Чтение онлайн

А. Г.) Аркадием Любченко и над другими работниками редакции»[792]. В инструкции говорилось, что для подготовки к теракту следовало начать с изучения распорядка дня «объекта» (Любченко) и расположения полицейских постов, а резать газетчиков рекомендовалось «в местах, где легче всего будет скрыться после выполнения поставленной задачи». Следовательно, люди, посылавшие двух подростков в немецкий тыл, не предполагали у них наличия не только спецподготовки, но и здравого смысла. Тем не менее обоим было поручено создать на месте целую сеть из молодых боевиков: «Все это вы делаете только тогда, когда убедились в том, что подобранные лица не являются провокаторами. Путем террористических актов убирайте со своего пути полицейских, работников комендатур, управлений бургомистра и т. д. Как центральную — основную задачу (противоречие с вводной частью приказа. — А. Г.) перед вами ставим совершать убийства офицерского состава немецкой армии»[793].

После двух недель блуждания по тылам Вермахта незадачливые ребята, вопреки указанию находиться в бывшей столице УССР вплоть до прихода Красной армии, вернулись на советскую сторону. В оперативном отчете Долгов написал, что после пересечения линии фронта их задержали немцы, отвели в комендатуру, и после допроса решили переслать под конвоем одного солдата в близлежащее полицейское управление. Долгов заявил, что солдата они устранили. Вы-прицкий свидетельствовал, что на месте главного редактора «Новой Украины» найти не удалось: «Аркадия Любченко в Харькове не оказалось, но мы сняли одно лицо — по нашим предположениям — [ответственного редактора] Петра Сагайдачного.»[794] Оба боевика даже не додумались придумать подробности «спецоперации». Несогласованную ложь быстро разоблачил следователь — тот же чекист, который послал Долгова и Выприцкого в Харьков. Далее следы Долгова теряются — скорее всего из-за несовершеннолетия он не был тут же призван в Красную армию. А отправленный в РККА Валентин Вы-прицкий погиб 28 июля 1942 г. Сейчас его останки покоятся в парке «Юннатов» на территории агробиологической станции Воронежского пединститута[795].

Директивы по «Т» отдавались 4-м управлением НКВД и в дальнейшем, а нижестоящие отделы проводили их детализацию. Например, 14 мая заместитель начальника управления НКВД по Сталинской (Донецкой) области старший лейтенант ГБ Горлов утвердил «План-календарь работы 4 отдела УНКВД по Сталинской области на май месяц 1942 года». 5-й пункт гласил: «Подготовить и командировать в тыл противника агентов-организаторов диверсионнотеррористических и партизанских групп»[796]. Троих предполагалось направить в Чистяковский район, по одному — в Макеевку, Каганов-чи и Мариуполь. В приказе значились даты засылки агентов, а также фамилии исполнителей операций по переброске боевиков в тыл Вермахта.

Уже летом 1942 г., передав в УШПД отряды, а также кадры организаторов («управленцев») зафронтовой борьбой, НКВД УССР сообщил Строкачу о недавних провалах «ликвидаторов» в Измаильской области: «В Килия-Нода [Сигуранцей с помощью агентурной разработки] ликвидированы 2 террористические группы до 25 человек; там же установлен партизанский отряд»[797].

Во второй половине 1942 г., прежде всего из-за положения на фронтах, значимых операций украинские чекисты в тылу Вермахта не проводили.

Лишь после возвращения Красной армии удалось выявить ряд случаев активности «замороженных ячеек». Одним из представителей таковых стал бывший завкафедры химии Сталинского мединститута «Дорошенко» (Роман Головатый), оставленный в Сталино (Донецке) в октябре 1941 г.: «С приходом немцев в г. Сталино. стал работать инспектором технохимконтроля молочно-жирового треста.

Руководителем одной из дивгрупп (так в документе. — А. Г.) агент “Дорошенко” поставил Шимко Елисея Михайловича, работавшего при немцах заведующим аптекой № 2. Шимко. создал группу в 5 человек из числа врачей и обслуживающего персонала, работавших в немецком госпитале.

Участники этой группы разновременно, путем расстерилизации, заражали инструмент и перевязочный материал, и в таком виде использовали его при операциях и перевязке ран, что приводило к смертным случаям среди раненых офицеров и солдат немецкой армии.

В результате деятельности группы Шимко к концу июня 1943 года было умерщвлено до 100 человек немецких солдат и офицеров… “Дорошенко” в конце декабря 1942 г. в г. Сталино организовал вторую диверсионную группу, во главе которой поставил профессора Никольского Николая Андреевича, работавшего заведующим химической лабораторией.

Во дворе лаборатории, где работал Никольский, в феврале 1943 года останавливалась немецкая грузовая автомашина с двумя бочками пива и вина. Никольский, воспользовавшись тем, что машина не охранялась, в бочку с пивом подсыпал мышьяк, а в бочку с вином — цианистый калий. Эта машина из г. Сталино выехала вместе с отступающими частями противника.

Агент “Дорошенко”, будучи в феврале 1943 года в командировке на Ольгинском маслозаводе, вместе с мастером этого завода Слати-ным, произвели отравление двух бочек масла сулемой, впоследствии отправленного в одну из немецких частей.

Со слов управляющего молочно-жировым объединением Шульгина, агенту “Дорошенко” известно, что в Волновахском районе отравилось до 50 человек немцев и итальянцев, что “Дорошенко” считает^ это] произошло вследствие употребления в пищу отравленного им масла.

Находясь в командировке на Мариупольском маслозаводе, в мае 1943 года агент “Дорошенко” произвел отравление мышьяком сырковой массы, приготовляемой для офицерского состава немецкой армии. Позже ему стало известно от того же Шульгина, что в г. Мариуполе имело место отравление от сырковой массы среди офицерского состава, что немцами было отнесено за счет некачественного приготовления сырка»[798].

Кроме того, как пишут два современных донецких исследователя, под руководством Головатого «в клинике (сейчас им. Калинина), где размещался военный госпиталь оккупантов, действовала подпольная “тройка” в составе врача Евгении Бовы и медсестер Раисы Микитен-ко и Антонины Пехтеревой. Как отмечалось в. справке УНКГБ от 20.12.43 г., подпольщики физически уничтожили свыше ста гитлеровцев, находившихся на излечении в госпитале. Достигалось это путем умерщвления тяжело раненых наркозом, умышленным заражением крови (сепсис) и недосмотром при газовой гангрене»[799].

После окончания оккупации Р. Головатый и Е. Шимко получили правительственные награды[800]. До прихода Красной армии они оперировали без контакта с Центром.

Руководство НКВД УССР 15 августа 1942 г., в момент начала битвы за Кавказ и Сталинград, в качестве основных задач на территории Украины видело ряд пунктов: «1. Поддержание и дальнейшее восстановление связи с оставленной в тылу противника агентурой. 2. Подготовка и выброска в тыл противника диверсионных и разведывательных групп и резидентур из числа вывезенной из Ворошиловграда агентуры, в первую очередь в важные пункты и районы. 3. Изыскание новой базы для работы, вербовки новой агентуры и дальнейшей выброски ее на территорию Украины. 4. Внедрение агентуры в административные, карательные органы противника, украинские националистические и прочие антисоветские круги и формирования, а также в инженерно-технические круги. 5. Организация и поддержание радиосвязи с выброшенной и выбрасываемой в тыл противника агентурой. 6. Организация радиокурсов для подготовки радистов. 7. Сбор разведывательных сведений.»[801] в основном военно-политического, а не сугубо военного характера.

Однако эти задачи были выполнены далеко не идеально. Как отмечалось в сообщении Савченко Судоплатову, за полтора года войны НКВД УССР выбросил на оккупированную территорию 2027 разведчиков-одиночек с разовыми заданиями разведывательного характера и курьеров для связи с агентурой. Из них возвратилось 408, т. е. 20 %, остальные пропали. Было заслано также 595 групп общей численностью 1892 человека, возвратилось 34 группы общей численностью 174 человека, т. е. менее 10 %. В начале 1943 г. от всей этой агентурной армии «в строю» находились жалкие остатки: «Поддерживается связь с разведывательными группами “Луч” численностью 5 человек, выброшенной в район г. Сумы, и “Майский” численностью 4 человека, выброшенной в район г. Сталино. Живая связь поддерживается только с несколькими агентами-одиночками, от которых недавно возвратились курьеры. Поддержание курьерской связи с оставленной и выведенной в тыл противника агентурой на протяжении всего этого периода являлось наиболее узким местом в нашей работе. Имели многочисленные факты, когда возвращавшаяся из тыла врага наша агентура перехватывалась в разведывательных и особых отделах Юго-Западного и Южного фронтов и использовалась последними без нашего разрешения для разведывательной и другой работы в тылу противника»[802].