Чтение онлайн

4. Желая развязать войну, Советское правительство старалось спровоцировать такую ситуацию, которая позволила бы обвинить Польшу в нарушении мирного договора.

Когда я уезжал из Харькова, Маркус в моем присутствии сказал Русакову, что Закордот должен установить, есть ли еще на территории Польши петлюровские отряды, а если есть, то стараться внедрить коммунистов в эти отряды с целью соучастия и одновременно добычи вещественных доказательств, что эти организации поддерживаются польским правительством. Предусматривалось также, чтобы Закордот организовывал небольшие боевые отряды с помощью украинских национальных элементов, которые должны были действовать как петлюровские банды. Цель всего этого состояла в создании конкретных поводов, на основании которых можно было бы обвинить Польшу в несоблюдении мирного договора – поддержке враждебных советскому правительству банд. Закордот, как правительственная организация, должен был существовать только до момента созыва ближайшего 3-го конгресса III Интернационала, который должен был начаться 15 июня с. г. А затем акции Закордота должны были полностью перейти в ведение бюро III Интернационала: таким образом, польское правительство в случае раскрытия этих акций не смогло бы выдвигать никаких обвинений в адрес Советского правительства, которое оказалось бы непричастно к этому, поскольку III Интернационал не является правительственным органом.

5. Мы получили четкий приказ, чтобы ни в коем случае не признавались, что мы присланы на работу из России, а лишь утверждать, что организации Закордота носят местный характер. Было строго запрещено вступать в контакт с официальными большевистскими правительствами в Польше. Только в случае возможного ареста какого-нибудь из членов Закордота можно было частным образом обратиться к советской миссии по репатриации в Варшаве или к дипломатическому представителю с просьбой о вмешательстве и защите, представляя себя гражданином Советской России и Советской Украины.

Предусматривалось, что в случае начала восстания советское дипломатическое представительство не должно было признаваться в том, что это движение имело какую бы то ни было связь с Советской Россией или Украиной, но должно было бы рассматриваться как самостоятельное движение польских коммунистов, а в случае если бы удалось поднять массовое восстание, то повстанческие отряды должны были бы носить название Польской Красной Армии.

6. Было предусмотрено, что в случае успеха восстания подготовленные в Белоруссии боевые польские отряды (Смоленск, Витебск, Минск) должны были объединиться с боевыми организациями на территории Польши. Целью организации и всей работы было свержение существующего общественного строя Польши путем локальных восстаний.

7. Я считаю, что в сложившейся в настоящее время ситуации и при рассмотрении в целом дел как уже расстрелянных, так и остальных арестованных советское дипломатическое представительство в Варшаве не будет официально выступать и вмешиваться из опасений, что арестованные могли признать фактическую роль Советского правительства во всей акции Закордота, и не захочет компрометировать себя» [159] .

А вот другой интересный документ – Рапорт Министерству иностранных дел Польши об аресте на Волыни сотрудников Закордота от 10 августа 1921 года.

«По поручению господина министра иностранных дел я отправился 4-го числа текущего месяца в Луцк с целью изучения дела об аресте на Волыни коммунистов, обвиненных в участии в коммунистической организации Закордот.

Соблюдая инструкции, полученные от заместителя начальника Восточного отдела г-на Шумлаковского, я полностью отказался от контактов с местными судебными властями и сохранял по отношению к ним полнейшее инкогнито. Зато я основательно ознакомился с материалом, который предложил мне представитель II отдела Нач. Дов. Разведывательного Бюро (Р.Б.5).

Ко дню моего прибытия в Луцк, т. е. к 4-му числу текущего месяца, судебное следствие еще не начиналось. Предварительное следствие уже велось под надзором прокурора Окружного суда, одновременно двумя органами: 1) Отделом IV Э Министерства внутренних дел под руководством старшего комиссара Тарнавского и 2) Разведывательным бюро, II Отдел Нач. Дов. под руководством поручика Урбанца и его помощника г-на Литевского.

Основной материал состоит из протоколов свидетельских показаний арестованных коммунистов, допрошенных Тарнавским и поручиком Урбанцем; я на месте прочел все протоколы допроса, проведенные Тарнавским и поручиком Урбанцем; к настоящему прилагаю копии протоколов, составленных представителем Разведывательного Бюро поручика Урбанца, общим количеством 30 (приложение № 1); копий протоколов Тарнавского я не получил, поскольку у него не было времени на их составление, эти протоколы вместе с особым отчетом поручика Урбанца будут до 15-го числа этого месяца пересланы в Варшаву Верховному командованию (Р.Б.5).

На основании указанных выше протоколов и устной информации, переданной мне поручиком Урбанцем и г-ном Литевским, я установил следующее:

Раскрытая на Волыни коммунистическая организация под названием Закордот (Закордонный отдел) имеет свою базу в Харькове. Цель деятельности Закордота заключается в совершении большевистского переворота в Польше путем организации локальных восстаний вооруженного местного населения, которым (т.е. восстаниям) руководители Закордота пытаются придать характер национального движения, белорусского и украинского (смотрите показания: Казимежа Битовта от 22. 07 сего года (с. г.), Антония Марцинкевича от 27. 07 и 06. 08 с. г., Качиньского от 27. 07, Андрея Шляхтина от 23. 07, Андрея Блащука от 23. 07, Наталии Тарской от 24.07, Василия Бернацкого от 04. 08 с. г., а также копию донесения агента Литевского в Р.Б.5. Действующая на территории Волыни коммунистическая организация была только одним из подотделов Закордота, сверхразветвленной организации, действующей также и на территории Белоруссии, Полесья и Малой Польши. К настоящему прилагаю схему всей системы организации Закордота, разработанную на основании показаний арестованных коммунистов и нарисованную по указаниям обвиняемого Антония Марцинкевича. Как видно из прилагаемой схемы, деятельность Закордота распространяется не только на отдельные части Республики Польша, но охватывает также и Литву (подотдел Закордота в Смоленске), балтийские государства – Латвию, Эстонию и Финляндию (подотдел Закордота в Пскове), а также Румынию (подотдел Закордота в Одессе).

При изучении материала и в разговоре с поручиком Урбанцем и его помощником я старался определить, какая существует связь между деятельностью коммунистической организации Закордота и Советским правительством. С целью выяснения этой связи я постарался добиться проведения дополнительного допроса обвиняемого Антония Марцинкевича, которого я допрашивал лично в присутствии поручика Урбанца (смотрите протокол показаний Марцинкевича от 06. 08 с. г.), – Марцинкевич как председатель Волынской «Губтройки» (губернской революционной «Тройки») является одним из членов Закордота, лучше всех остальных ознакомленных с общей системой деятельности этой организации на территории Польши и который как интеллигентный человек (был студентом университета, математическое отделение) лучше остальных арестованных ориентируется в политических вопросах и знает политические основы деятельности Закордота; большинство же остальных арестованных были преимущественно слепым орудием в руках руководителей организации. В соответствии с показаниями Марцинкевича и остальных можно с полной уверенностью утверждать, что организация Закордот является официальным аппаратом Советского правительства в Москве и в Харькове. Подотделы Закордота, деятельность которого распространяется на Волынь, Полесье, Беларусь, Малую Польшу и Варшаву, с резиденцией в Киеве подчиняются центральному управлению Закордота в Харькове, которое подчиняется непосредственно ЦК КПУ (Центральному Комитету Коммунистической Партии Украины), а во главе ЦК КПУ стоят люди, которые входят в состав Советского правительства Украины, как, например, Раковский, Мануильский, Петровский, Затонский, Феликс Кон. К настоящему прилагаю фотографии схемы организации Закордота, которую собственноручно нарисовал и снабдил комментариями обвиняемый Марцинкевич. Денежные средства на проведение агитации и организации повстанческих подразделений Закордот получал от Советского правительства в Москве, откуда они пересылались через Киевский банк, являющийся отделением Национального банка в Москве, т.е. официального банка Советского правительства. Средства для целей Закордота выплачивались частично наличными, однако преимущественно в виде бриллиантов. Не подлежит сомнению, что столь значительным количеством бриллиантов в настоящее время в России распоряжается только Советское правительство. Далее, в качестве следующего доказательства, что Закордот является правительственной организацией, может служить удостоверение личности, выписанное на имя Котовича (партийная кличка Битовта) подотделом Закордота в Киеве (Закордонный отдел ЦК КПУ, подотдел Правобережья и Галичины) 30 мая 1921 г. под № 5262/С и подписанное Станиславским. Второй абзац этого удостоверения содержит поручение всем железнодорожным и военным властям, а особенно «Особым отделам» (ЧК), «Отделениям» и «Контрольным пунктам» (в пограничных зонах), чтобы предоставляли всевозможную помощь предъявителю удостоверения, а именно в соответствии с постановлением Реввоенсовета (Революционного Военного Совета) Юго-Западного фронта от 8 июля под № 245. Не подлежит сомнению, что такого типа поручения железнодорожным и военным властям, а особенно «Особым отделам» (ЧК) может выдавать в своих удостоверениях только институция, являющаяся правительственным органом. На основании приведенных выше доводов можно считать доказанным, что правительство Советской Украины, проводя с помощью своих органов агитацию и пропаганду на территории Польши и создавая организации, посягающие на территориальную целостность Польши (агитация за отделение Кросов от Польши), и занимаясь подготовкой свержения общественно-государственного строя Республики Польша путем насилия (организация партизанских ячеек), нарушило обязательства, содержащиеся в абзацах 1 и 2 ст. V Мирного договора, подписанного в Риге 18.03.1921 г. и вступившего в силу с 30.04.1921 г. (дата обмена документами, ратифицирующими Договор). Следует отметить, что почти все инкриминированные действия датируются периодом после 30.04.1921 г. (например: служебное удостоверение личности члена Закордота Котовича-Битовта подписано 30.05.1921 г.).

Следует допустить, что Советское правительство в Москве, не желая нести свою долю ответственности за акции, совершаемые на Волыни через посредничество Закордота правительством Советской Украины, будет пытаться доказывать, что эти акции украинское правительство осуществляло самостоятельно и независимо от Москвы, возможно даже, что осуществление работы Закордота на территории Польши умышленно было поручено правительству в Харькове для того, чтобы не обнаружить ответственность, в случае неуспеха, московского правительства. Кроме этого, следует подчеркнуть некоторые обстоятельства, указывающие на то, что деятельность Закордота на Волыни не была неизвестной для Советского правительства в Москве:

1. Не подлежит сомнениям, что фондами, необходимыми для осуществления акций Закордота в столь широком масштабе, распоряжается Москва, а не Харьков.

2. В соответствии с показаниями обвиняемого Марцинкевича и других, деньги и бриллианты для подотдела Закордота в Киеве присылались из Москвы через Киевский банк.

3. В своих показаниях от 22.07.1921 г. Битовт-Котович сообщает, что в секретном партийном собрании, на котором обсуждались дела руководства организации Закордота и которое состоялось в Киеве в середине июня с. г. (и на котором он, Битовт, присутствовал), принимал участие также и Зиновьев, член Советского правительства в Москве.

Характерным является обстоятельство, что Советское правительство с помощью коммунистов проводило в среде местных крестьян на Волыни антипольскую и антиправительственную агитацию под национальными украинскими и белорусскими лозунгами; члены Закордота рассчитывали на то, что с момента начала восстания им удастся подчинить себе это восстание и возглавить его, с тем чтобы превратить национальное движение (украинское и белорусское) в движение коммунистическое и в такой способ совершить большевистский переворот в Польше. Предусматривая возможность раскрытия организации Закордота и во избежание компрометации, чтобы не скомпрометировать в случае неудачи Советское правительство, члены Закордота получили четкие инструкции, чтобы, агитируя в среде местных жителей, не признавались в том, что они были присланы из России или с Украины, и чтобы они не поддерживали никаких контактов с официальными советскими миссиями в Польше. Вся деятельность Закордота должна была иметь признаки локального движения, руководимого местными деятелями (показания Марцинкевича от 06.08.1921 г.). Но на основании показаний арестованных коммунистов было установлено, что большинство из них прибыли из России или Украины, в целом ряде показаний подробно описывались обстоятельства, при которых отдельные обвиняемые попали в Польшу через так называемые «переправы» в пограничной зоне (Славута – Острог, Нововолынск – Кожец, Олевск – Сарны). В соответствии с показаниями Марцинкевича и других было установлено, что, для того чтобы обеспечить себя на будущее и избежать какой бы то ни было ответственности Советского правительства за деятельность Закордота, было решено, чтобы с определенного момента Закордот утратил свой официальный характер правительственного органа и чтобы все его акции взяло на себя бюро III Интернационала – что также, вероятно, в настоящий момент уже наступило.