Чтение онлайн

Все претензии к богам тут же были сняты. Лейф взял приятеля 'на буксир', но на Вирму-то ему было нельзя. Поэтому плюнули — и пошли в Иртон. Хотя и вдвое медленнее, чем хотелось бы.

И теперь Лейф просит у госпожи графини разрешения для своего приятеля.

На что?

А на что дадут. Попить, а то так кушать хочется, что жить негде, да и не с кем… Э, нет. Последнее — фигушки. А остальное…

— А сами?

— Чинить корабль надо. А у меня от команды хрен да редька, — прогудел Эрик. — И те все пораненные. Поэтому и милости просить решил. Отработаю, в долгу не останусь…

Лиля задумалась. Посмотрела на Лейса.

— Что скажете, капитан?

Антрел пожал плечами.

— Вирмане своего слова не нарушают. Считают, что если кого предадут — им в море пути не будет. Удачи лишатся.

— И что вы предлагаете?

— Корабль они потрепали и сильно, чинить долго. Сезон штормов начинается, зима на носу. Ваше сиятельство, предложите им перезимовать в Иртоне? Лишними не будут, возьмете под свою руку, к дружине припишем, мне же легче будет народ гонять… Вы-то семейных наняли, — о проблеме Лейфа в Иртоне знали уже даже вороны на крыше. — А эти — чистые волки. Предложите им зимовку на своих условиях, наймите — не пожалеете.

— А если они захотят Иртон в ножи взять, а добычу на корабль?

Лиля с подозрением осматривала Эрика и его сопровождающих. Выглядели они так, что в темном переулке встретишь — сам там и сдохнешь. От одного впечатления. Хотя… все вирмане в этом похожи. Все здоровущие, накачанные, в шрамах, с добрыми улыбками голодных людоедов…

Просто к Ивару, Олайу, Лейфу, Гэлу… да, к 'своим' вирманам она уже привыкла. А к новым…

— Сколько у вас людей? — проорала Лиля, обращаясь к Эрику.

— Два десятка. А здесь со мной десяток…

— Сейчас спущусь вниз, для переговоров, — рявкнула Лиля, понимая, что больше орать не сможет.

И через десять минут ее спустили к вирманам в специальной 'люльке'. Лиля вцепилась в веревки, изо всех сил раскрыла глаза и стала вспоминать про себя латинские поговорки. Только бы не заорать.

Почему-то высота ей тоже не понравилась.

Такой тушкой с любого этажа навернешься — по камням расплескаешься. Хотя уже и намного лучше. Весов, жаль, нет. А так ясно, что меньше ста килограмм осталось. И подбородков уже два, и талия явно уже, и живот меньше…

Страшно, мамочки…

То, что до нее спустили уже четверых солдат для охраны и самого Лейса, не успокаивало. Вдруг веревка сейчас порвется? Или предел прочности кончится?

Вскоре Лиля стояла на поляне. Пошатнулась, оперлась на Лейса, а потом выпрямилась. Вирмане подходить не спешили, демонстрируя миролюбие. И правильно. Хватит одного идиота на стене — с луком и драными нервами… Стрелы — они неграмотные, куда пустили, туда и полетит.

Так что…

— Ваше сиятельство, — Лейф поклонился, когда Лиля подошла почти вплотную.

Лиля взмахнула рукой.

— Лейф, это Лейс Антрел. Он капитан стражи замка. Я предлагаю вам найти общий язык и поделить обязанности. Например, Лейс будет охранять замок, а вы — патрулировать округу… сами решите. Конфликтов я не потерплю. Договаривайтесь.

И перенесла внимание на Эрика.

— Как вы оказались в нашей местности?

— Так Вирма неподалеку. Из Ивернеи шли. Срок найма кончился, вот и решили дома побывать, а потом уж нового хозяина искать, — пробасил мужик. — Да до штормов не проскочили…

Лиля смотрела на него, задрав голову. Да, рядом с таким, кажешься себе маленькой и незаметной. Несмотря на все сто кило. В нем как бы не в полтора раза больше. И все — мышцы. Один рост — под два метра. А то и побольше. Петра Первого товарищ бы морским узлом завязал.

— А если я вас найму? Послужите до весны?

— Чего ж нет. А жалованье как Лейфу положите?

Лиля вздохнула и решительно тряхнула головой, снося некстати зашипевшую в уши жабу.

— На треть меньше. И даже не торгуйтесь. Вас еще лечить, чинить, короче, сплошные расходы. И Лейфа я знаю, а вас нет. Докажете свою полезность — подниму жалованье.

Судя по лицу вирманина — оценил и одобрил.

— Согласен.

— Но с условием. Я тут главная, мой приказ не оспаривается, а Лейс мой капитан — и его также слушать и исполнять. Не будете — выгоню.

— Будем. Можем на крови над костром поклясться.

Лиля не знала, что это значит, но кивнула.

— Хорошо. Поклянетесь.

— У меня часть команды ранена.

— Да и вы тоже…

— Это пустяки.

Лиля смерила взглядом повязку на руке. Может и пустяки. Кто знает…

— Раненых подлечим. У нас травник хороший. Травница в деревне есть. Два десятка бойцов мне не помешают. Только вот… казармы еще не готовы. Со строительством придется помочь. Пока поживете в замке, но только пока все не поправятся.

— Когда клятву принимать будете?

— Вечером. — Лиля вздохнула. Клятая слабость одолевала все сильнее. — Лейс! Лейф!

Мужчины развернулась к ней.

— Я нанимаю Эрика на службу. Главный в замке — Лейс Антрел, капитан моей стражи. Ему подчиняться, как мне.

И едва не добавила любимое отцовское 'приказы не обсуждаются'!

В голове шумело все сильнее.

— Что нужно для клятвы?

— Да ничего. Как стемнеет, костры разожжем. Раненых можно в замок?

— Можно. Капитан, скажи Эмме, пусть она всех устро…

Договорить Лиля не успела.

Почему-то земля очень быстро ринулась к лицу.

Стукнуться носом об землю графине не дал Эрик Торвсон. Подхватил и теперь держал на руках. Не приходилось ему приводить в чувство благородных дам. Тем более таких, которые действительно в обморок падают. А Лиля не притворялась. Он видел, как закатились глаза девушки, как побледнело лицо…

Вообще, идя сюда вслед за Лейфом, Эрик на такое не рассчитывал. Дали бы починиться без помех.

И уплыть.

А найм…

Эрик не удивлялся, что вирманам не доверяют. Чего уж там — грешны. Нанимателю они верность сохраняли до конца. Но если им по дороге попалось авестерское корыто? Что ж и не взять на абордаж? Дело-то житейское. Конечно, там неплохо сопротивлялись. А потом еще шторм налетел… Кому нужна команда, где на трех здоровых — семнадцать раненых.

Хорошо, что им подвернулся Лейф. А то Эрик уже разговаривал бы с богами. Считайте сами. Мачт нет, корабль движется куда ему больше понравится, починить его в море возможности нет, весла есть, так ведь и посадить на них сильно некого. Человек десять грести могут, а остальные — увы. Да и те, кто могут… Толку-то с того?