Чтение онлайн

Другой вариант: девицу просто наняли испортить репутацию эра Грэма, выставив его в плохом свете. Женщину обидел, ноготь ей сломал, еще что-то. Даже если отбросить весь этот фарс, сам факт, что директор по продажам связался на корпоративной вечеринке с истеричкой, добавлял ему массу отрицательных очков в глазах окружающих. Нормальный мужчина на ТАКУЮ не клюнет. Наверное.

– Не дури, Саманта, – сказала я доверительно. – Не знаю, платит тебе кто-то за этот спектакль или нет, но миссия точно провалена. Твои нападки выглядят смешно и наигранно, а с моим шефом опасно ссориться – поверь опыту. В лучшем случае – тебя просто турнут сейчас из отеля, как нарушительницу спокойствия. В худшем – окажешься на условном сроке со статьей за клевету. До более тяжеловесной статьи за покушение на его жизнь эр Грэм вряд ли опустится, хотя, зная его мстительный характер… – Я многозначительно замолчала, посмотрев на босса… к которому на всех парах подходил официант с единственным бокалом на небольшом круглом подносе в бело-золотых тонах.

Святые небеса! Тот самый бокал, возле которого вертелась Вероника?!

Картинка в моей голове, наконец, сложилась. Наверняка эта змея подколодная добавила что-то в вино. Вряд ли яд – сводный братец ей живым нужен. Снотворное, слабительное или, может, приворотное зелье? Вариантов было много, причем один другого хуже. Зато стала понятна та странная эмоция предвкушения, смешанная со злорадством, которая исходила от эры Ли. Выставить эра Грэма неадекватом перед коллегами или отправить на всю ночь обниматься с фарфоровым другом – чем не месть отвергнутой женщины?

– Погоди-ка, – бросила я Саманте и едва ли не бегом рванула к боссу, который, очевидно, чтобы успокоить нервы, взял проклятый бокал и… – Я… мне плохо! – выхватив из рук начальника вино, я сделала большой глоток. – Горло першит, – просипела, изображая внезапный приступ кашля, больше похожий на жалкое кряхтение.

Для убедительности выпила еще, так как на меня уставились все, кто был поблизости, а не только шеф. И от этого стало так неловко, что я… опять выпила. Хорошее вино, яркое: с ягодным вкусом и цветочным ароматом, в котором чувствуются нотки корицы и ванили. Даже жаль, что в него что-то подмешали. Так, секундочку… я что… только что попробовала заряженный какой-то гадостью напиток, в попытке спасти от него директора?

А если там все-таки яд?

Моя непредсказуемость в критической ситуации, похоже, вышла на новый уровень.

Пальцы, сжимавшие тонкую хрустальную ножку, дрогнули, выпуская бокал вместе с его приправленным чем-то (или все же нет?) содержимым. Вся эта жижа с привкусом ванили уродливым пятном растеклась по платью ценой в три моих зарплаты. На глазах у озадаченного босса и публики, которая, кажется, окончательно передумала расходиться. Еще и Вероника прибежала… чтобы проконтролировать доставку вина адресату, если мои подозрения на ее счет, конечно, верны.

– Мне точно плохо, – выдохнула я, начиная красиво заваливаться… вроде как в обморок.

Эдвин, стоявший поблизости, дернулся ко мне, но я уже успела схватить за руку босса, непрозрачно намекая, что неплохо бы мне помочь. И он, действительно, помог, придержав меня за спину, чтобы не упала. А еще наклонился и тихо спросил:

– Вы пытаетесь меня соблазнить, эра Донован?

– С дуба рухнул?! – вырвалось у меня. – Ли… РухнуЛИ, – исправилась я, чувствуя себя по-дурацки. – Просто отведите меня в номер, пожалуйста. Надо поговорить.

Он кивнул, и я собралась уже поковылять в его компании к выходу, изображая внезапный приступ головокружения (про то, что начинала разыгрывать сцену с кашля, благополучно забыла), как эр Грэм легко, но уверенно подхватил меня за руки и, не боясь испачкаться вином, впитавшимся в подол, вынес из зала… под одобрительные аплодисменты коллег.

Пресветлая дева! О чем они все подумали-то?!

Спасла, называется, репутацию босса… угу.

– Стойте, я с вами! – увязался следом Эдвин. Слава небу, что только он – могла ведь и Саманта пойти. И Вероника. И толпа неравнодушных гостей тоже. – Может, доктора вызвать? Тебе, правда, плохо, Мэгги?

– Плохо, – подтвердила я, обняв босса за шею. – Скоро будет. В вино что-то добавили… кажется.

– И вы поняли это, эра Донован, когда выпили треть бокала? – съязвил эр Грэм, тем не менее, продолжая меня нести дальше к лифтам.

– Раньше.

– То есть ты выпила, зная об опасности? – Перейдя на «ты», он остановился, вперив в меня хмурый взгляд.

– Я… ну… так получилось, – сказала виновато и не придумала ничего лучше, чем спрятаться от недобро прищуренных глаз шефа на его же плече.

Метод страуса, ага – если я не вижу опасности, значит, и опасность меня не видит.

– Дура, – рыкнул оборотень, вновь продолжая движение.

– Еще какая, – согласилась я с ним.

Как-то очень быстро согласилась… хм. То есть одно дело подумать такое про себя, другое – сказать вслух. Но мысли в голове держались все хуже по мере того, как начинало действовать вино. Голова действительно закружилась, в теле появилась приятная слабость, как бывало при легком опьянении, а в мозгах начался какой-то бардак. Зато язык развязался гораздо больше обычного, и это пугало. О чем я, естественно, тут же сообщила братьям… сама того не желая.

Тьма! Что за хрень Вероника подсыпала в этот бокал? Зелье правды, что ли?

А зачем?

Хотела вытянуть из эра Грэма признание? Она серьезно считает, что он без ума от нее, просто тщательно это скрывает? Или так и есть? Зачем-то же он задержался тогда у ресторана. Ждал ее, наблюдал.

– Вы любите Веронику, босс? – сорвалось с моих губ прежде, чем я успела прикрыть ладонью рот.

Если так пойдет и дальше, рук явно будет мало – понадобится кляп или клейкая лента.

Эр Грэм удивленно на меня посмотрел, Эдвин – тоже.

– Э-о-нэ-я-а-и-о… – промямлила я из-под прижатой ко рту ладони.

– Что? – переспросил Эд, заботливо трогая мой лоб – видимо, заподозрил температуру.

– Это не я, а вино! – убрав руку, сообщила им. – Зелье правды какое-то, – проворчала расстроено, хотя самое время было паниковать – это ж я все, что думаю о своем вредном шефе, ему сейчас и расскажу. При свидетеле.

Интересно, эр Грэм донесет меня в таком случае до номера или выкинет в шахту лифта? Чувствуя непреодолимое желание озвучить эти мысли, я снова зажала себе рот – так безопасней.

– Значит, главное, что тебя интересует – это люблю ли я Веронику? – Босс продолжал язвить, но, что примечательно, совсем перестал злиться: как на Саманту с ее претензиями, так и на меня с моими инициативами. Уголки его губ подрагивали, рисуя слабый намек на улыбку, а в глазах появился какой-то хищный блеск. Или это обычное любопытство?

– Не интересует. – Я опять дала волю словам. – То есть, конечно, интересует, но это не главное.

Судя по лицам мужчин, понятней им не стало.

– Да блин! – вырвалось у меня. – Это Вероника что-то сделала с вином. А я пытаюсь понять, что именно и зачем! – сообщила раньше, чем планировала, хотя в коридоре, куда мы вышли из лифта, посторонних, к счастью, не было.