Чтение онлайн

Драка возле туалетной кабинки прекратилась. В салоне повисла оглушительная тишина.

Елена первой пришла в себя от шока и встала. Посмотрела на белые от ужаса лица девушек. Тяжело вздохнула, но сказала правду — Он вернётся.

Помолчала и добавила

— Нам надо найти лётчиков. Пока зверь… занят… пойдёмте…

Розана сморщила нос

— А зачем нам лётчики? Они наверняка разбились. А если даже ещё живы, то…

Последовала тяжёлая пауза.

Мысль все прекрасно поняли. Пусть ягуар лучше займётся лётчиками, чем пассажирками…

Елену передёрнуло от такой чёрствости

— Если хоть один из лётчиков жив, то у нас появляется шанс выжить. Во-первых, мужчина может защитить нас от зверя. Отпугнуть его. Сами мы не справимся. Оружия у нас нет.

Во-вторых, лётчик может попытаться связаться со спасателями по радио или помочь нам добраться до ближайшего поселения. Без мужчины у нас очень мало шансов выйти из сельвы живыми…

Этот аргумент подействовал.

Девушки боязливо прижимаясь друг к другу, пошли вслед за Еленой к открытому зеву в разорванном фюзеляже, в пугающую неизвестность.

Вокруг останков гравилёта валялись обломки крыльев, двигателей. На смятой зелёной траве, в нескольких метрах от выхода, выделялось большое бурое пятно засохшей крови. От него шёл широкий след в сторону леса.

— Вот и исчезнувшая пассажирка, — с грустью подумала Елена.

Дверь в кабину пилотов оказалась заперта. Обошли её спереди. Сквозь разбитые стёкла увидели тела двух пилотов.

Долго и бестолково суетясь, через проломы фонаря кабины женщины кое-как вытащили раненых на траву.

Один лётчик был мёртв, другой — без сознания.

Елена обтёрла ему лицо водой из пластиковой бутылки, потормошила за плечи.

Вскоре мужчина пришёл в себя, зашевелился, открыл глаза.

Несколько минут ему хватило, чтобы восстановиться, понять, что произошло и узнать о ягуаре-людоеде.

Пилота звали Антенор. Это был крепкий мускулистый человек лет 35, среднего роста, светлокожий, с короткой стрижкой и уверенным внимательным взглядом. Его тёмно-синие форменные брюки и белая рубашка были испачканы в крови.

Когда Антенор, морщась от боли в ушибленных голове и рёбрах, поднялся на ноги и принял на себя руководство маленькой группой выживших, напряжение женщин немного спало.

О ягуаре на время забыли.

Девушки забрались в пассажирский отсек искать уцелевшие бутылки с водой, провизию, лекарства.

Антенор открыл багажное отделение, и вместе с Еленой стал вскрывать контейнеры, коробки, ящики. Может быть, там удастся найти что-нибудь полезное для спасения…

Примерно через час все находки были свалены в кучку на траву, и Антенор провёл быструю инвентаризацию.

Улов был небогатым. Несколько бутылок питьевой воды, пара ручных фонариков, немного сендвичей с сыром, рыбой и колбасой, фрукты, складной нож, один мачете. Пара больших и прочных дорожных сумок, полотенца, аптечка и бесполезные в джунглях коммуникаторы…

Аппаратура связи и спутниковой навигации в гравилёте была разбита.

Куда, в какую вообще сторону идти, неизвестно…

Когда Елену Семёновну Снежину, преподавателя истории, в начале первого рабочего дня после отпуска вызвали к начальнику, ректору Сибирского Университета, она почему-то сразу подумала о сюрпризе.

Леонид Петрович, лысоватый добродушный дядька, встретил Елену со слегка смущённым видом, хотя и пытался скрыть настроение за наигранной весёлостью.

— Садись.

Он окинул Елену внимательным взглядом, улыбнулся

— Лен, с каждым разом, что я тебя вижу после каникул, ты всё стройнее и моложе. Как это у тебя получается?

— Ни на кого не злюсь. Веду здоровый образ жизни, читаю добрые хорошие книжки, занимаюсь спортом, как и весь советский народ. Детки радуют. Мужа люблю. Работа интересная, в удовольствие. Чего ж не молодеть-то?

— Как там сыновья на Марсе? Купола поставили? Скоро мы туда переселяться будем?

— Старший, Витька, строитель, рассказывает, первая стадия терраформирования уже полностью закончена. Климатические купола стоят, городки постепенно заселяются. Витька сам в "Китеже". Там подземные объекты — энергостанции, хранилища и лаборатории уже давно сданы, работают. Сады, оранжереи, теплицы третий год, как кормят весь персонал. Саня у меня там ксенобиолог, Лёшка — селекционер-садовод, выводит новые сорта растений.

Ректор восхищённо хмыкнул

— Вот значит, дожили! Сбылось! Помнишь, была такая старая-старая песня, времён ещё Первого Союза, про то, как на Марсе будут яблони цвести?

— Помню. Даже слова знаю. Да, исполняются мечты наших дедов. Жизнь стала в радость всем людям, а не только отдельным "избранным"!

Помолчала, затем лукаво спросила

— А ты, Леонид Петрович, чего с лекции-то меня сорвал? Комплименты слушать? Или песни распевать?

Ректор стал серьёзным.

— Лена, тут такое дело… В общем, нам пришло приглашение на национальный праздник Бразилии, День Матери. Впервые за четверть века. Сама понимаешь, это важное политическое событие после стольких лет холодной войны, что тянется со времени аннексии всей Северной и Южной Америки Соединёнными Штатами. Бразильцы просят приехать, выступить на Ассамблее местной женской организации в Рио-де-Жанейро, рассказать о жизни женщин в Советском Союзе нового образца. Ты у нас историк, владеешь материалом, кроме того, ты прекрасно знаешь английский язык, а он сейчас в Бразилии второй государственный. Ты многодетная мать, и, наконец, ты спортсменка, умница и просто красавица! Можешь представлять у капиталистов женское лицо СССР и России. В общем, ты — лучшая кандидатура. Соглашайся, а?

— Вон ты какой змей, Петрович! А на кого я своих студентов брошу? Да и муж меня, может, не отпустит.

"Змей" Петрович вздохнул с облегчением

— Главное, что ты скажешь. Ты — согласна? Твоим студентам я замену дам, не волнуйся, а с мужем сам договорюсь, объясню.

— Ну, если так… В принципе, интересно, конечно, в Бразилии побывать…

— Вот и договорились, — с явным облегчением подвёл итог Леонид Петрович, — праздник День Матери в Бразилии отмечается во второе воскресенье мая, то есть, в этом году 8-го числа. Вылетаешь послезавтра утром. Электронный заграничный паспорт, платёжную карту с валютой, коммуникатор для бразильской сети и инструкции от МИД-а получишь вечером, авиеткой. Подготовь небольшой доклад минут на сорок, о жизни женщин в новом Советском Союзе с 2025 года по нынешний, 2061 год, и будь готова ко всяким пакостным вопросам.

В международном аэропорте Галеан, где приземлился транзитный гравилайнер рейса Пекин-Москва-Мадрид-Рио-де-Жанейро, Елену встречали две молодые бразильянки, Паула и Амалия. Обе бегло говорили по-английски, иногда сбиваясь между собой на португальский.

Паула — высокая девушка лет 30, с лицом голливудской красавицы, водопадом пышных рыжих волос, ниспадающих до плеч, в кричаще цветной маечке, туго облегающей высокую грудь. Паула очень старалась выглядеть перед гостьей из СССР авторитетной учёной дамой из высшего света, но опытных глаз Елены обмануть не смогла. Яркие фантики, всякие психологические приёмчики и маски — это одно, а внутреннее истинное содержание человека, прорывающееся в деталях поведения, фразах и интонациях — совсем другое.