Сравнительное богословие. Книга 5
Шрифт:
— Организация природных стихий (воздействие на людей природных, геологических, тектонических и прочих явлений, характер проявления которых зависит от людской духовной и вещественной жизни).
При всём этом накопленное людьми объективное Зло остаётся в пределах Земли и помимо вещественного мира ограничено духовным миром людей — Ноосферой Земли: дальше Ноосферы объективному Злу выхода не имеется. Поэтому людская борьба со Злом — это и борьба людей друг с другом в вещественной и духовной сферах (на уровне дел, слов и идей) и борьба людей самих с собой (Добро и Зло борются в психике каждого человека) — на уровне процессов, идущих в психике каждого. Примерно также обстоит дело и с воздаянием раем «за верное служение Богу в мире людей». Никакого рая Бог не предусмотрел: просто, победив своё же Зло на Земле (духовно и вещественно), люди сами должны преобразить Землю в «рай».
Считается, что Заратуштра стал первым, кто учил о посмертном суде над каждым человеком, о рае и аде, о грядущем воскресении тел, о всеобщем «Последнем Суде» и о «вечной жизни воссоединявшихся души и тела». Эти представления стали впоследствии достоянием нескольких мировых религиозных систем человечества — в первую очередь иудаизма, библейского христианства и ислама. Однако только в самом зороастризме они имеют между собой красивую и полную основу, логическую связь, потому что Заратуштра настаивал и на исконной благости материального мироздания и соответственно плотского тела и на непоколебимой беспристрастной божественной справедливости — как он её понимал. По Заратуштре, спасение каждого человека зависит от совокупности его мыслей, слов и дел, в которые вмешиваться и изменять, из сострадания или же по своей прихоти, не может ни одно божество.
Последнее — великое заблуждение Заратуштры, вошедшее в мировоззрение миллионов людей. Бог вмешивается в жизнь людей, поддерживая Добро и Праведность — ненавязчиво указывая внимательным людям через Язык Жизни праведный путь. Но зороастрийцы (похоже впервые в истории становления религиозного монотеизма), отгородясь догматами своего «добра» и «зла» от Языка Жизни, так и остались глухи ко всегда Добрым призывам Бога, считая Его «невмешивающимся». [114]
114
«Неприятные» воздействия Языка Жизни на людей — тоже Добрые призывы Бога к изменению жизни людей. То есть, неприятности, с которыми сталкиваются люди, указывают на жизненные тупики, в которые можно упереться в будущем. Но вместо того, чтобы задуматься «почему неприятностей становится больше и больше» — люди начинают упрямо «бороться с неприятностями» — как со злом, которое с ними творит кто-то другой.
От такого «понимания» (по сути непонимания) Языка Жизни — родился «абстрактный гуманизм», детище эпохи капитализма.
При более позднем переходе от восточного дуализма к строгому монотеизму (иудаизм, «христианство», ислам) основные черты «характера», приписанные «дуалистическому» Богу зороастризмом, остались. Главное, что после зороастризма в «характер» Бога крупнейшими религиозными системами был «записан» всё тот же восточный дуализм, адаптированный к строгому монотеизму: Богу приписали не только поддержку Добра, но и мстительную борьбу со Злом (перепутав и канонизировав «добро и зло») с вытекающей из системы восточного дуализма доктриной посмертного воздаяния, которой якобы руководит Бог. В общем, восточный дуализм не ушёл в прошлое вместе с иранским зороастризмом, он так и остался достоянием мировоззренческих систем основных мировых религий. На этом позитивный (в смысле постижения людьми Правды жизни) духовный прогресс надолго приостановился.
Люди издревле принимали эгрегориальную магию как явления вмешательства в их жизнь Бога (богов). А поскольку эгрегоры — творение самих людей, то и «характер» Бога (богов) соответствовал тому содержанию (эгрегориальным матрицам-«штампам»), которое люди когда-то сами заложили в эгрегоры-боги, руководствуясь своим несовершенным мировоззрением. Первой религиозной системой, которая «канонизировала» эгрегориальное «добро-зло», как взаимоотношения Бога с людьми и Бога со «злом-добром», был зороастризм. Но именно основой зороастризма и явился восточный дуализм с его доктриной посмертного воздаяния (мировоззренческая основа древних индоиранцев).
Одновременно с «канонизацией» такого дуалистического «характера» якобы Бога, порочный духовно-мирской круг надолго замкнулся: люди эгрегориально замкнулись на «Бога»-эгрегор (эгрегоры) с соответствующим последнему «характером». Культурно-религиозная и «каноническая» поддержка «характера» выдуманного «Бога» обеспечила на столетия и тысячелетия поддержку крупнейшей эгрегориальной иллюзии-мистерии, передавшейся другим религиозным системам.
Для большей полноты ощущений и представлений мстительного «характера» зороастрийского «Бога» приведём отрывок из Авесты. Согласно зороастрийской вере посмертный суд над душами поручен Митре, [115] по обеим сторонам которого восседают Сраоша и Рашну, держащий весы правосудия. На этих весах взвешиваются мысли, слова и дела каждой души: «добрые — на одной чаше весов, дурные — на другой. Если добрых дел и мыслей больше, то душа считается достойной рая» и наоборот. «Характер» Митры — высшего судьи Ахура-Мазды — можно увидеть в одном из яштов Авесты (10 глава «Михр-яшт»): [116] [117]
115
Митра — воплощение договора, согласие, союза — издревле одно из главных божеств индоиранского пантеона. Почитался наравне с Маздой. Но позже (в период маздеизма) культ Ахура-Мазды стал выше всех остальных культов и Ахура-Мазда был «назначен» Заратуштрой «высшим единым Богом-творцом». Митра при этом остался богом, сотворённым Ахура-Маздой. Яшт 10 Авесты посвящён Митре (Михр Яшт), где про Митру сказано:
«Сказал Ахура-Мазда Спитаме Заратуштре: «Когда я создавал Митру многопастбищного, тогда наделил [я] его такими качествами, чтобы был он достойным почитания и восхваления [в такой же мере], как я сам, Ахура-Мазда»».
Выделенная нами жирным фраза позволяет судить о «характере» Ахура-Мазды по «характеру» Митры, поскольку сам Ахура-Мазда, согласно Авесте, гордится своим творением в такой же мере, как собой.
116
Цитируем по тексту: «Хрестоматия по истории Древнего Востока». Ч.2 Под ред. акад. М.А. Коростовцева, д.и.н. И.С. Кацнельсона, проф. В.И. Кузищина. М., 1980 г.
117
Особо знакомые нам из Библии и Корана черты «характера» единого «Бога» мы выделили жирным.
1. Сказал Ахура-Мазда Спитаме-Заратуштре: «Когда я создавал Митру многопастбищного, тогда наделил [я] его такими качествами, чтобы был он достоин почитания и восхваления [в такой же мере], как я сам, Ахура-Мазда.
2. О Спитама, губит всю страну человек, нарушающий договор, [118] нанося [этим] такой же удар по всему причастному Арте, как и сто кайадов. [119] Не нарушай договора, о Спитама, ни того, что заключаешь с [представителем] друджевского [мира], [120] ни того, что [заключаешь] с единоверцем, причастным Арте; обоюдный ведь договор: и друджевский и артовский».
118
«Канонизация» зороастрийской веры явилась первым крупнейшим «договором», сковавшим волю и свободу людей догматами веры, эгрегориальным водительством и страхом перед высшими силами. Заметьте, что слово «договор» упоминается в связи с Митрой — богом-судьёй над людьми и их душами. В начале I тысячелетия н. э. культ Митры станет в зороастризме основным и одновременно с этим появится ещё один крупнейший «договор» (завет), сфера власти которого будет распространена на огромную часть мировой цивилизации.
119
Кайады — еретики (примечание переводчика).
120
Друджевский мир — мир зороастрийской лжи. Артовский мир — мир зороастрийской правды. Договор — обоюдный — между зороастрийскими правдой и ложью, который поддерживается Ахура-Маздой (согласно 10 яшту). Но ведь ложь и зло противостоят правде и истине, являясь антиподам: какой может быть договор между Богом и Сатаной? — если называть эти противоположные явления своими именами. — Оказывается может быть такой «договор»: это — «каноны» веры. Несмотря на благие декларации о необходимости стремления человека к истине, зороастрийская вера признаёт договор между правдой (Артой) и ложью (Друдж), которым заведует Митра. В момент «канонизации» зороастризма была проведена чёткая грань между «истиной» и «ложью», и эта грань была закреплена «канонами» со всеми вытекающими из зороастризма ошибками. Но даже если бы это и была чистая Правда-Истина на момент «канонизации», то это была бы всего лишь фиксация ограниченных жизненных аспектов Правды-Истины — полезных людям того исторического времени.
Мы ещё вернёмся к теме договора между правдой и ложью, когда будем рассматривать митраизм и его последствия.
4. За блеск его и Хварно я буду чтить Митру многопастбищного, вознося молитвы и [совершая] жертвенные возлияния. Митру многопастбищного мы чтим, который [дарует] мирное, хорошее житьё арийским странам.
<…>
7. Митру, многопастбищного, <…> бдящего, мы чтим,
8. которому молятся правители стран, идя на бой против кровожадного вражеского войска, когда смыкаются [его, врага] боевые порядки [на территории] между двумя странами, [находящимися] в состоянии войны,
<…>
11. которому молятся воины, [склонившись] к загривкам лошадей, силу испрашивая для упряжек, здоровья — для себя, бдительности против противников, возможности ответного удара по врагам, разгрома противника недружественного, враждебного одним ударом <…>
12. Митру, многопастбищного, <…> бдящего мы чтим,
13. который первым из божественных духов над Харой приближается впереди бессмертного [Солнца], сам на быстрой лошади; который первым покоряет прекрасные, окрашенные в золото вершины и оттуда, наимогущественный, обозревает всю [землю], заселённую арийцами,
14. доблестные властители которой совершают многие военные походы, высокие горы которой, с обширными пастбищами, богатые водой, способствуют [разведению] скота, глубокие озёра которой стоят с необозримой водной гладью, судоходные реки которой <…> спешат, низвергаясь, в сторону Ишкаты Парутской, Моуру в Харойве, Гавы Согдийской и Хорезма.
15. На Арэзахи и Савахи, на Фрададафшу и Видадафшу, на Ворубарэшти и Воруджарэшти и на такую часть света, как Хванирата блестящую, заселённую скотом, и с местами, здоровыми для обитания скота, — [на всё это] Митра взирает.
<…>
17. Митру, многопастбищного <…> бдящего, мы чтим, которому никто не смеет лгать: [121] ни глава семьи, [верховодящий] в семье, ни глава рода, [верховодящий] в роде, ни глава племени, [верховодящий] в племени, ни глава страны, [верховодящий] в стране <…>
18. Лжёт ли ему глава семьи, [верховодящий] в семье, глава ли рода, [верховодящий] в роде, глава ли племени, [верховодящий] в племени, глава ли страны, [верховодящий] в стране, — сокрушает разгневанный, восстановленный против них Митра и семью, и род, и племя, и страну, и глав семьи во [всех] семьях, и глав рода [всех] родов, и глав племени [всех] племён, и глав страны [всех] стран [всех] племён. [122]
121
Но при этом всё, что входит в понятие «ложь» «канонизировано» — то есть, однозначно определено. Ложь может быть частной, житейской, которая не касается основополагающей религиозной Правды-Истины и не прописана в «канонах»: не лгать этой ложью совершенно справедливо учит зороастрийская вера, поскольку лгать вообще не подобает человеку. Но ложью вполне может оказаться и зороастрийская правда-Арта: тогда ситуация меняется — говорящий зороастрийскую «правду», записанную в «канонах» будет объективным лжецом. Этой объективной лжи тоже учит зороастризм. В этом ещё одна сторона восточного дуализма и «характера» зороастрийского «Бога».
122
В действительности существует объективный механизм возвращения людям их же собственной любой лжи через каскад эгрегоров. Если ложь не частно-житейская, а религиозная, то она может вернуться через эгрегор-бог, который, например, называют Митра.