Чтение онлайн

— Да кто ж её не любит то, — я тоже предпочитал блюда народов СССР новомодным азиатским. Ну не шла мне сырая рыба с рисом или там запечённые утиные головы. — Ладно, ведите, а то запахи у вас такие что уже проголодался.

— Семён! Ты вовремя! — Лев Иванович мне тоже обрадовался, хотя я бы на его месте гнал бы уже в шею такого растратчика. — Присаживайся, сейчас сирканиз кушать будем. Это…

— Сёма в курсе, — тормознула мужа Сара Семёновна, — Он оказывается, и в традициях иудеев разбирается и в среднеазиатской кухне.

— Я вообще полиглот, — скромно потупил я глазки и шоркнул ножкой, вызвав взрыв смеха. — Привет, Вань. Как оно? Жанна, ты с каждым днём хорошеешь. Смотри, не дождусь пока тебе восемнадцать исполнится, в ковёр замотаю и увезу.

— Так давай я за ковром сбегаю, — тут же предложил свою помощь Шило. — Хоть доставать меня перестанет.

— Папа скажи ему!!! — крик души пунцовой от смущения девчонки был слышен в Академгородке. — Мам!

— Не мамкай! — осадила та дочь, и тут же выдала подзатыльник сыну, — А ты сестру не дразни. Садись Семён, эти двое могу целый день лаяться.

Кормили у Шиловых как всегда шикарно. Ароматный, рассыпчатый плов в мешочке буквально таял во рту. Хватало и закусок и морса, от предложения хлопнуть по пятьдесят я отказался, вечером надо было явиться домой, чтобы не нервировать маму частыми отлучками. Работу мы не обсуждали, за это можно было получить от хозяйки, невзирая на чин и возраст. Разговаривали о пустяках, я немного подтрунивал над Жанной, Ванька тоже но в более грубой форме, за что пару раз получил от отца с матерью, но не обиделся. Сама девчонка то краснела, то начинала язвить в ответ, то пыталась кокетничать, что выглядело смешно, но чувствовалось, что через пару лет эта пигалица будет мужиков класть штабелями. И лишь когда Сара Семёновна убрала со стола лишнее, оставив только чай с выпечкой и выгнала дочь, мы перешли к основной теме, для которой я и явился.

— Не скажу что это было просто, но я нашёл нашего недоброжелателя. — отхлебнув чаю начал Лев Иванович. — Но обрадовать тебя мне нечем. Если бы это были конкуренты или даже кто-то из обкома, проблем бы не было. Но сейчас я не знаю что делать.

— Честно говоря, даже не знаю, что могло вас так… ошарашить, — я постарался смягчить формулировку, но внутренне весь подобрался, потому что раньше Шилова таким не видел. — Насколько всё серьёзно?

— Чрезвычайно. — покачал головой мужчина. — С одной стороны член бюро обкома хоть и солидная должность, но при необходимости можно и на второго секретаря выйти, если бы не один нюанс. Дядя у этого члена бюро — кандидат в члены ЦК партии, с хорошей перспективой в ближайшие пять лет войти в сам центральный комитет.

— Твою за ногу… — я с трудом удержал чашку в руке. — Это… точная информация?

— Точнее некуда, — грустно усмехнулся Шилов. — Мне уже намекнули чтобы даже думать не смел в его сторону копать.

— И чего ему надо? — мыслей в голове была масса, но я постарался сосредоточиться на главном. — Какая причина? Изображает бурную деятельность, а нас записал во враги народа? Надеется на нашем деле срубить показатели и авторитет, чтобы выше подняться?

— Да если бы, — тяжело вздохнул Лев Иванович. — Какие мы враги, ей богу. Если бы он на борьбе со спекулянтами подняться хотел, сейчас бы мы с тобой не разговаривали. Я ж тебе говорил, частная торговля дело такое, посадить всегда есть за что. И садят регулярно, так сказать, поддерживают в тонусе, чтобы не наглели. Тут всё проще. Уж не знаю, кто ему насвистел в ухо, но понравилась идея, вот этот… человек и решил её себе отжать.

— Рейдерский захват с применением административного ресурса, — я покатал словосочетание на языке и видя непонимание в глазах Льва Ивановича, пояснил. — Это так называется подобное на западе. Когда кто-то приходит и забирает твой бизнес силой или давлением нечистых на руку чиновников. Вот у нас как раз второй случай. Но раз никаких заявлений в суд не было, значит, будут пытаться выкупить сеть за копейки.

— Я тоже так думаю, — кивнул Шилов. — Совсем уж беспредельничать не будут. Всё таки привлекать внимание компетентных органов даже ему не стоит. Скорее всего нам дадут снова открыться, поработать недельку — другую, а потом уже снова надавят.

— Кстати об органах, — я перебирал в голове варианты, а их было очень немного. — Что, члены семьи кандидата в ЦК настолько неприкасаемы? Я насколько понял, партноменклатуре заниматься бизнесом не положено. Или это только региональных касается, а верховному правительству закон не писан?

— Почему? Всё как у всех, но, ты должен понимать, что есть нюанс. — вздохнул Лев Иванович. — Все звери равны, но некоторые ровнее. Поэтому официально вроде и нельзя, но все знают, кто с кем связан и откуда кормятся. Естественно всё это через доверенных лиц, да и не наглеют особо. За это может прилететь не от председателя президиума, а… — Шилов ткнул пальцем вверх и понизил голос до шёпота. — от Самого. Он от дел отошёл, а всё равно присматривает. И его старая гвардия тоже.

— Это да, Лаврентий Павлович шалить не даст, — может это выглядело смешно, но я проникся моментом. Раньше я об этом как-то не задумывался, а сейчас стало немного жутковато от осознания, что где-то в Москве живёт и Сталин, и Берия, — Значит и нам беспредела можно не бояться. Но контора тут уже вряд ли поможет, так? Мне только одно непонятно, какого хрена именно на нас нацелились?! Хотя уверен, это Галкин подсуетился. Как думаете, мог?

— Это который инструктор обкома? — уточнил Лев Иванович. — Вполне. Та ещё гнида. Он по идеологической линии идёт, сам делать ничего не умеет, но в каждой бочке затычка. Тем более что… всё равно же узнаешь… Чумаков, он тоже идеологией занимается. Так что уверен, оттуда ветер дует. Кстати да! Твоё задержание милицией тоже они устроили! Правда инспектора просили тебя закрыть по какому нибудь старому делу, а она херню какую-то спорола, но не суть. Главное сам факт, так что сто процентов, это Галкин навёл!

— Ясно, — я кивнул, обдумывая информацию. — Но предъявить ему мы ничего не можем, так?

— А что мы предъявим? — пожал плечами Шилов. — Все, кто подрядился нам нагадить будут молчать как рыбы. Формально придраться то не к чему. Это если только копать основательно, вскрывая факты взяток, но думаю, там тоже всё капитально прикрыто. Я бы и сам ничего не узнал, если бы не знакомство со вторым секретарём обкома.

— Не хило! — приствистнул я. — Сильно задолжали?

— Разберёмся, — с наигранной лёгкостью отмахнулся Лев Иванович, но я этому естественно не поверил. — У нас кое какие общие дела, так что сам понимаешь.

— Понимаю, — я кивнул. — Это мой косяк. Я всё возмещу с других проектов. Если конечно, будете со мной работать дальше.

— Я думал об этом Семён, — Шилов на секунду сбросил маску доброго дядушки, став самим собой — жёстким и расчётливым дельцом, с лёгкостью способного заказать мешающего человека, или пустить по миру конкурента. Другие в бизнесе не выживали, ну или не добивались больших успехов. — И дело даже не в Галкине. Он так, мелочь, сильно не нагадит как бы не старался, да и приструнить его есть кому. Просто слишком уж ты… выделяешься. Эти твои проекты, которые вроде и на поверхности лежат, а сам и не додумаешься. Песни опять же, в таком количестве. Йося говорит, что половина с гарантией шлягерами стать может, а это такой показатель, за который в Союзе писателей тебя удавят по тихому, чтобы на чужую делянку не лез. А главное я не понимаю, зачем тебе всё это нужно. Ладно бы ты до денег охочим был, так ведь нет. Столько идей отдал, столько песен, и фактически ни копейки не попросил.

— В смысле? — я удивился, хотя понимал о чём именно Лев Иванович говорит. — А мотоцикл, а сеть шаурмы? Да и не так давно вы мне приличную сумму дали, простому работяге за них год пахать надо.

— Ну не год, нормальный специалист и двести и триста в месяц иметь может, — покачал головой хозяин дома. — Но ты понял про что я. Кроме шаурмы остальное копейки. Да и та, даже если продать придётся, основные расходы всё равно закроет. А вот те же песни дорогого стоят. Йося уже кое что запустил, доходы пошли. И я тебе скажу выглядит всё очень перспективно.