Чтение онлайн

Проходящие мимо горожане с удивлением оглядывались на изящно причесанную и хорошо одетую красивую молодую женщину, непристойно сидевшую под деревьями. Вера, провожая их безразличным взглядом, иногда улыбалась, услышав реплики в свой адрес, сказанные осуждающим тоном.

«Думают, перебрала барышня вина и даже встать не может»!-догадалась Вера и сухо рассмеялась, смело встречая осуждающие взгляды прохожих..

И никто не заберет в вытрезвитель!

Она вздохнула, вспомнив о родной московской милиции. Когда утих первый взрыв навалившегося отчаяния, она опустила голову, прижалась к шершавому стволу и задремала.

Служанка

День был томительно-жаркий. Ни дуновения ветерка, ни единого облачка на небе. Две молодые женщины, обвешанные тяжелыми связками с глиняной посудой, медленно брели по пыльной дороге, предусмотрительно обходя острые камни. Обессилив, они остановились передохнуть. Та, что была помоложе, простонала, растирая узкое плечо, натертое лямкой:

– Я же тебе говорила, надо было попросить носильщика Фотиса. Еще и половины пути не прошли, а у меня так болят плечи!

– Ты, видно, не завтракала сегодня!
– усмехнулась другая.
– А еще замуж собралась! Привыкай, там «напашешься»!
– женщина осторожно опустила посуду, размяла руки, устало поглядывая на голубое небо.
– Этот мерзавец Фотис вечно пристает, то за грудь схватит, то целоваться лезет. По мне, так уж лучше носить тяжести.

– А я бы сейчас поцеловала любого урода, лишь бы не тащить эту проклятую посуду!
– девушка капризно перекривилась, глянув на ненавистные миски, аккуратно переложенные соломой и увязанные стопками. Она отошла в тень, отбрасываемую высоким деревом, и удивленно воскликнула.
– Ха! Эльпида! Взгляни, не одни мы с тобой замучены жарой!
– Она указала рукой на молодую женщину, спящую под деревом.

Эльпида усмехнулась и насмешливо проговорила:

– Мы-то измучены зноем, а она, скорее всего, вином.

– Нет, погоди!
– встревожено пробормотала девушка, с сочувствием глядя на раскрасневшуюся Веру.
– А если она перегрелась на солнце?! Может, ей дурно? Пойду, посмотрю!

А усталая Вера незаметно для себя уснула. Она не видела, как женщины подошли к ней, не почувствовала, как дотронулись до ее лба, даже не слышала их голосов.

– Я с ней встречалась в саду!
– внезапно воскликнула Эльпида.
– А ты ее не узнаешь?

– А!
– протянула девушка, напрягая память и склоняясь еще ниже.
– Та странная незнакомка! И ее вещи, чудные, как и она сама! Интересно, кто же она?

Женщина пожала плечами. Ее смуглое лицо передернулось, и она беспокойно прошептала:

– Слушай, Деспина, я не знаю, кто она. Но мне кажется, ей некуда идти. На рынке прошел слух о белокурой красавице-чужеземке. Она слоняется по городу, ничего не покупает, ни с кем не разговаривает. И… - женщина конвульсивно сглотнула.
– Я рассказывала тебе…она дала сласть моему Власису. Не знаю, что это за сласть, но его недуг прошел. Я и не надеялась.

Молодые женщины, задумавшись, посмотрели друг на друга. Деспина первая прервала затянувшуюся паузу. Высоко подняв брови, она оживленно заговорила:

– Давай ее заберем к нам домой! Если она согласится, конечно! Я и Сибилла… Мы вдвоем не справляемся на кухне! Нам нужна помощница! Я сама попрошу госпожу!
– девушка, восхищенная своей идеей, умоляюще посмотрела на подругу.

– Хорошо! Тогда буди ее!
– согласилась Эльпида, с состраданием глядя на измученную Веру.

Женщины принялись тормошить сонную незнакомку.

Вначале, находясь в забытье, Вера не поняла, что от нее хотят. Но, спустя несколько мгновений, она рассмотрела женщин и узнала черноглазую гречанку из сада. Они смотрели на нее с сочувствием и помогли ей встать, хотя она в этом не нуждалась. Заговорить с ними Вера не пыталась, также, как и они. Молоденькая кивком головы позвала за собой.

Даже не задумываясь, куда ее ведут, Вера покорно побрела за женщинами. Младшая из женщин буквально падала под тяжестью своей ноши. Пот градом лился по ее лицу и влажными пятнами выступал на ткани ее светло-зеленой туники. Она сдувала с мокрого лба каштановые пряди волос, выбившиеся из постоянно сползающего платка. Их языка Вера не знала и робко постучала по плечу хрупкой гречанки.

– Может, помочь тебе?
– предложила она и, чтобы объяснить свое намерение, взялась за широкую лямку из грубой материи.

Смуглое лицо просияло в улыбке, а глаза радостно заискрились. Веселые лучистые глаза цвета темно-глубокой зелени как будто смыли все жгучее беспокойство, и Вера, ловко подхватив лямку, закинула ее себе на плечо.

Благодаря удачному стечению обстоятельств ее жизнь кое-как наладилась. Теперь она жила в доме у некой госпожи Пелагеи, пожилой богатой вдовы. В ее обязанности входила уборка кухни и помощь двум поварихам. Первое время было тяжело. Женщины пытались жестами объяснить, что ей надо делать. Получалось у них это плохо, пока Вера не перехватила инициативу, активно вникая в работу.

Если смотреть с позиции прошлой жизни, можно было бы ужаснуться. А после всего пережитого она радовалась, что имеет пищу и кров над головой. Никто ее не обижал, и она старалась изо всех сил, чтобы избежать замечаний. К концу первой недели Вера уже знала много греческих слов, что несказанно радовало ее.

Деспина и Сибилла не особо горели желанием трудиться, и при малейшей возможности старались увильнуть. На Веру плавно перешла обязанность ходить на рынок вместе с Деспиной, где приходилось подолгу жариться на солнце, покорно дожидаясь, пока та наболтается всласть со знакомыми служанками и торговками. Обычно покупки у них занимали не менее трех часов, хотя в действительности для этого хватило бы и часа. Лишь потом Вера поняла, что поход на рынок - огромное удовольствие для Деспины.

К вечеру Вера очень уставала и валилась на тюфяк, набитый сухой травой, не чувствуя под собой ног. Но ее это не беспокоило. Тут все работали напряженно. Зато теперь она не волновалась за свою безопасность. Иногда она сопровождала госпожу в гости, неся за ней корзины, наполненные фруктами и первым ранним виноградом. Горожане почтительно кланялись пожилой даме, и это означало, что больше ни никто не посмеет замахнуться на Веру или заявить на нее свои права. Пожалуй, это было самое приятное. Вдова, по-видимому, не любила болтливых, а Вера всегда молчала, так как знала лишь самые элементарные слова.

Время текло быстро. Три недели промчались как один день. Женщины уже доверяли ей полностью, посылая в город с мелкими поручениями. Хозяйка вела праздный образ жизни, питая слабость к хорошим винам. Пятый день подряд Вера ходила пешком на другой конец города за вином для госпожи. Никаких сложностей с расчетом не возникало. Или хозяйка платила сама, или лавка принадлежала ей, - Вера не знала. Она говорила хорошо заученные слова, и ей протягивали керамический сосуд с узким, надежно запечатанным горлышком.