Чтение онлайн

Босс, подумал Клинт. Боже правый, босс. Меня не выдвигали, я не агитировал, но я все равно получил эту работу.

— Но нет покоя голове в венце, — сказала Эви. — Генрих IV, Часть вторая. [259] Не самое лучшее его произведение, но и не самое плохое. Ты же знаешь, что тогда мальчики играли женские роли, не так ли?

Она не телепат, сказал сам себе Клинт. Люди пришли, как она и предсказывала, но и я мог это предсказать. Это простая логика. У нее есть навыки хорошей ярмарочной гадалки, но она не телепат.

Да, и он мог продолжать в это верить, что до тех пор, пока ему этого хотелось — ведь это свободная страна. Между тем, она смотрела на него с любопытством и интересом, взгляд человека все понимающего и абсолютно выспавшегося. Наверное, единственная женщина в мире, которая все еще так выглядела.

— О чем мы поговорим, Клинт? История ролей Шекспира? Бейсбол? Последний сезон Доктора Кто? Жаль, что все закончилось на скале, не так ли? Боюсь, что это конец. Мне известно, что спутница доктора заснула пару дней назад, и теперь она трясется в ТАРДИС [260] е через свое собственное пространство. Может быть, они и смогут переписать сценарий, хотя в следующем сезоне играть в нем будут одни мужчины.

— Звучит неплохо, — сказал Клинт, автоматически включив психотерапевта.

— Или нам стоит заняться чем-то более актуальным в нынешней ситуации? Я бы предложила последнее, потому что время на исходе.

— Мне понравилась твоя идея о нас, — сказал Клинт. — Ты Суперженщина, а я главный Мужик. Символические фигуры. Архетипы. [261] Инь и Янь. Король с одной стороны шахматной доски, королева с другой.

— О, нет, — сказала она, улыбаясь. — Мы на одной стороне, Клинт. Белый король и белая королева. С другой стороны, все те, кто объединился против нас, — целая армия черных фигур. Вся королевская конница и вся королевская рать. Упор делается на мужчинах.

— Это интересно, что ты видишь нас на одной стороне. Я этого раньше не понимал. А когда ты начала это понимать?

Улыбка исчезла.

— Не надо. Не делай этого.

— Не делай чего?

— Отсылаю тебя к Диагностическому и статистическому руководству по психическим расстройствам, версия IV. [262] Чтобы разобраться с этим, ты должен отпустить некоторые рациональные предположения и опираться на интуицию. Спроси свою женскую сторону. У каждого она есть. Подумай только обо всех авторах-мужчинах, которые надевали платье. Вспомни Милдред Пирс Джеймса Кейна, [263] например. Это мой любимый.

— Есть много женщин-психиатров, которые будут возражать против идеи, что…

— Когда мы говорили по телефону, в то время как твоя жена еще не заснула, ты верил в то, что я тебе говорила. Я слышала это в твоем голосе.

— Я был в… в одном месте тем вечером. Решал свои личные проблемы. Слушай, я не оспариваю твое влияние, твои способности, раз ты на этом делаешь акцент. Давай отталкиваться от того, что ты все держишь под контролем. По крайней мере, на сегодня.

— Да, предположим, что я все держу под контролем, сегодня. Но завтра они придут за мной. Если нет, то послезавтра, или на следующий день. Это не затянется надолго. В то время как в другом мире, том, за деревом, время движется в гораздо более быстром темпе — месяцы бегут за месяцами. Существуют опасности, но каждую из них женщины преодолевают, все меньше и меньше шансов, что они захотят вернуться в этот мир.

— Допустим, я понимаю и верю хотя бы в половину того, о чем ты говоришь, — сказал Клинт. — Кто тебя послал?

— Президент Реджинальд К. Яйцехуй, — выпалила Энджела из соседней камеры. — Либо он, либо лорд Крутой Дрочило. Может быть…

И тогда она закричала. Клинт повернулся вовремя, чтобы увидеть большую коричневую крысу, прыгнувшую через решетку в камеру Энджелы. Она задрала ноги на койку и снова закричала.

— Убери это! Убери это! Ненавижу крыс!

— Ты будешь молчать, Энджела? — Спросила Эви.

— Да! Да! Обещаю! Да!

Эви закрутила пальцем, как судья, сигнализирующий о хоум ране. [264] Крыса выбежала из камеры Энджелы и присела в коридоре, наблюдая за ней своими глазками-бусинками.

Клинт повернулся к Эви. Когда он шел сюда, в его голове крутился ряд вопросов, призванных выбить галлюцинаторный бред из её головы, но теперь они были сдуты, как карточный домик под сильным ветром.

Я наяву вижу эти галлюцинации, подумал он. Держись за это, чтобы не потерять рассудок.

— Меня никто не посылал, — сказала Эви. — Я сама пришла.

— Мы можем заключить сделку? — Спросил он.

— Мы уже заключили, — сказала Эви. — Если я это переживу, если ты меня спасешь, то женщины вольны самостоятельно выбирать свою судьбу. Но предупреждаю: большой парень, Джиари, очень меня хочет. Он думает, что может контролировать других мужчин и захватить меня живой, но он, вероятно, в этом ошибается. И если я умру, все будет кончено.

— Кто ты? — Спросил он.

— Ваша единственная надежда. Я предлагаю тебе перестать беспокоиться обо мне и сосредоточить всю свою энергию на людях вне этих стен. Вот те, кого нужно бояться. Если ты любишь свою жену и сына, Клинт, тебе нужно быстро принимать решения, чтобы быть впереди. Джиари еще не полностью все контролирует, но скоро будет. Он умный, мотивированный, и он никому не доверяет, кроме себя.

— Я отсрочил его визит. — Губы Клинта онемели. — У него есть подозрения, да, но он не может ни в чем быть уверен.

— Он будет уверен, как только поговорит с Хиксом, и он уже туда едет.

Клинт покачнулся на стуле, словно она протянулась через решетку и ударила его. Хикс! Он забыл о Хиксе. Он стал бы держать рот на замке, если бы Фрэнк Джиари спросил его о Еве Блэк? Хватило бы у него духа?

Эви наклонилась вперед, ее взгляд уперся в Клинта.

— Я предупредила тебя о твоей жене и сыне, я напомнила тебе, что есть оружие, к которому ты можешь получить доступ, и это больше, чем я должна была сделать, но я не ожидала, что ты мне так сильно понравишься. Полагаю, я даже могу тобой увлечься, потому что ты чертовски глуп. Ты как собака, лающая на прилив, доктор Норкросс. Не отхожу от темы, но это еще один аспект основной проблемы, уравнение мужчина-женщина, которое никогда не сходится. Не обращай внимания, эта тема на другой раз. Ты должен принять решение: либо подготовить оборону, либо отойти в сторону и позволить им забрать меня.

— Я не собираюсь позволять им забрать тебя, — сказал Клинт.

— Смелые слова. Крутой мачо.

Ее пренебрежительный тон терзал его.

— Твое всевидящее око знает, что я отключил таксофоны, Эви? Что я не дал местным женщинам в последний раз попрощаться ни с кем, даже с их детьми, потому что мы не могли позволить новости о тебе выйти за стены тюрьмы? Что и моему сыну тоже угрожает опасность? Он подросток, и он рискует головой, когда делает то, что я ему говорю.

— Я знаю, что ты сделал, Клинт. Но я не заставляла тебя ничего делать.

Клинт вдруг разозлился на нее.

— Если ты в это веришь, ты врешь сама себе.

Она взяла с полки телефон Хикса.

— Мы закончили, доктор. Я попытаюсь пройти все уровни в Транспортном переполохе. — Она подарила ему подмигивание кокетливой малолетки. — Я играю все лучше и лучше.

— Мы на месте, — сказал Гарт Фликингер, и остановил свой потрепанный Мерседес перед изрядно потрепанным трейлером покойного Мейвейзера Трумэна.