как мы узнаем, чем ты занимался. Маркус уважительно посмотрел на Оливию.

— Все очень просто, — сказал он, оправив полы своего сюртука, когда садился в одно из шератоновских кресел. — Джека послали, чтобы он подольше покрутился во французском высшем обществе и обнаружил предателей-англичан, помогающих Наполеону.

Оливия благосклонно кивнула:

— Благодарю вас.

Теперь Джек удивленно смотрел на нее.

— Ты не удивлена?

— Конечно, нет. — Она не смотрела на него. Но и не отняла руки. — Я только боялась, что тебя обвинят в измене раньше, чем ты сумеешь доказать свою невиновность.

Вера.

Джек был уничтожен стыдом. Он смотрел на ее опухшее лицо, на медальон, который был символом всех бед, обрушенных им на нее, и не мог понять, откуда она нашла в себе силы, несмотря ни на что, верить в него.

Даже оставаясь лицом к лицу с ним в его спальне, она сохраняла контроль над собой. Где был ее гнев?

А сейчас она смотрит на него, и в ее глазах нет и тени сомнения.

— Я не заслуживаю тебя, — сказал он.

— Не заслуживаете, — в один голос согласились женщины.

Он не смог удержаться от улыбки. Он заметил, что Ливви промолчала. Но она хотя бы не отвернулась.

— Что это за список? — спросила она его. — Список предателей?

Господи, ему хотелось поцеловать ее. Ему хотелось взять ее на руки и унести туда, где они будут одни.

— Да, — сказал он, потому что она хотела это знать. — Они называли себя львами. Британскими львами. Но они не работали на Наполеона. Планы львов простирались куда дальше.

— Не связаны с Наполеоном? — потребовал ответа Дрейк.

— К несчастью, сначала и я думал, как вы. Но доказательства были очевидны. Эти англичане намеревались опрокинуть трон.

— Неужели? — выдохнул Маркус. — Но почему?

Джек открыл рот, но слова не шли. Его память вдруг снова захлопнулась. Он не знал, что и чувствовать — отчаяние или неистовство.

Он только покачал головой:

— Я не знаю. Знаю только, что это всплыло в памяти. Они пытались завербовать меня. Знаю, что они очень хорошо организованы. Ватерлоо явилось для них всего лишь задержкой.

Маркус потерял большую часть самоуверенности.

— И у вас есть список членов организации?

— Настолько полный, насколько можно было составить в тех обстоятельствах. Я спрятал его там, куда никто бы не догадался заглянуть. — Он повернулся к Оливии. — Нет, Лив. Не в ранце. Это была случайно появившаяся возможность помочь разбить Францию. Я все еще был во французском мундире, когда ты нашла меня, да?

Теперь Оливия приобрела озабоченный вид.

— Да. Почему?

— Я зашил список в подкладку своего мундира. Если вы не разорвали ее на повязки, он все еще должен быть там.

— Я не уверена, что он там, — сказала она пристыженным голосом. — У фермы Угумон, где я нашла тебя.

Вздох разочарования пронесся по комнате.

— Мне очень жаль, — прошептала Оливия с убитым видом.

Он снова взял ее руку.

— Ох, Лив. Ты еще извиняешься. Ты спасла мне жизнь. Благодаря тебе я могу предупредить правительство. Провезти меня через английские позиции в том мундире было бы совершенно невозможно. Кроме того, я помню имена. Я слишком долго занимался поисками, чтобы забыть их.

Дрейк быстро закивал и захлопал в ладоши.

— В таком случае нам пора в путь, Джек. Нас ждут дела. Джек медленно поднялся с колен.

— Нет.

Дрейк помрачнел.

— Национальная безопасность, мой мальчик.

— Может подождать, пока я немного побуду со своей женой.

— Нет, Джек, — тихо сказала Оливия. — Что ты, в самом деле?

Он повернулся к ней и увидел страх в ее глазах.

— Они подождут, Лив.

Она, казалось, сделалась еще бледнее.

— Тогда проводите нас, — сказал Дрейк. — Вашего пленника мы заберем с собой. Брэкстон привезет вас позже.

Джек, не глядя на своего начальника, поднес руку Ливви к губам.

— Оливия?

Джек. Она вздохнула, открыла глаза и убедилась, что рядом больше никого нет. Джек устроился возле нее на кушетке и взял ее руку. Она чувствовала, что он напряжен, движения у него были скованными.

Она знала, что он пришел, чтобы закончить их разговор. Она только не знала, хватит ли у нее на это сил.

— Если хочешь, мы можем поговорить позже, — предложил он и наклонился, чтобы носовым платком стереть слезы с ее щек.

Она закрыла глаза.

— Позже у меня может не хватить смелости.

Ей хотелось бы убежать. Она была в таком страхе, что знакомое чувство умиротворения, которое появлялось, когда Джек брал ее руку в свою, только усиливало его.

— Могу я надеть на тебя твой медальон? — тихонько спросил он.

Слезы душили ее. Она кивнула, разжала ладонь и почувствовала, что он взял медальон. Вот-вот она почувствует его на своей шее. Но раздался щелчок.

Она приподнялась.

— Не…

Но было слишком поздно. Он уже смотрел на раскрытый медальон.

Ей хотелось отнять у него дорогую ей вещь. Ей хотелось закричать на него, прижать драгоценный портрет к своему сердцу, где она хранила его все последние годы.

— Это я? — спросил он, дотрагиваясь пальцем до миниатюры, которая пряталась под темным локоном.

Она увидела озорные огоньки, прорисованные в глазах цвета моря, головку обрамляли завитки легких каштановых волос. Оливия почувствовала, как ее сердце снова разрывается от боли.

— Нет, Джек. Это не ты.

Он взглянул на нее, в его глазах стояли слезы.

— Это Джейми?

Она задохнулась.

— Ты слышал, что я сказала.

— Ты даже не собиралась сообщить мне. — У него был несчастный вид.

— Ты бы мне не поверил.

Она увидела, что стрела попала в цель.

— Он вылитый я в его возрасте, — благоговейно сказал он.

Она немного отодвинулась от него и спустила ноги с дивана.

— Я знаю. — Она отвернулась. — Вот почему твой отец пытался забрать его у меня. Вот почему его пытался погубить Джервейс.