Чтение онлайн

— Этого курса и держитесь. Только активнее используйте одумавшихся молодцев — пусть отрабатывают. За хорошие результаты в работе отдельных можете смело выходить с ходатайством о награждении их правительственными наградами, — подобрел вождь.

— Есть. Будем стараться, чтобы по результатам была и соответствующая оценка.

— Правильно…

Военная контрразведка, как и армия, перехватывала стратегическую инициативу, она стала ближе к воюющей армии, чем другие ведомства. Со слов очевидцев и свидетелей тех лет — весны сорок третьего — по коридорам четвертого и седьмого этажей дома № 2 на Лубянке, где размещались подразделения Управления особых отделов, поползли слухи — грядут большие перемены. И они вот-вот наступят. Это была утечка информации, но приятная и ожидаемая.

В марте 1943 года первый заместитель народного комиссара внутренних дел генерал-полковник В.Н. Меркулов собрал в Москве срочное совещание. На него пригласили руководителей управлений особых отделов ряда фронтов, военных округов и отделов армий.

Абакумов на этом совещании не присутствовал по невыясненным автором причинам. Может он был в командировке или болел. Одно настораживает — почему Меркулов срочно, без Абакумова, отозвал с фронтов руководителей военной контрразведки?

— Товарищи, я пригласил вас с одной целью, — несколько напыщенно начал Меркулов, — поговорить о наших с вами делах. Есть смысл обменяться опытом работы в пределах 15–20 минут, доложить о результатах своей деятельности, о недостатках и мерах по улучшению качества службы. За период Великой Отечественной войны особые отделы работали много и добросовестно. Товарищ Сталин требует, чтобы мы трудились еще лучше, чтобы ни один шпион, диверсант или террорист не мог ускользнуть от зорких глаз особистов.

На совещании выступили начальники управлений особых отделов фронтов: Юго-Западного — П.В. Зеленин, Центрального — Л.Ф. Цанава, Калининского — Н.Г. Ханников, Северо-Кавказского — М.И. Белкин, Северо-Западного — И.Я. Бабич.

По окончании совещания все дельные предложения были обобщены в аппарате Меркулова, а 31 марта 1943 года Верховный принял руководство НКВД СССР — Л.П. Берию, В.Н. Меркулова и В.С. Абакумова. К этому времени у Сталина появилась некая настороженность из-за излишней суетливости наркома внутренних дел Лаврентия Берии.

«Везде нос сует, передо мной неприлично прогибается, — не раз сокрушался в последнее время Верховный. — В своих руках сосредоточил такую власть, что НКВД стало государством в государстве. Надо поправить это дело».

И вот первому заместителю Берии Меркулову было поручено подготовить проект постановления об образования нового силового министерства — Наркомата госбезопасности.

— А вы, товарищ Берия, срочно подготовьте схему структуры ведомства, — прищурив зеленоватые с желтизной глаза, Верховный ткнул трубкой в сторону наркома внутренних дел.

«Да, дробят наркомат, пощипать решил меня рябой, — зло подумал Лаврентий. — Чувствую, старик подбирается к Меркулову, а там может ударить и по мне».

— Срок, товарищ Сталин? — подобострастно ухмыльнулся лукавый царедворец.

— Вместе с проектом постановления доложите, но не затягивайте, — получился неопределенный по времени приказ вождя, хотя исполнитель хорошо знал что срок подобных заданий — пара дней.

Вскоре задание было выполнено. Согласно постановлению, все оперативно-чекистские управления и отделы передавались в НКГБ СССР. Управление особых отделов в новом наркомате должно было функционировать в качестве одного из структурных подразделений. О выборе названия написано много разного. Предлагали назвать управление и «СМЕРИНШ» — («Смерть иностранным шпионам»), и «СМЕРНЕШ» — («Смерть немецким шпионам») и другие. Однако, думаю, что следует взять за основу признание ветеранв военной контрразведки генерал-майорв С.З. Острякова:

«Руководители фронтовых особых отделов вспоминают, что на совещании у Сталина, где обсуждался проект решения о передаче армейских чекистских органов в систему НКО, встал вопрос об их наименовании. Предложения были разные. Большинство склонялось к тому, чтобы это наименование сделать максимально кратким и составить его из начальных букв широко известного тогда лозунга «Смерть немецким шпионам!»

Получалось что-то вроде «СМЕРНЕШ».

В заключение Сталин заметил:

— А почему, собственно говоря, речь должна идти только о немецких шпионах? Разве другие разведки не работают против нашей армии? Давайте назовем «Смерть шпионам», а сокращенно «СМЕРШ»…

Вообще, Сталин недаром носил звание Вождя. Он был на голову выше собравшихся. Обладал поразительной памятью, читал много и быстро — мог за час прочесть толстую книгу. Служебную документацию просматривал тоже быстро, улавливая в течение нескольких минут главную суть документа, на что другим людям, даже способным, требовались часы и дни.

Наименование СМЕРШ подчеркивало, что во главу всех задач военной контрразведки ставится бескомпромиссная борьба с подрывной деятельностью иностранных разведслужб против сражающейся Красной Армии.

СМЕРШ сооружали быстро, но продуманно. Строили так, как Ной строил свой спасительный ковчег: доска к доске, гвоздь к гвоздю, без щелочек. Ведь это было время, когда разверзлись хляби небесные, и с неба обрушился свинцовый дождь, и до самой Волги земля наша была истоптана кованым сапогом солдата вермахта. Поэтому СМЕРШ явился чекистским ковчегом, который должен был помочь Красной Армии в ее тяжелейшей сшибке с невероятно сильным и опытным противником. Пришло, наконец, понимание в Кремле, что без сильной военной контрразведки армия беззащитна.

19 апреля 1943 года проект постановления СНК был подписан Сталиным, как главой правительства, а не председателем ГКО.

Согласно постановлению СНК за № 415–138 сс из ведения НКВД СССР было изъято Управление особых отделов. Контрразведка СМЕРШ НКО решала те же задачи, что и бывшее УОО НКВД СССР:

— борьба со шпионской, диверсионной, террористической и иной деятельностью иностранных разведок в частях и учреждениях Красной Армии;

— принятие через командование необходимых оперативных и иных мер к созданию на фронтах условий, исключающих возможность безнаказанного прохода агентуры противника через линию фронта с тем, чтобы сделать линию фронта непроницаемой для шпионских и антисоветских элементов;

— борьба с предательством и изменой Родине в частях и учреждениях армии, с дезертирством и членовредительством на фронтах. Проверка военнослужащих и других лиц, бывших в плену и окружении противника, а также «выполнение специальных заданий народного комиссара обороны».

Статус начальника ГУКР СМЕРШ НКО повышался, он объявлялся заместителем наркома обороны И.В. Сталина и подчинялся, как было записано в постановлении, «непосредственно ему».

Начальником ГУКР был назначен В.С. Абакумов, а заместителями стали П.Я. Мешик, Н.Н. Селивановский и И.Я. Бабич.