Чтение онлайн

ГЛАВА X

О ТВОРЕНИИ

В

ыше мы уже установили, что бог есть творец всех вещей; здесь мы

попытаемся объяснить, что следует разуметь под творением: затем

мы по возможности исследуем, чему обыкновенно учат

относительно творения. Начнем с первого.

Ч

то такое творение. Мы говорим: творение есть деятельность, при

которой не вступают никакие причины, кроме действующей, или

сотворенная вещь есть та, которая для существования не

предполагает ничего, кроме бога.

О

бычное определение творения отвергается. Здесь надо заметить: 1) мы избегаем слов, обыкновенно употребляемых философами, именно из ничего (eх nihilo), как будто ничто есть материя, из

которой были произведены вещи. Так говорят потому, что

существует привычка, когда речь идет о возникновении вещей, предполагать, что до вещей существует нечто, из чего они

возникают, почему и не могли также при творении выпустить эту

частицу из. То же случилось с ними и относительно материи, именно, видя, что все тела находятся в каком-нибудь месте и

окружены другими телами, они спрашивали себя, где же находится

вся материя, и отвечали: в воображаемом пространстве. Отсюда

несомненно, что они рассматривали ничто не как отрицание всякой

реальности, но представляли или воображали его чем-то

действительным.

3

02

О

бъяснение принятого определения. 2) Я говорю, что кроме

действующей причины в творении не вступают никакие другие. Я

мог бы сказать, что творение отрицает или исключает все другие

причины, кроме действующей. Но я предпочел слово вступают, чтобы не отвечать тем, которые спрашивают, не поставил ли себе бог

при творении какой-либо цели, ради которой он создал вещи. Далее, для лучшего объяснения вещи я прибавил второе определение, именно, что сотворенная вещь не предполагает ничего, кроме бога.

Ибо, если бог поставил себе какую-либо цель, то она находится не

вне бога, так как вне бога нет ничего, чем бы он был побужден к

деятельности.

А

кциденции и модусы не создаются. 3) Из этого определения

достаточно ясно, что нет творения акциденций и модусов, так как

кроме бога они предполагают еще сотворенную субстанцию.

Д

о творения не было ни времени, ни длительности. 4) Наконец, мы

не можем себе представить до творения никакого времени и никакой

длительности. Время и длительность начались вместе с вещами, ибо

время есть мера длительности или же, скорее, только модус

мышления. Поэтому оно предполагает не только какую-либо

сотворенную вещь, но главным образом мыслящих людей.

Длительность же прекращается, когда прекращается бытие

сотворенных вещей, и она начинается, когда начинают существовать

сотворенные вещи. Я говорю: сотворенные вещи, так как богу не

присуща никакая длительность, но только вечность, как выше уже

достаточно очевидно доказано нами. Поэтому сотворенные вещи

должны предшествовать длительности или по крайней мере

предполагаться одновременно с ней. Кто же вообразит, что

длительность и время предшествовали сотворенным вещам, тот

подвержен тому же предрассудку, какой свойственен тем, которые

воображают пространство вне материи, как это явствует само собою.

Это об определении творения.

Д

еятельность творения мира и деятельность его сохранения есть

одна и та же деятельность бога. Здесь нет необходимости

повторять доказанное нами в акс. 10, ч. I, что для сотворения вещи

необходимо столько же силы, как для сохранения ее, т.е. что та же

деятельность бога творит и поддерживает мир.

3

03

П

осле этих замечаний перейдем теперь ко второму пункту. Нам нужно

исследовать:

1)Ч

то сотворено и что не сотворено;

2)М

огло ли сотворенное быть созданным от вечности.

К

аковы сотворенные вещи. На первый вопрос мы отвечаем кратко: сотворено все то, сущность чего представляется ясно без всякого

существования, однако представляется сама собой. Такова материя, о

которой мы имеем ясное и отчетливое понятие, так как

воспринимаем ее под атрибутом протяжения и представляем ясно и

отчетливо, независимо от того, существует она или нет.

К

ак мышление бога отличается от нашего. Кто-нибудь может нам

сказать, что мы ясно и отчетливо представляем мышление без

существования и, однако, приписываем его богу. На это мы

отвечаем, что богу приписывается не такое мышление, как наше, т.е.

страдательное, ограниченное природой предметов, но такое, которое

представляет чистую деятельность и поэтому заключает

существование, как мы выше достаточно подробно доказали. Ибо мы

показали, что разум и воля бога не отличаются от его мощи и

сущности, включающей существование.

В

не бога нет ничего вечного подобно богу. Итак все, сущность чего