Чтение онлайн

Несмотря на глубокую ночь, послы СССР настойчиво выходили на связь с местными представителями власти.

2 декабря 1988 года. 1:25 московского времени.

Аэропорт минеральные воды.

Вскоре в штаб пришло сообщение: Ташкент готов принять террористов. Однако к тому часу бандиты уже изменили свое решение.

«Якшиянц: Значит, я вам говорю: иностранный самолет из Пакистана прилетает в Ташкент. Что мы делаем? Грузимся в самолет. Там присутствует посол этого государства. Вы подписываете с нами договор, что не применяете силу, мы детей оставляем и летим».

Вот так высоко взлетел рецидивист Якшиянц — и персональный самолет из Пакистана, и посол у трапа.

Зайцев тут же опустил на грешную землю воспарившего террориста.

«Зайцев: Хочу пояснить: вопрос весьма сложный. Сейчас ночь. Посла Пакистана требуется из Москвы доставить в Ташкент. Значит, надо провести переговоры на самом высоком уровне.

Якшиянц: Непонятно мне, разве посол Пакистана не может сразу вылететь?

Зайцев: Может. Но подчеркиваю, он находится в Москве. Его надо найти, поднять, обеспечить вылет…

Якшиянц: Вы меня не поняли, что ли? Я спрашиваю: посол или временный поверенный?

Зайцев: Полномочный представитель Пакистана в Советском Союзе. Его резиденция в Москве.

Якшиянц: Как, вы поддерживаете дипломатические отношения с государством, которое с нами воюет?

Зайцев: Что вы имеете в виду?

Якшиянц: С территории Пакистана уничтожаются наши парни. Там базы. Ну, если у вас пакистанский посол, нам Пакистан не нужен. С этим послом можно о чем угодно договориться. Да-а, значит, они тоже засранцы приличные, простите за выражение. Наших бьют, а сами в Москве сидят. Ладно. Как насчет Израиля?»

Зайцеву надо принять непростое решение. И главное — не ошибиться. С одной стороны, с Израилем отношения у СССР далеко не простые, с другой — эта страна беспощадно борется с террористами. Но если сразу дать добро на Израиль, Якшиянц вновь может насторожиться. И тогда Зайцев проводит обходной маневр. Он говорит о том, что у Советского Союза нет дипломатических отношений с Израилем. Бандитам как раз это и надо. И тут же подсовывает главарю Финляндию.

«Зайцев: Павел, а если Финляндия, вас устроит?»

Якшиянц чувствует свое превосходство. Ему собираются «впарить» Финляндию… Но он не дурак.

«Якшиянц: Я даже улыбнулся — Финляндия! Боже мой! Это ж наши шлепанцы в Балтике».

И тут же он твердо заявляет: летим в Израиль. Собственно, то, что и требовалось доказать.

Но как себя поведет Израиль? Не ошибся ли в своих расчетах командир «Альфы»? Однако уже через несколько часов станет ясно: интуиция не подвела Зайцева.

2 декабря 1988 года. 2:47 московского времени.

Тель-Авив. консульская группа советского союза.

Руководитель консульской группы Г. И. Мартиросов был поднят с постели ночным телефонным звонком из Москвы. Сообщив о происшествии, его предупредили, что самолет, скорее всего, направится в Израиль.

Заместитель министра иностранных дел СССР попросил выйти на руководство страны. Он намеренно воспользовался открытой связью в надежде, что Тель-Авив «услышит» беседу МИДа со своим посланником и как-то отреагирует. Так, по существу, и случилось. Через час после разговора с Москвой Мартиросову позвонил исполняющий обязанности генерального директора МИД Израиля Ануг и дал понять, что им известно о захвате самолета.

Израильтяне практически сразу выразили согласие принять самолет. А в Минводах продолжалась борьба. Теперь бандиты требовали денег.

«Зайцев: Вы уже несколько раз говорили о деньгах. Что вы имеете в виду, какие деньги?

Якшиянц: Нам нужны доллары, стерлинги».

«Вот и до денег дошли», — усмехнулся про себя Зайцев, хотя, откровенно говоря, было не до смеха. Песня эта не новая, и Якшиянц не оригинален. Еще в 1973 году, когда «Альфы» не существовало, четверо вооруженных бандитов захватили самолет «Як-40», следовавший по маршруту Москва — Минск, и потребовали изменить курс, чтобы вылететь за рубеж.

Экипаж уговорил террористов сделать посадку в Москве, якобы для дозаправки лайнера горючим.

Уже тогда угонщики требовали полтора миллиона долларов и вылет в Швецию. В случае невыполнения их требований террористы обещали взорвать лайнер вместе с пассажирами.

Интересно, какую сумму запросит Якшиянц?

«Зайцев: О какой сумме идет речь?

Якшиянц: Ну, тысяч по пятьсот на брата».

Зайцев отреагировал сразу. Ведь для «Альфы» было очень важно определить, сколько в автобусе террористов. Полковник как бы в продолжение разговора вплетает свой вопрос:

— А сколько вас братьев?

Но главарь далеко не простак. Он промолчал и заговорил вновь о деньгах.

«Якшиянц: Я сказал еще в Орджоникидзе — нам нужно миллион в долларах, миллион в фунтах стерлингов и миллион золотом. Золотом с пробами. Мы все это проверим.

Зайцев: Миллион золотом и миллион фунтов стерлингов. Я вас правильно понял?

Якшиянц: И миллион долларов. И золотом. Русским золотом. Самым дешевым и самым дорогим.

Зайцев: Я вас так понял: либо миллион долларов, либо миллион фунтов стерлингов, либо миллион золотом?

Якшиянц: Совершенно вы меня не поняли. Все три в одно место. Может быть, вы скажете: „Дадим вам три — золотом?“. Пожалуйста.

Зайцев: Павел, я откровенно говорю, что у нас такой возможности нет. Речь может идти о долларах.

Якшиянц: А почему золота нет, русского золота?

Зайцев: Павел, у нас золота с собой нет.

Якшиянц: Как так? В Советском Союзе золота нет, что ли? Я удивляюсь. Неужели вам жалко денег. Просто туда с миллионом неудобно ехать. Столько морд! Не успеешь оглянуться, как опять будешь в заднице.

Зайцев: Я еще раз обращаюсь к вам. Вы обсудите этот вопрос с товарищами. Мы можем дать только доллары.

Якшиянц: Три миллиона?