Чтение онлайн

5.2. К вопросу о провоцировании красными партизанами нацистского террора

Мысль о том, что партизаны навлекали на население кары нацистов, вскользь проходила в ряде исследований[1120] и неоднократно поднималась в исторической публицистике, а также в художественной литературе. Указанная проблема стала ключевой идеей в замечательном российско-белорусском кинофильме «Иди и смотри», заслуженно любимом публикой постсоветского пространства, а также довольно известном и ценимом в странах Евросоюза, в том числе в Германии. При этом, к сожалению, до сих пор по-настоящему четко не ставился вопрос: насколько нацистский террор против населения был желателен для политического руководства красных партизан? Для самих советских коммандос? И если да, то специально ли «рука Кремля» подталкивала «руку рейхсканцелярии» на головы мирных жителей?

С первых дней войны сведения о том, что немцы устраивают кровавую вакханалию в ответ на диверсии, потоком шли из-за линии фронта на все уровни власти.

Уже летом 1941 г. Пономаренко в докладной записке Сталину описывал многочисленные «акты возмездия» после операций партизан. Однако, по мнению первого секретаря Белоруссии, меры давали обратный результат: «Война и зверства немцев еще теснее сплотили колхозников вокруг колхозов, советской власти и партии. Это обстоятельство одно из решающих в деле разгрома врага.

Крестьяне кормят войска, охотно отдают последнее, сами пригоняют войскам скот, выводили и выводят многие подразделения из окружения через линию фронта, рискуя жизнью, прячут красноармейцев, переодевают их в гражданскую одежду, выдают за членов семьи, несмотря на то что немцы платят жестокими репрессиями, сжигают и расстреливают за помощь Красной армии»[1121].

Как сообщал НКВД Хрущеву в начале 1942 г., подобная ситуация наблюдалась и в Украине: «В ноябре… [1941] г[ода] в г. Орджоникидзе партизаны убили итальянского солдата, после чего итальянские военные власти арестовали 18 местных жителей. В ответ на это партизаны убили еще 20 итальянских солдат. (…) По данным от 30.11.41 г. в г. Горловка партизаны бросили 3 гранаты в штаб итальянской воинской части и убили 2 офицеров. За это оккупанты расстреляли 150 человек мирных жителей»[1122]. Аналогичными сведениями пестрят сообщения, хранящиеся в папке донесений на имя руководства НКВД СССР и даже Сталина. Например, спецсообщение для Лаврентия Берии 10 января 1942 г. информировали об «ответных повешениях», учиненных оккупантами в Харькове[1123]. На документе стоит подпись заместителя Берии — Ивана Серова.

Методы борьбы немцев с советскими формированиями не менялись и в дальнейшем. Как минимум в одном случае действия украинских партизан даже вызвали нарекание со стороны представителей конкурирующих командных структур. Инструктор оргинструктор-ского отдела ЦК КП(б)У И. Миронов в мае 1943 г. ознакомился с деятельностью ряда партизанских отрядов, дислоцировавшихся между Десной, Днепром и Припятью на украинско-белорусском пограничье. Общая численность отрядов, подчиненных группе ГРУ «Центр» под командованием майора Смирнова и его заместителя Кузьмы Гнида-ша, насчитывала, не считая групп местной сельской самообороны, до 2,5 тыс. человек: «Вооружение отрядов очень слабое… Десятки бойцов вообще не имели никакого оружия. Боеприпасами отряды вообще не обеспечены. (…) Продовольственное обеспечение отрядов очень хорошее… Основной источник продовольственного обеспечения отрядов — местное население. (…) Особых операций против немцев эти отряды не проводили… В некоторых отрядах, как, например, в отряде им. Чапаева, стало развиваться мародерство, пьянство, вождение с женщинами и падение дисциплины. (…) Разведывательные группы

Главразведупра и диверсионные группы часто базируются на местных отрядах, подчиняют их себе и используют их для самоохраны, как вооруженную силу… Эти группы для обеспечения выполнения своих задач придерживают при себе отряды на всякий случай. (…) Буквально под носом “Центра” [ГРУ] и [подчиненных ему] отрядов ежедневно и беспрепятственно курсировали вражеские пароходы по Днепру и Припяти — Киев-Чернобыль»[1124]. Высылая разведывательную информацию за линию фронта, Смирнов и Гнидаш параллельно создавали видимость активной борьбы с оккупантами — очистили от немногочисленной местной полиции довольно большую территорию: «“Центр”, подняв население в этом районе и выборами сельсоветов и созданием групп самозащиты сел, сориентировал население на пассивность борьбы с немцами… В результате чего при наступлении немцев в этом районе самооборона без принятия боя разбегалась, а немцы сжигали села и поголовно уничтожали население. (…) “Центру” по данным разведки отрядов было известно о концентрации немцев на левом берегу Днепра и на правом берегу Днепра, однако, никаких мер предосторожности для отрядов предпринято не было. Даже больше, отрядом т. Таранущенко задолго до наступления немцев был убит немецкий майор, у которого был обнаружен ряд документов и карта, в которых точно было нанесено расположение партизанских отрядов, количественный состав, вооружение, о группах самообороны. Села, подлежавшие уничтожению, были обведены на карте красным карандашом… Кроме этого, был захвачен переводчик, который на допросе сообщил о готовившемся наступлении немцев против партизан в этом районе. И даже после этого также никаких мер предпринято не было… “Центр” забрался в лес, осел там… и досиделся до тех пор, пока на них не напали немцы. Таким образом, сознательно или несознательно так называемый “Центр” [ГРУ] и его руководители поставили под удар население и партизанские отряды»[1125]. Кузьма Гнидаш, выполняя следующее разведывательное задание, погиб в Белоруссии 19 июня 1944 г., званием Героя Советского Союза он был награжден посмертно 24 марта 1945 г.

Партизанские командиры другого учреждения — УШПД — также четко осознавали, что из-за их деятельности немцы уничтожают мирных жителей. Герой Советского Союза Михаил Наумов в своем дневнике в самом конце 1943 г. описал прямо-таки апокалипсическую картину: «Еще день пути по зоне опустошения. Сегодня проходили через застывшие и покрытые первым инеем руины знакомых, в июле еще цветущих сел. Села летом еще были целы и полны замечательных людей. Эти люди в короткий срок сделали нам 300 штук седел и отдавали последние свои рогожки на потники. [В] воображении рисуется целый ряд встреч. Где они теперь, эти замечательные старики, женщины с детьми? Кругом мороз в тумане, даже не видно собак, и следов жизни нет. Гитлеровцы вскоре после нашего ухода выжгли все села Городницкого района [Житомирской области], создав зону опустошения. Мертвая тишина. Глухо стучат колеса нашего огромного обоза. Бодро идут откормленные в Эмильчино кони и отдохнувшие бойцы. Нет, не устрашит сыновей этих мертвых сел зона опустошения, колонна бодро идет вперед с железным желанием победить во что бы то ни стало»[1126].

Для полноты картины можно упомянуть последствия деятельности одного из отрядов, подчиненных еще одному ведомству, организовывавшему партизанскую борьбу — 4-му управлению НКГБ СССР. Именно «Победители» Дмитрия Медведева спровоцировали уничтожение 4-м отдельным галицким украинским полицейским полком[1127] ваффен СС совместно с отрядом УПА польского села Гута Пеняцкая Бродовского района Львовской области. 28 февраля 1944 г. несколько сотен человек было расстреляно и сожжено заживо[1128]. Через полгода Дмитрий Медведев получил свою Золотую Звезду Героя Советского Союза (медаль № 4513).

Таблица сожженных немцами сел Украины[1129] составлена на основании книги, которая писалась в советское время под формальным руководством партизанского командира Алексея Федорова, поэтому тщательность работы оставляет желать лучшего — данные страдают неполнотой. Исследования, проведенные Татьяной Пастушенко, позволили выявить ряд украинских населенных пунктов, уничтоженных нацистами, не вошедших в указанный сборник[1130]. Возможно даже, что приведенная информация касается лишь меньшинства населенных пунктов, уничтоженных нацистами. К тому же не учитываются жители городов, казненные «в отместку» за диверсионные действия, а также большая часть жертв в сельской местности — не всегда расстрел какой-то части крестьян и иных заложников вел к сожжению населенного пункта. Однако в данном случае важны не только абсолютные показатели, но и региональные особенности уничтожения сел и деревень.

Название области

Число сожженных сел

Количество убитых жителей

Черниговская

41

19 110

Житомирская

112

6901

Ровенская

16

5729

Сумская

64

4422

Волынская

18

4033

Киевская

17

3172

Тернопольская

7

1517

Хмельницкая

28

1297

Черкасская

8

1296

Полтавская

6

886

Винницкая

14

715

Днепропетровская

3

130

Львовская

1

56

Всего:

335

47 967

Характерно, что в перечне нет Одесской и Черновицкой областей, находившихся под контролем Румынии, а также входившего в состав Венгрии на протяжении всей войны Закарпатья. Также ясно видно, что более всего от немцев и их союзников пострадали области, являвшиеся территорией наивысшей оперативной активности красных партизан.

Еще более рельефную картину дает распределение тех же жертв по годам[1131].

Год

1941

1942

1943

1944

Всего

Число сожженных деревень

8

87

198

42

335

Доля от общего числа

2 %

26 %

60 %

12 %

100 %

Убито мирных жителей

935

10 277

33 709

3046

47 967

Доля от общего числа