Чтение онлайн

– Да уж, богачи любят всему придумывать названия.

Чарли оставляет это без комментариев.

– Мы будем спать там. Так здорово. И это отличное развлечение. Я знаю, что этот месяц всегда дается тебе непросто.

– Да, – киваю я.

Чарли сжимает мою руку. Какое-то время мы оба молчим.

– Ну и, знаешь, – внезапно добавляет он. – Побудем без детей для разнообразия. Снова почувствуем себя свободными людьми.

Я бросаю на него взгляд. Это что, нотка сожаления в его голосе? Да, правда, в последнее время мы только и делали, что оберегали жизнь двух маленьких человечков. Иногда мне кажется, что Чарли немножко ревнует, учитывая, сколько любви и внимания я уделяю малышам.

– Помнишь, как было раньше? – спросил Чарли час назад, пока мы проезжали через живописный сельский пейзаж Коннемары, любуясь красным вереском и темными склонами. – Когда мы садились в поезд с палаткой и отправлялись куда-нибудь в поход на выходные? Боже, кажется, что это было уже так давно.

Тогда мы все выходные напролет занимались сексом, отвлекаясь только для того, чтобы поесть или прогуляться. У нас всегда были деньги. Да, теперь мы богаты по-другому, но я понимаю, к чему клонит Чарли. Мы стали первыми в нашей компании, у кого появились дети, – я забеременела Беном еще до того, как мы поженились. И хотя я ничего не поменяла бы, все же я думаю, не упустили ли мы пару лет беззаботного веселья. Во мне есть еще одно «Я», и иногда кажется, что оно утеряно безвозвратно. Девушка, которая всегда согласна выпить еще бокал, которая любит танцевать. Иногда мне ее не хватает.

Чарли прав. Нам необходимы спокойные выходные наедине друг с другом. Я только хотела, чтобы наш первый настоящий побег за много лет выдался не на гламурную свадьбу наводящей на меня страх подружки Чарли.

Я не хочу слишком сильно задумываться о том, когда мы в последний раз занимались сексом, потому что знаю – ответ будет слишком удручающим. В любом случае, довольно давно. В честь этих выходных я сделала свою первую эпиляцию зоны бикини за… боже, долгое время, не считая тех восковых полосок, которые в основном так и лежат в шкафу в ванной. Теперь, когда у нас появились дети, иногда кажется, что мы больше похожи на коллег или партнеров в маленьком любительском стартапе, которому мы посвящаем все внимание, но никак уж не на любовников. Любовники. Когда мы в последний раз так о себе думали?

– Черт, – говорю я, чтобы отвлечь себя от этих мыслей. – Ты посмотри на этот шатер! Просто громадный.

Он такой большой, что скорее похож на крытый город, чем на одиночную постройку. Если кто и закажет себе по-настоящему шикарный шатер, то это точно Джулс.

Вблизи остров выглядит еще враждебнее, чем казалось издали. Поверить не могу, что мы будем жить в этих непроходимых дебрях следующие пару дней. Когда мы подплываем ближе, я вижу скопление маленьких, темных зданий позади «Каприза». А на вершине холма, возвышающегося за шатром, – полоса темных очертаний. Сначала я думаю, что это люди; армия фигур, ожидающая нашего прибытия. Вот только они кажутся неестественно неподвижными. Когда мы подплываем ближе, я осознаю, что странные фигуры похожи на надгробные плиты. И то, что выглядело как головы, – на самом деле кельтские кресты, вписанные в окружность.

– А вот и они! – говорит Чарли и машет рукой.

Теперь я вижу силуэты на причале, машущие в ответ. Приглаживаю волосы руками, хотя мой неудачный опыт подсказывает, что от этого они только сильнее растреплются. Жаль, что у меня нет бутылки воды, чтобы избавиться от кислого привкуса во рту.

Когда мы подходим ближе, я уже могу разглядеть людей. Я вижу Джулс, и даже с такого расстояния ясно, что она выглядит безупречно: единственный человек, который может носить белое в таком месте и не испачкаться. Рядом с Джулс и Уиллом стоят две женщины, которые, по моему предположению, должны быть родственницами Джулс – их выдают блестящие темные волосы.

– А вон мама Джулс. – Чарли показывает на женщину постарше.

– Ничего себе, – отвечаю я. Она выглядит совсем не так, как я думала. На ней облегающие черные джинсы, черные остроугольные очки подняты наверх.

– Да, она родила Джулс совсем молодой, – поясняет Чарли, будто читая мои мысли. – А это, видимо… Боже ты мой! Судя по всему, это Оливия. Сводная младшая сестренка Джулс.

– Она уже совсем не маленькая, – замечаю я. Оливия выше, чем ее сестра и мать, и совсем не похожа на фигуристую Джулс. Она очень привлекательна, даже красива, кожа у нее бледная-бледная, но только с такими черными волосами, как у Оливии, она смотрится эффектно. Ее ноги в джинсах выглядят как две тонкие длинные линии, выведенные углем. Боже, я бы убила за такие ноги.

– Поверить не могу, как она выросла, – удивляется Чарли. Теперь он практически шепчет, потому что мы подплыли достаточно близко, чтобы нас могли услышать. Голос Чарли звучит несколько испуганно.

– Это она тогда на тебя запала? – спрашиваю я, выуживая этот факт из полузабытых разговоров с Джулс.

– Да, – отвечает Чарли с виноватой ухмылкой. – Боже, Джулс постоянно меня дразнила. Мне было так неловко. Смешно, да, но все равно неловко. Оливия постоянно находила причины, чтобы поговорить со мной, и сновала вокруг меня в такой пугающе-провокативной манере, которая подвластна только тринадцатилетним девочкам.

Я смотрю на божественное создание на причале и думаю: «Уверена, сейчас ему бы не было неловко».

Мэтти суетится вокруг нас, снимая с одной стороны ограждение и готовя веревку.

К нему подходит Чарли.

– Давайте помогу.

Мэтти отмахивается от помощи, что, как мне кажется, немного обижает Чарли.

– Бросай сюда! – Уилл шагает к нам по причалу. На экране он смотрится очень хорошо. В жизни же он… просто сногсшибательный.

– Давай я помогу! – кричит он Мэтти. Тот бросает ему веревку, и Уилл ловко ловит ее в воздухе, демонстрируя мускулистый живот под вязаным джемпером. Интересно, не показалось ли мне, что Чарли весь ощетинился? Лодки – это его конек: в молодости он был инструктором по парусному спорту. Но выглядит так, будто все, что связано со спортом, – это конек Уилла.

– Добро пожаловать! – он улыбается и протягивает мне руку. – Помочь?

Вообще, я и сама справилась бы, но все равно беру его руку. Он хватает меня под мышки и перекидывает через край лодки, будто я легкая, словно дитя. Я ловлю тонкий маскулинный запах – мох и кедр – и с ужасом думаю, как пахну сама. Наверное, как рвота и водоросли.

Я сразу могу сказать, что в реальной жизни он тоже обладает этим очарованием, этим магнетизмом. В одной из статей, которые я о нем читала, когда смотрела шоу – потому что, разумеется, я была просто обязана нагуглить о нем все что можно, – журналистка пошутила, что в основном смотрела шоу только потому, что не могла оторвать глаз от Уилла. Многие пришли в ярость, утверждая, что это объективация, что если такой же комментарий был бы в сторону женщины, то журналиста поджарили бы заживо. Но я уверена, что после этой статьи пиарщики шоу поздравили себя с успехом.

Если честно, я понимаю, о чем говорила журналистка. В интернете куча фотографий Уилла, раздетого по пояс или взбирающегося по скале, где он всегда выглядит невероятно привлекательным. Но дело не только в этом. У него особая манера перед камерой, какая-то интимность, отчего сразу кажется, будто ты лежишь рядом с ним во временном убежище, которое он соорудил из веток и коры деревьев, и моргаешь в свете его фонарика. Возникает чувство уединения, будто вы в пустыне одни, очаровательно.

Чарли протягивает Уиллу руку.

– Да к черту это! – отмахивается Уилл от руки и крепко обнимает Чарли. Я даже со своего места вижу, как напряглась спина Чарли.

– Уилл, – приветствует его Чарли отрывистым кивком, сразу же отступая назад. Это кажется вопиющей наглостью на фоне столь приветливого Уилла.

– Чарли! – теперь к нам с распростертыми объятиями идет Джулс. – Как давно мы не виделись. Боже, я так соскучилась!

Джулс, вторая женщина в жизни Чарли. Самая главная женщина, пока не появилась я. Их объятие длится долго.