Чтение онлайн

— Судя по его разбитой морде, он сам бы не понял, что говорит. Рассказывай. Что ты здесь опять устроил?

Моя версия произошедших событий майору не понравилась.

— То есть, ты просто взял и набил всем морду, когда они захотели на тебя напасть и ограбить? — С усмешкой уточнил он. — Позволь спросить, что они решили у тебя отнять? Одежду?

— Одежду на мне сжёг маг. Скотина такая. Совсем новая была. — Я достал и кармана фигурку медведя. — А отнять хотели его. Дадиани решил, что это золото.

Майор посветил фонариком на фигурку. Жестом попросил дать медведя ему. Я дал. Покрутив медведя в руках, он сказал:

— Не удивительно. Это этрусское золото. Вообще-то, это бронза, но стоит она дороже обычного золота. На порядки дороже. Где нашёл?

— Сколько бы ни стоила, это не повод меня убивать. — Отрезал я, забирая фигурку и напрочь игнорируя его вопрос.

— Можешь дорого продать её государству. — Продолжал гнуть свою линию майор. — А если покажешь место, в котором её нашёл, то вообще озолотишься.

Я демонстративно поставил фигурку на крышу машины. Это был единственный ровный участок на ней. Фигурка устойчиво стояла на задних лапах. Она вроде бы не сильно изменилась, но этих изменений оказалось достаточно, чтобы вернуть медведю устойчивость. Я сначала думал, что погнул фигурку во время драки, но даже у меня не получилось согнуть её лапы. Бронза была очень прочной.

— Вот как такую красоту можно продать? — Спросил я.

— За деньги. Ты же любишь деньги. — Уел меня майор. — За неё получишь очень много.

— Не всё продаётся за деньги. — Философски возразил я. — Ты можешь объяснить: почему этот выродок здесь? Судя по его поведению, он не в первый раз кого-то грабит и убивает. У него крестьяне натренированы вести себя как обезьянки. Ничего не вижу, ничего не слышу, а значит, никому ничего не скажу. Кто-то в вашей конторе действительно очень любит деньги!

— Не кипятись. Для меня его присутствие здесь, тоже большой сюрприз. — Поморщился майор. — А при чем здесь обезьянки?

— Это из восточного фольклора. Не уходи от темы. В России законы вообще действуют? Или право родовитого и право сильного главенствует? Может, мне действительно стоило их прикончить, а не рассчитывать на компенсацию? — Я кивнул на лежащие тела.

— Да. Признаю. У нашей службы обширные полномочия и возможности. Но изжить и побороть связи, которые создавались веками, мы можем пока не везде. На периферии творится чёрт знает что. — Оправдываясь, майор невольно повысил голос. — Но мы работаем над устранением устоявшихся противозаконных связей.

— Сталина на вас нет. — Вздохнул я. — Едь. Вези сюда своих. Заодно выясни, какого лешего здесь делает Дадиани и орёт, что гору он никому не отдаст. Кстати, я буду требовать с него компенсацию за нападение и попытку убийства. — Повторил я.

— Ничего не имею против.

Майор направился к своей машине. Открыл багажник. Долго в нём копался и, наконец, достал обычный фейерверк. Воткнул его направляющую между камней и поджёг фитиль. С шумом ракета взлетела высоко в небо. Прозвучали три громких хлопка. Яркие искры образовали конус, направленный остриём вниз. Причём искры не разлетались в стороны и не падали вниз. Конус висел и светился секунд тридцать. Явно магия какая-то. Снизу подобный фейерверк смотрелся особенно изумительно.

— Это у тебя красный свисток такой? — Поинтересовался я у майора, когда конус развеялся.

— Любой сотрудник ГБ обязан поспешить на помощь, увидев подобный сигнал, но я договорился конкретно со своими. Для обыкновенной полиции есть такой же, но зелёного цвета. Для военных, белого.

— Лучше бы вы с собой тамтамы носили. С ними общаться на дальние расстояния намного удобнее и более информативно. — С иронией посоветовал я. — Неужели у вас нет никаких артефактов связи, чтобы нормально поговорить можно было?

— Парные артефакты попадаются очень редко. А чтобы они оказались пригодными для связи, шансы вообще невероятно низки.

— С артефактами понятно. Но другие типы связи? С электричеством вы не в ладах, но те же банки обмениваются между собой информацией. Полицейские тоже как-то передают между собой данные на дворян.

— Во всех этих случаях посредником выступает Архив. Используются конструкты, предоставляемые им. Но Архив работает с задержкой. Поэтому иногда быстрее хлопушкой сигнал подать или гонца отправить.

— Что за структура такая, Архив. Почему даже ГБ не может изъять у них конструкты для собственных целей?

— Архив — надгосударственная организация. Любое давление на неё закончится нападением остальных стран, на государство нарушитель.

— О как! А вы вообще в курсе, что тот, кто владеет информацией, владеет миром?!

— Не ты один такой умный. Конечно, в курсе. С Архивом наше государство начало сотрудничать ещё во времена прадеда нынешнего императора. Россия — слишком большая страна, чтобы пренебречь возможность заполучить столь быстрый способ связи. — Я скептически хмыкнул на такое утверждение. — С той поры не было ни одного случая, чтобы информация, переданная через Архив, попала не в те руки. — Привёл аргумент майор. — Слышал про масонов?

— Угу. — Коротко ответил я.

— Говорят, это они и есть. Масонство официально исчезло больше трёхсот лет назад. Как раз в это время Архив начал распространять свою сеть по всему миру.

Не нравилась мне такая структура. Пусть сейчас она выполняет условия своего нейтралитета и невмешательства, но ею управляют люди. Рано или поздно до ключевой позиции в Архиве доберётся, в лучшем случае, жаждущий власти и денег человек. Тогда нейтралитет закончится, но поймут это не сразу, а когда будет поздно.

О масонах я слышал мало в своём мире. Никогда не интересовался этой темой. Вроде как они за всеобщую справедливость. Этакие средневековые коммунисты. Только человеческая история учит, что благими намерениями дорога прокладывается совершенно в другую сторону. Учит на очень страшных примерах.

— Вы, надеюсь, сообщения шифруете, когда передаёте? — Спросил я и махнул рукой. — Хотя, если у Архива есть устройства для хранения и обработки информации, любые ваши коды для них прозрачны.

— Что значит прозрачны? — Насторожился майор.