Средневековая история. Тетралогия
Шрифт:
И что самое интересное — дама утверждала, что барон Донтер (ее супруг и папаша нынешнего барона) убил ее родных, чтобы самому стать бароном.
Писала, что супруг хвастался перед ней, мол, имел предосудительную связь со своей сестрой не прерываясь ни на год, и что сын его сестры родился в результате кровосмешения.
Лиля только присвистнула.
— Пастер?
— Если это правда, ваше сиятельство, то вы совершили благое дело. Альдонай не одобряет кровосмешения.
— До такой степени, что надо уничтожать его результаты?
Пастер нахмурился. Лиля тоже. И продолжила читать.
Когда девчонка поняла, что беременна — она решила бежать. Отлично осознавая, что жива только до рождения наследника.
И удрала из замка. Как — она не рассказывала.
Но у Лили было серьезное подозрение, что был какой-нибудь травник… и кто его знает, чей там Джейми сын…
Но…
Лиля окончила чтение и посмотрела на пастера.
— Вот так. У нас тут барон Донтер проживает… Джейми, а сразу сказать было нельзя?
— Вы бы мне поверили, ваше сиятельство?
Джейми распрямился, улыбнулся… и стала, черт побери, видна — порода! Можно вымазать сиамскую кошку гуталином, но стоит его смыть — и сразу же видишь правду.
Можно изображать простолюдина.
Но маска падает — и ты видишь барона. Впрочем, это еще не повод…
— И что же ты хочешь?
— Чтобы вы, ваше сиятельство, написали обо всем королю.
Лиля кивнула. Тупых вопросов. Типа 'а сам чего?' на задавать не стала. Все и так ясно. До короля далеко. И не факт, что у Донтера не было покровителей. Такое дело с бухты-барахты не провернешь. Сообщники нужны. Финансирование нужно.
Прикрытие при королевском дворе. И кто-нибудь, кто все объяснит королю в нужном ключе.
Да прорва всего нужна.
— Я напишу, — пообещала Лиля. — Надо узнать, нельзя ли отдать тебе баронство. Вот только вирмане вернутся с добычей… сам понимаешь, если там какой-нибудь компромат обнаружится — будет на порядок легче.
Джейми кивнул.
— Я пойду, ваше сиятельство?
— Да…
Пастер тоже откланялся. А Лиля плюнула на все и пошла к Миранде. Сидела рядом с девочкой, рассказывала сказку…
Когда этот ребенок стал мне близок?! Когда?!
Не знаю… ничего не знаю… но Миранда — МОЯ!
Глава 3. Я к вам пишу… какого ж черта?
Таким растерянным Рик своего кузена еще не видел.
— Что случилось?
— Письмо получил.
— От Альдоная?
— От своей коровы.
— И?
— Сам читай. Я уже ознакомился, — Джес сунул кузену письмо, и Рик углубился в чтение.
Прежде всего, он обратил внимание на почерк.
Ровный, твердый, без завитушек, которыми так любили приправлять письма придворные дамы… казалось, пишет мужчина. И очень резкий.
И что пишет…
Твою ж… так, этак и переэтак!
Слов у Рика не было. Он дочитал и перевел взгляд на Джеса.
— Это — розыгрыш?
Джес молча протянул второе письмо.
От дядюшки — короля.
Граф Иртон.
Судя по состоянию дел в Вашем поместье — либо вы желали смерти своей супруге и дочери, либо не желали видеть ничего, дальше собственного носа.
Я не стану отзывать Вас из посольства, но по возвращении нас ждет весьма содержательная беседа. Графиня переслала мне копию письма, направленного Вам, и я подтверждаю каждое ее слово. Было проведено расследование, в ходе которого выяснилось много интересных подробностей.
Также приказываю Вам своей королевской властью никаких распоряжений в Иртон не направлять. Графиня будет при дворе весной, полагаю, как только закончится ваша поездка, Вам надо будет встретиться ЛИЧНО. А до тех пор извольте отписать мне, что заставило Вас подобным образом обращаться с женой.
Единственное, что я дозволяю Вам сейчас — это отписать графине, что Вы довольны ее решениями и полностью ее одобряете.
Об остальном — при встрече.
Эдоард Восьмой Ативернский.
Печать. Подпись.
Рик только глазами захлопал.
— Что это на отца нашло?
— А на мою корову?
Рик ехидно фыркнул.
— Судя по письму? Парочка убийц, работорговцы и контрабандисты. Тебе еще мало?
— Да какие контрабандисты в Иртоне?
— Янтарь там разрабатывали. Янтарь. А ты — болван. Ты туда ездил — и у себя под носом корову не заметил?
— Корову-то как раз я и видел…
— Так отвел бы глаза от жены и осмотрелся. Ты что — не видел ни…?
Джес выругался. Длинно и затейливо.
— Оно мне надо было? Иртон в жизни дохода не приносил, одни убытки. Охота там хорошая… ну и что?
— А то. Слушай, ну как можно было не заметить, что тебя обкрадывают?
— Посмотрим бухгалтерские книги? — оживился Джес.
Рик угадал с полумысли.
— Надеешься, что там все будет верно и твоя супруга села в лужу?
Джес промолчал. Но — да. Надеялся.
Рик ехидно фыркнул. Почему-то ему не верилось, что Лилиан Иртон ошиблась.
И как показали дальнейшие события, он был совершенно прав.
Бухгалтерские книги были разными. С пометкой тем же почерком графини на переплете.
Для графа.
Для своих.
Для себя.
Три разных книги.
В первой — Иртон был просто яблочком в сахаре.
Во второй — было видно, что управляющий ворует.
В третьей — было подробно записано кому, куда, сколько, за что… Джес читал — и понимал, что строчки не лгут.
У него и правда воровали. И крупно.
Но это еще полбеды.
А вот все остальное…
— А янтарь? Откуда он там взялся?
— Морские слезы обычно на берегу и находят. Хотя и очень редко.
Джес тряхнул головой.
— Нет, ну как ей это удалось?
— Так ты туда наезжал на три дня. А она живет постоянно. Вот и приметила. Что удивительного?
— Ты же видел мою корову…
— Знаешь, — Рик был беспощаден, — если она все это заметила и пресекла — то тут еще большой вопрос, она корова — или ты — баран?
Джес выругал кузена нехорошими словами, но Рик не обратил на это внимания.
— Ты лучше подумай, кому надо было травить твою беременную жену. А потом еще и убийцу посылать?
— Сам бы знать хотел…
Глаза Джеса невольно обратились к лику Альдоная в углу. Увы, Бог отвечать не торопился. Видимо, ему своих забот хватало.
Эрик и Лейф были довольны. Все-таки основное дело вирманина — война. На берегу хорошо, но позвенеть топорами — это же удовольствие! Да еще какое!
Баронство Донтер было не слишком большим. И замок больше напоминал небольшой дом. Зато хорошо укрепленный.
Впрочем, вирмане и не собирались брать его штурмом с грозными воплями.