Чтение онлайн

15 декабря 1950 года из хорошо охраняемой центральной тегеранской тюрьмы «Касре Каджар» был устроен побег 10 руководителей Иранской Народной партии — «Туде» [1047] . Первое, что сделали бежавшие, прибыв в Москву, это развернули борьбу против АДП. Члены ЦК Иранской Народной партии доктор Р. Радманеш, Э. Табари, Р. Руст, Ф. Касеми, Г. Фрутан в своем письме в ЦК КПСС требовали запретить АДП. Аргументировали это они вот чем: «Если не существует благоприятных условий для освобождения одной из иранских наций отдельно от других наций из-под ига империализма и иранской реакции, то в обычных условиях борьбы, согласно известному марксистскому положению о необходимости не делить пролетарское движение в одной стране по национальным признакам. Организованное единство партии в Иране намного облегчит антиимпериалистическую и антифеодальную борьбу народов…» [1048] . Председатель комиссии ЦК КПСС по связям с иностранными компартиями В. Григорьян в декабре 1952 года переправил письма лидеров «Туде» Багирову. М.Дж. Багиров был возмущен этими посланиями и в письме на имя Г.М. Маленкова подверг резкой критике предвзятую позицию руководителей Иранской Народной партии: «Независимо от всего отношение народников к демократическому движению в Иранском Азербайджане с самого начала было и остается отрицательным. Еще в начале создания Демократической партии в Иранском Азербайджане, в 1945 году, ЦК Народной партии Ирана был категорически против нее и занимал весьма недоброжелательную позицию, если не сказать больше, так как опасался, что Иранский Азербайджан может отойти к Советскому Союзу» [1049] . Багиров доводил до сведения советского руководства, что у азербайджанских спецслужб есть достаточно компромата на лидеров «Туде». Он писал: «Наши подозрения в отношении некоторых руководителей Народной партии Ирана укрепились после известного «побега» 15 декабря 1950 года из тегеранской центральной тюрьмы «Касре Каджар» десяти руководящих работников Народной партии Ирана. Учитывая, что вся армия, вся полиция, вся иранская разведка и чиновники фактически находятся в руках у американцев и англичан, «побег» этот, нам кажется, был организован американо-английской разведкой» [1050] .

Спустя две недели после отставки М.Дж. Багирова с поста первого секретаря ЦК КП Азербайджана, 31 июля ЦК КПСС отдало распоряжение приостановить нелегальное радиовещание на Иран с территории Азербайджанской ССР [1051] . Однако, несмотря на многочисленные письма лидеров «Туде» с требованием ликвидировать АДП, эта партия была сохранена.

Не оставляя попыток сохранить за собой пальму первенства, Иранская Народная партия 30 ноября 1954 года вновь обратилась в ЦК КПСС с предложением присоединить АДП к партии «Туде». Но и эта попытка закончилась безуспешно. В «Справке об АДП и о положении политэмигрантов из Ирана, проживающих на территории Азербайджанской ССР» за подписью первого секретаря ЦК КП Азербайджана, подготовленной в августе 1956 года [1052] , сказано: «ЦК КП Азербайджана после изучения и обсуждения предложения членов ЦК Народной партии Ирана высказался против организационного слияния этих партий, доложив свои соображения по этому вопросу ЦК КПСС письмом № 30-сс от 22 января 1955 г. ЦК КП Азербайджана и в настоящее время считает целесообразным сохранить самостоятельность АДП по следующим соображениям: во-первых, АДП полностью сумела сплотить под свое знамя прогрессивные силы Южного Азербайджана и однажды завоевала политическую свободу, осуществила ряд реформ в духе чаяний населения Южного Азербайджана, имеет глубокие корни в народе Южного Азербайджана и завоевала огромную симпатию трудящихся всего Ирана. Несмотря на неслыханные жестокости, чинимые иранскими властями, в результате которых демократы понесли и несут большие жертвы, народы Южного Азербайджана крепко связали свою судьбу с этой партией, готовы и впредь при наступлении подходящих исторических условий подняться на борьбу под руководством этой партии за свою свободу и национальную независимость. Во-вторых, проводимая правящими кругами Ирана политика насильственной фарсизации, отрицание ими самого существования азербайджанского народа, его языка, культуры и обычаев, проповедь о том, что «Азербайджан является неотъемлемой частью Ирана», а также учинение иранским правительством на протяжении столетий и особенно в последние пятьдесят лет бесчеловечных расправ над лучшими представителями освободительного движения народов Южного Азербайджана, жертвой которой пали народные герои Саттархан, Багирхан и другие, вызывает у народа Южного Азербайджана глубокую ненависть к правящим кругам Ирана, подчинивших интересы страны господству империалистов…

ЦК КП Азербайджана считает необходимым доложить ЦК КПСС и о том, что находящиеся в Москве члены ЦК Народной партии Ирана после получения отрицательного ответа руководителей АДП на свои предложения о слиянии трех партий стали различными путями вести разложенческую работу среди неустойчивых членов АДП. Через своих людей они распространяли слухи о якобы состоявшемся решении секретариата ЦК КПСС по вопросу слияния демократических партий Ирана [1053] .

В последующий период руководство Азербайджана не только хотело сохранить самостоятельность АДП, но и для оживления работы в Иране «где имеется пятимиллионное азербайджанское население, рассмотреть вопрос об учреждении при посольстве СССР (в Тегеране — Дж. Г.) должности советника по азербайджанским делам. Вопрос подняли перед руководством. И. Мустафаев и председатель Совета Министров республики В. Ахундов, комментируя свое решение, писали 9 декабря 1958 года: «Народная партия Ирана, которая в свою программу отказывается включить ленинское положение о праве наций на самоопределение вплоть до отделения, едва ли может успешно развернуть среди азербайджанских патриотов революционную работу. Поэтому было бы целесообразным наладить связь ЦК АДП, находящийся в эмиграции, с патриотическими силами в Иранском Азербайджане. Поскольку в настоящее время в Иранском Азербайджане советские консульские органы не функционируют, то наличие направленного из Азербайджанской ССР специального работника в Посольстве могло бы в какой-то мере восполнить этот пробел и оказывать влияние на рост антиимпериалистических, демократических сил в Иранском Азербайджане. Мы тем самым могли бы укрепить позиции сочувствующих нам патриотов в Иранском Азербайджане и в нужный момент их использовать в Иране в качестве сил сопротивления проискам империализма и иранской реакции» [1054] .

Несмотря на всяческое противодействие АДП и руководства Советского Азербайджана, под давлением ЦК КПСС в августе 1960 года Демократическая партия, с сохранением своего названия и своего ЦК, вошла в состав Иранской Народной партии (ИНП). Однако это слияние не только не положило конец интригам внутри «Туде» и противоречиям с АДП, но, напротив, неимоверно ослабило партию, особенно накануне больших событий 70-х годов. Прибывший в 1974 году с визитом в Баку первый секретарь ЦК ИНП Иредж Искендери требовал от первого секретаря ЦК КП Азербайджана Г. Алиева запретить Азербайджанскую Демократическую партию. На вопрос о причине столь неожиданной просьбы, Искендери заявил: «Пусть в Иране узнают, что отныне АДП больше не существует». Азербайджанское руководство твердо настояло на сохранении Демократической партии. Г. Алиев справедливо считал, что АДП должна действовать в Иране под своим именем — это привлечет к партии многих [1055] .

Когда в 1978–1979 годах в Иране развернулась Исламская революция, выяснилось, что партия «Туде» этого абсолютно не ожидала и потому не была готова к такому повороту событий. Склоки и взаимные претензии между руководителями партии, центральный комитет которой располагался в г. Лейпциге (ГДР), удалось затушить только вмешательством ЦК КПСС. По рекомендации заведующего международным отделом ЦК КПСС В. Загладина секретарь ЦК ИНП Н. Киянури 6 января 1979 года прибыл в Баку, чтобы заручиться поддержкой руководства Советского Азербайджана и лидеров АДП в борьбе за пост генерального секретаря своей партии. В тот же день он обсудил с кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС Г. Алиевым положение в Иране и разброд мнений внутри партии «Туде». На первом этапе революции Н. Киянури отдавал предпочтение объединению тудеистов с Хомейни против шаха и США. ЦК КПСС поддерживал эту идею. На переговорах в Баку руководству АДП было рекомендовано на предстоящем пленуме ЦК ИНП поддержать кандидатуру Н. Киянури [1056] .

Советское руководство также поначалу считало, что для борьбы с шахским режимом и американским влиянием тудеисты должны сотрудничать с Хомейни, а все происходящее у южного соседа на руку СССР: «В настоящее время в Иране нет более популярного человека, чем Хомейни. Ему верят, с его портретом люди идут на смерть. Надо же понимать, что он борется не только против трона, но и против присутствия в стране американцев» [1057] .

Н. Киянури и его единомышленники полагали, что у Хомейни и в мыслях нет стать президентом, он останется духовным лидером, и в то же время надеялись, что он улучшит отношения с СССР. За несколько дней до прибытия Хомейни в Иран Киянури заявлял: «В целом Хомейни не ставит СССР на одну доску с США. Известно, что аятолла Талабани, аятолла Гоми и другие религиозные деятели очень конкретно высказались о Советском Союзе. Гоми, например, недавно заявил: «СССР в течение длительного времени не сделал Ирану ничего плохого. Мы считаем Советский Союз потенциальным союзником в борьбе с шахом» [1058] .

13 января, через неделю после бакинского вояжа Киянури, на заседании исполкома ЦК ИНП в Лейпциге по предложению председателя ЦК АДП Гулам Яхьи Данешьяна Н. Киянури был избран первым секретарем партии «Туде». XVI пленум ЦК ИНП, прошедший при активном участии советского посла в ГДР Абрасимова, завершил организационные вопросы 27–28 февраля 1979 года и утвердил Н. Киянури на этом посту [1059] . Пленум постановил обратиться к Хомейни, Базаргани и Санджабия с просьбой разрешить деятельность партии «Туде» в Иране. Дальнейший ход событий показал иллюзорность и даже абсурдность не только идеи сотрудничества с Хомейни, но и политической позиции ИНП в целом.

Спустя несколько месяцев после иранской февральской революции пришлось признать, что идеи «Туде» себя не оправдали. В июне и октябре 1979 года заведующий сектором международного отдела ЦК КПСС Н.Н. Симоненко, первый секретарь ЦК АДП А. Лахруди, секретари ЦК ИНП А. Ибрагими, Г. Сафари, встретившись в Москве, пришли к выводу: «Народная партия Ирана «Туде» в результате осуществляемой политики безоговорочной поддержки Хомейни попала в положение самоизоляции. От нее отвернулись практически все левые и демократические организации, ныне подвергающие «Туде» резкой критике. Религиозные лидеры, со своей стороны, полностью игнорируют «Туде» и, несмотря на неоднократные попытки Киянури связаться с ними, отвергают какие-либо контакты с ним» [1060] . На этой же встрече Н. Симоненко посоветовал А. Лахруди приостановить процесс обращений в генконсульство Ирана с просьбами вернуться на родину. Симоненко констатировал: «По всему видно, что массовой репатриации в Иран не будет» [1061] . К тому же в те дни многие оценивали режим правления Хомейни как временный, а значит, возвращение эмигрантов в страну как бы просто отсрочивается.

Не лучшим образом сложилась и судьба АДП. С начала февральской революции 1979 года в ЦК КПСС поступила информация, что в Азербайджане проживают около 19 тысяч иранских эмигрантов — членов и кандидатов в члены АДП, готовых легально и нелегально работать в Иране [1062] . 29 марта 1979 года на пленуме были подтверждены последние решения «Туде». На следующий день Генконсульству Ирана в Баку было сообщено о желании 4300 политэмигрантов голосовать за исламскую республику. 31 марта членов исполнительного бюро ЦК АДП принял первый секретарь ЦК КП Азербайджана, кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС Г. Алиев. На встрече была всесторонне обсуждена ситуация в Иране. По поводу азербайджанского вопроса Г. Алиев сказал: «Здесь был затронут национальный вопрос, высказаны соображения об автономии Иранского Азербайджана… Важно, что процесс национального пробуждения в Иранском Азербайджане начался… После подавления национально-демократического движения в 1946 году шах Ирана провел в Иранском Азербайджане большую работу, укрепил этот район наиболее преданными ему работниками охранки САВАК. Поэтому народ не мог действовать, он был напуган, ибо не раз обжигался на волнах революционных выступлений. Мне лично кажется, что азербайджанский народ еще не пробудился, он выжидает. Выступая в Тавризе (Тебриз — Дж. Г.), Базаргани признал, что он плохой азербайджанец: не знает родного языка. Разве это главное? Важно чувствовать свою принадлежность к народу, хранить национальную душу… С другой стороны, может быть, и хорошо, что в Иранском Азербайджане пока нет движения за автономию. Надо иметь в виду, что, подобно шаху, Хомейни и Базаргани боятся выступлений азербайджанцев. Поэтому сегодня нам нельзя их отпугивать, надо решать более близкие задачи… Путем выступлений в печати, работы среди населения необходимо продемонстрировать, что и Азербайджан хочет иметь школы на родном языке, развивать свою самобытную культуру…

Я лично считаю, что Иран мог бы развиваться как федеративное государство. Слова Телагани о том, что в течение 2500 лет азербайджанский народ был лишен своего родного языка, позволяют надеяться, что Хомейни учтет стремление людей к национальной самостоятельности» [1063] .

После того, как исламская революция не оправдала надежд, Советы поставили на обсуждение вопрос об усилении и даже вооружении Иранской Народной партии. Сторонник курса на сотрудничество с Хомейни Н. Киянури 1 августа 1979 года направил письмо в ЦК КПСС, в котором поставил вопрос о вооружении тудеистов. Он отметил, что в Иране растет внутренняя напряженность, и в будущем возникнет вооруженное противостояние между сторонниками демократических реформ и контрреволюцией. В этом случае при определенных условиях может разразиться гражданская война. Партия Туде серьезно готовится к этому. «Мы достали небольшое количество оружия. Мы считаем, что нам нужно принять меры для создания более значительных запасов вооружения» На основании этого обращения, 30 августа Секретариат ЦК КПСС поручил КГБ СССР и Генштабу Советской Армии (Ю. Андропову, Д. Устинову, Б. Пономареву) изучить возможность передачи тудеистам зарубежных образцов оружия. 6 июля 1980 года вышеуказанные организации обсудили этот вопрос при участии Н. Киянури. При том, что Н. Киянури предложил ряд вариантов доставки оружия по воздуху, по морю и сухопутным путем через афгано-иранскую границу, выяснилось, что партия Туде не готова обеспечить безопасность приема и размещения оружия. Ю. Андропов и Б. Пономарев писали в ЦК КПСС: «Учитывая острый политический характер вопроса, обстановку в стране и положение самой НПИ и левых сил в целом, полагали бы возможным дополнительно изучить просьбу Киянури и вернуться к ее рассмотрению несколько позже…» [1064] .

С тех пор в Иране многое изменилось. Исламская революция 1978-79 гг. сдала режим Пехлеви в архив истории. Но надежды на то, что Иранская исламская революция решит вопрос о национальных правах народов Ирана, не оправдалась, а потому серьезная и крайне болезненная проблема — судьба азербайджанского народа в Иране — продолжает оставаться актуальной и ждать разумного, удовлетворяющего стороны разрешения.

Абдуллаев (Вилаи) М. Роль демократической печати в национально — освободительном движении Иранского Азербайджана (1941–1946). Кандидатская диссертация. Баку, 1975.