Чтение онлайн

К вечеру следующего дня после выезда из Уэсли-холла, за окном экипажа истомившихся от тряски барышень Джонсон, наконец-то, замелькали грязные улочки Бэкхэма.

Карета, подрыгивая на ухабах и утопая в огромных лужах, неспешно подкатилась к крыльцу приземистого двухэтажного дома. Серый, неказистый, он представлял собой унылое зрелище, зато в холле путешественниц ждал горячий приём со стороны полной черноволосой дамы.

– Ну, наконец-то приехали, - громко воскликнула она, прижав к необъятной груди Беатрис, - подумать только, ты не была у нас почти два года! И что ты забыла в этом Уэсли-холле? Каких приличных женихов можно найти среди светских прощелыг и вертопрахов? Они отродясь не заработали ни одного пенни, а только и знают, что транжирить отцовские деньги, да приданое дурочек невест, ослепленных их громкими титулами?!

Мэри опешила от странной откровенности пожилой дамы, которая прямо с порога обрушилась на них с какими-то странными матримониальными планами, но умница Беатрис, которая лучше знала свою тетушку, благоразумно сделала вид, что не услышала этих слов.

– Вы, наверное, голодны,- запричитала женщина потом,- такие худенькие, такие бледненькие! Я всегда толковала Изабелле, чтобы следила за тем, как едят девочки, иначе всех отправит на кладбище чахотка.

Она ещё много говорила, но Мэри уже составила себе представление об уме хозяйки дома и перестала к ней прислушиваться. Вышел на звук женских голосов в холл и сам мистер Смит - хмурый, приземистый старик.

– Почему ты здесь?- вместо приветствия спросил он Мэри.
– Мы приглашали только Беатрис!

Она бы сама с удовольствием задала кому-нибудь этот вопрос, но откровенная грубая неприязнь старого джентльмена заставила девушку задохнуться от унижения.

– Меня прислала сюда мама,- чуть ли не со слезами пробормотала она,- но если вы против...

Но мистер Смит только рукой махнул.

– Конечно, я против!

Он немного в задумчивости помял подбородок, сверля взглядом смущенную и растерянную девушку, которая не знала, что делать - то ли отдать плащ слуге, то ли вернуться на улицу в ещё не отъехавший экипаж?

– Почему Изабелла так распорядилась,- между тем, недоуменно пожал плечами мистер Смит,- что у неё в голове? Мы же с ней уговаривались... Ладно,- обратился он к потрясенной Мэри,- располагайся пока в гостевой комнате, а там видно будет. Правда, мы тебя не ждали, и там не топлено, но ничего, потерпишь!

Кое-что стало ясно только после обеда, когда дядюшка позвал обеих девиц в свой кабинет - унылую, мрачную комнату, заваленную бумагами и толстенными бухгалтерскими книгами, такую же неудобоваримую, как и её владелец.

– Вот что,- сразу же взял он быка за рога,- ты, девочка моя, тут не просто так, хотя мы всегда рады видеть нашу голубку! Мать нашла тебе мужа...

Мэри с жалостью взглянула на побелевшую от волнения сестру и с невольным уважением поразилась, насколько та хорошо держится - ни единого вопроса, уточнения, да что там, даже возгласа и то не последовало. Ей было невдомек, что Беатрис просто онемела от возмущения и испуга.

Мистер Смит, наоборот, остался чрезвычайно довольным, что обошлось без слез, обморока, истерик, и теперь торопливо продолжал:

– Мистер Джеймс Лэтери - весьма достойный джентльмен. Ему двадцать семь лет, из хорошей семьи, руки и ноги на месте, но самое главное - у молодого человека большие табачные плантации в окрестностях Нового Орлеана, поэтому он вполне способен обеспечить и жену, и самое многочисленное потомство!

Сестры всполошено переглянулись. Заговорила первой, конечно же, удивленная Мэри:

– Новый Орлеан? Богатство? Но зачем оно Беатрис, если у неё самой денег девать некуда? Поближе женихов не нашлось, как на другом конце света?

Мистер Смит так ударил кулаком по столу, что барышни подскочили на месте.

– Вот поэтому тебя сюда никто и не звал, чтобы не совала нос, куда не следует! Я тебя пригласил в кабинет, чтобы прямо указать - прикуси язычок! Джеймс - единственный сын нашего заокеанского компаньона. Приданое Беатрис пойдет не на новые панталоны и сюртуки для какого-нибудь светского бездельника, а будет вложено в дело, укрепив и приумножив капиталы компании. Это очень хорошая сделка, причем необходимая в данной ситуации, когда такой ажиотаж на рынке колониальных товаров. Все кинулись в этот бизнес, как будто торговля сахаром сама по себе сделает их жизнь сладкой! Путаются под ногами, сбивают цены, и, как знать, не получит ли семейство Лэтери более выгодные предложения по фрахту от каких-нибудь ловкачей, и что тогда? Разорение, крах, нищета... Брак же между вами упрочит положение фирмы, сделает её гораздо устойчивее в условиях такой жесточайшей конкуренции. В общем, это вопрос не обсуждается... Мы пригласили Джеймса сюда, подальше от светских знакомых вашего отчима, чтобы они не фыркали на парня и не смущали его. Познакомитесь, приглядитесь, а там и сроки венчания назначим. Но сразу говорю - чем скорее, тем лучше!

Беатрис, молча выслушавшая эту тираду, вдруг икнула..., потом ещё раз, и ещё раз! Напрасно испуганная Мэри пыталась напоить её водой, била по спине, нажимала на кончик носа - бедная девушка икала до тех пор, пока не задохнулась и не потеряла сознание.

– Ерунда,- отмахнулся мистер Смит после того, как были использованы нюхательные соли, и племянница вновь стала понимать, что происходит вокруг,- был бы Лэтери стариком или уродом, я бы и сам побоялся испортить девочке жизнь. Но он нормальный парень, крепкий, здоровый! За такого я бы и сам замуж вышел, если был сопливой девчонкой, а она вместо благодарности... икает! Вот дурочка! Как только корабль Джеймса войдет в док, Ник привезет его к нам. Думаю, управимся со сватовством к Рождеству. И погоди реветь, может, ещё сама ему не приглянешься!

– Она-то, может, и не приглянется,- огрызнулась Мэри, выведенная из себя таким произволом над любимой сестрой,- да сорок тысяч приданого неотразимы, покорят любое сердце!

– А ты, милая,- не остался в долгу вредный старик,- не считала бы чужих денег, раз своих нет! Посмотрим, какой граф или герцог польстится на такую леди! Небось, сама бы умерла от радости, если нашелся сумасшедший сделать тебе предложение. Прикуси свой сварливый язычок, да готовь свадебный подарок!

После такого оглушающего сюрприза девушки долго не могли прийти в себя. Всю ночь они просидели в одной постели, потому что в комнате Мэри было холодно как в склепе, и плакали навзрыд. Беатрис - от возмущения и обиды на мать, Мэри - в знак протеста и за компанию.

Утром за завтраком сестры ещё злились и хмурились, к обеду немного пришли в себя, а к вечеру мудро решили, что рано отчаиваться - нужно подождать и посмотреть на этого самого Лэтери, а вдруг дядюшка прав и он вполне приличный молодой человек!

Дом мистера Смита был устроен по его вкусу. Выкрашенные практичной коричневой краской панели, скрипучие старые лестницы, тяжеловесная дубовая мебель, купленная на распродаже имущества, какого-то обанкротившегося негоцианта прошлого столетия. Кроме того, устрашающие кушетки, затянутые в не маркую парусину, чтобы не замусолить обивку, скудно теплящиеся камины (ведь дрова нынче так дороги, да и можно надеть на себя ещё одну фланелевую юбку, дорогая!). Вместо книг на всех полках библиотеки теснились гроссбухи, оставшиеся, наверное, ещё от прежних хозяев. Досуг в доме мистера Смита заполняли чтением Библии, посещением церкви, да бесконечным шитьем для церковной корзинки. Мало расцвечивали вечера и ухаживания помощника викария за Сарой. Уже немолодой мужчина, навещая свою избранницу, в основном рассуждал о сборе пожертвований в пользу прихода, да сетовал на падение нравов.

В общем, от тоски Мэри угрюмо пялилась в окно на деревья сада, а Беатрис развлекала себя разговорами с тетушкой о способах варки варенья из смокв, стараясь бороться с тошнотворным предчувствием надвигающейся беды. Уж она-то хорошо знала - если матери, что взбрело в голову, противиться бесполезно!

В пронзительной скуке прошли последние осенние дождливые деньки, когда непогода не давала даже носа высунуть за пределы пропахшего бараньим жарким дома мистера Смита. Наступил декабрь, а кузен и будущий жених так и не появились.