Чтение онлайн

Лиля по возможности злобно ухмыльнулась. Хорошая вещь — Молот Ведьм, там такого нахватаешься… И вообще, не имеешь ты права показывать, как тебе неприятна мысль о пытках. Не имеешь. Сейчас это просто как одна из фаз допроса. Не пытали — не поверят. Если она скажет о милосердии — ее просто не поймут.

— Ага.

— Сами его допросить соизволите?

— Вот еще… Бросьте под замок, потом, если что вспомню — допрошу. А пока… пусть пишет признание. Также в присутствии пастера и Тариса Брока.

— А потом?

— А потом подождем королевского представителя. И сдадим ему сукина сына с рук на руки.

— Как прикажете, ваше сиятельство.

— И конечно расспросите его, где деньги.

Лиля подозревала, что в столице. Но вдруг есть надежда хоть что выцарапать? Если деньги куда-то вложены, в корабли, ценные бумаги, дела… Отписать отцу — и пусть поработает на благо дочки?

— Расспросим, ваше сиятельство.

Лиля кивнула.

— Может быть я и сама поприсутствую, но не сейчас. Мне бы еще пару дней полежать.

Лиля и правда чувствовала себя не слишком хорошо. Утешало одно — аппетита не было, есть хороший шанс похудеть еще.

Эх, тяжко жить на белом свете…

На следующее утро уехал Тарис Брок. Распрощался с графиней, обцеловал ручки, пообещал передать письма и был таков. Лейс отрядил шестерых солдат ему в сопровождение, а Лиля слезно попросила передать отцу, что она будет молиться за его здоровье. И попросила прислать сюда кого-нибудь из Альтвера. Пусть разберутся с убийцами и ворами, а то ж в замке жить страшно!

Тарис обещал и это. А заодно — передать письмо Торию Авермалю. Внутрь Лиля вложила записочку и для Хельке. Но одно дело — барону, а другое — ювелиру-эввиру. Ни к чему Тарису лишняя информация.

Слишком уж он ее взглядами раздевает.

Нехорошо.

Лиля понимала — в этом мире она должна быть вне подозрений.

Как жена Цезаря. Пусть даже Цезарь весь Рим переимел.

Ничего, дорогой супруг, дайте мне только на ноги встать и развернуться по-настоящему. А потом мы с вами еще рогами посчитаемся…

— Хельке, тебе придется уехать из города.

— Мне?!

Хельке с изумлением воззрился на говорившего.

— Почему вдруг? Что случилось?

— Тебе имя такое — Авермаль — знакомо?

Говоривший имел хмурый вид. И неудивительно. Сговариваться о своих делах молодчики умудрились в 'Свинье и собаке'. А ее владелец очень не любил парней. Виду он не показывал, но терпеть их не мог еще с того мига, как они начали приставать к Ингрид, едва не подведя Лейфа под стрелы. Все-таки свой, вирманин, кому ж такое понравится?

Мужчине точно не нравилось. Да и поджог…

Эввиры хозяину тоже не слишком были дороги, но ведь эти три идиота… еще с их дури полгорода выгорит! Даже если их потом повесят, толку не будет.

И беспорядки начнутся, торговле убыток… кого при беспорядках громят в первых рядах?

Эввиров и трактиры.

Эввиров — потому что эввиры. Всегда крайние. Трактиры — потому, что там вино есть. Нет, это не дело.

Пусть Альтвер живет спокойно.

Хельке помрачнел, когда мужчина пересказал ему услышанное. И сдвинул брови:

— М-да. Так и правда подпалят… Ты сам слышал?

Слышал мужчина сам. Еще бы… Они б громче орали по пьяни…

— Градоправителю сказать?

— Хельке, тебя это не спасет. Я их не люблю — вот и пришел предупредить. Так что смотри… Не подпалят — так железом ткнут… ты сам понимаешь…

Хельке встал и отвесил поклон, как принято у эввиров. Руки скрещены на груди, глаза подняты на собеседника…

— Благодарю тебя… я запомню твое благодеяние.

— Думай…

Мужчина хлопнул ювелира по плечу — и ушел. А Хельке серьезно задумался.

В предупреждении он даже и не усомнился. Слишком уж это в духе молодчиков — нагадить ему. Тем более, есть причины его не любить. Главная — он эввир. И далее — он богат. У него есть чем поживиться.

Защитит ли его бургомистр?

Да, когда речь идет о выгоде — сынка он не пожалеет. Но что это даст?

По-простому — ни хрена ни даст.

Да, можно отлупить Дария. И?

Можно даже приставить к Хельке стражника. И к его родным? Его семье? Его овдовевшей сестре и ее детям, которые стали для Хельке родными?

Ой, вряд ли…

Если эти трое подонков серьезно настроены его изжить, они своего добьются. И выход только один. Поговорить с Авермалем — и уехать самому.

Но куда?

Где будут рады эввиру?

Где не захотят содрать с него три шкуры или обратить в истинную веру? Где его защитят?

Есть ли вообще на земле такое место?

Как все запущенно…

Лилиан Иртон так и сказала бы. И повертела бы в руках толстую косу. Она всегда ее теребила, если была чем-то недовольна.

Лилиан Иртон…

Губы Хельке расплылись в улыбке. Кажется, он знал, куда ему ехать. Согласится ли графиня?

Почему нет! Ей все равно, где он будет работать. Даже наоборот — он постарается, чтобы ей было выгодно.

Только вот…

Как бы добраться в Иртон целым и невредимым? Осень наступает, дожди скоро ливанут… по дорогам не проедешь… А ведь он не один. Сестра, ее дети, инструменты, материалы для работы,… а они у ювелира дороги…

Хельке ненадолго задумался. А потом довольно кивнул головой.

Вот чей сынок, того и проблемы. Пусть градоправитель думает, как все совместить. И сына, и выгоду, и порядок в городе… Эввирские погромы случались. Хотя и не часто. Но король это не приветствовал. Эввиры — это деньги. А золото нужно всегда. А ведь его можно и не найти…

Так что Эдоард Восьмой крепко гневался на градоправителей за такие мелкие радости жизни.

Если Хельке уедет в Иртон…

Какие плюсы?

Графиня — умный человек. Но что скажет граф? Там все неопределенно. С Лилиан Иртон Хельке и уживется и сработается. Можно бы и к кому-то из родственников в другой город, но те же проблемы и там начнутся… эввирам везде тяжело.