Чтение онлайн

Симптоматичным процессом перехода от поздней эры Сталина к пост-сталинскому времени стал XIX-й съезд партии, проходивший в октябре 1952 года. Это было первое собрание такого рода после 1939 года и последнее при господстве Сталина. Согласно уставу партии съезд должен был собираться каждые три года. Было невозможно организовать съезд в ходе войны, но его планировали на 1947, или 1948 год, с главной целью – принять новую программу партии и новый устав.

Съезд задержался вероятно потому, что Жданов, который руководил разработкой новой прораммы партии, заболел и умер. После смерти Жданова Сталин был занят более важными делами, такими, как «ленинградское дело» и ухудшающееся международное положение, и созвал партсъезд, когда позволила его повестка дня. Политбюро, которому «повелел» Сталин, приняло резолюцию отложить съезд до лучших времён. Обсуждение устава партии оставалось в повестке дня, но идея пересмотреть программу партии была отброшена.

Обсуждение пятилетнего плана на 1951-1955 годы также имело место. Существенно, что главный политический доклад поручили зачитать Маленкову, а не Сталину. Работу по представлению пятилетнего плана поручили М.З. Сабурову, сменившему Вознесенского в Госплане. Вопрос об изменении партийных правил доверили Никите Хрущёву, который был назначен секретарём Центрального Комитета в 1949 году. Молотову поставили задачу открыть съезд, а Ворошилову выступить с речью при закрытии.

Отсутствие Сталина в перечне главных выступающих вероятно отражало ухудшение его здоровья – ему было около 73 лет во время подготовки к созыву съезда и оставалось шесть месяцев до того момента, когда инсульт прикончит его. Выступление на съезде было встречено восторжественными аплодисментами, но он сделал только одно краткое вступление перед обсуждением в форме приветствия делегатам братских зарубежных коммунистических партий.

Однако, Сталин не был пассивен при подготовке съезда. Накануне конгресса он опубликовал брошюру под названием «Экономические проблемы социализма в СССР». Он, главным образом, разъяснял в ней работу экономических законов в социалистической экономике. Сталинская публикация была обсуждена на съезде. Все важные речи съезда были проверены и отредактированы Сталиным. Он уделил особое внимание докладу Маленкова, который был детально отредактирован советским диктатором.

Более интересен тот факт, что доклад Маленкова был также направлен другим членам Политбюро для комментариев. Сталинское слово было конечно последним, но доклад Маленкова был по существу продуктом коллективных размышлений всех советских вождей. Что и не удивительно. Часть его доклада была посвящена международной экономике и политическому развитию после окончания войны, особенно продолжающемуся кризису в капиталистических странах, и советской борьбе за прочный мир.

На практике наиболее важными оказались изменения партийных правил. Название партии было изменено со Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) на Коммунистическую партию Советского Союза. Пост Генерального секретаря был упразднён, и Сталин стал одним из первых секретарей партии (другим был Хрущёв). Политбюро было заменено президиумом, более многочисленным, с 25-ю полными членами и 11-ю кандидатами в члены. Сразу после съезда было также учреждено Бюро Президиума, меньшее по численности. Заседания партийных структур низших уровней также были отрегулированы с целью введения элементов демократии в партию и увеличения уровня, и степени контроля над чиновниками.

Не ясно конечно, чего Сталин надеялся достичь этими изменениями, но на Октябрьском 1952 года пленуме ЦК, собравшемся после съезда, он объяснил, как нужно понимать нововведения и внедрение новых кадров в высшую партийную верхушку. Он также пояснил сложность и опасность международного положения, и покритиковал Молотова, и Анастаса Микояна, своих давних традиционных министров, назвав их трусами и капитулянтами. Несмотря на это оба заняли важные ответственные должности в правительстве, хотя их политическое значение упало и они были исключены из сталинского ближнего круга на те последние недели жизни, что оставались советскому диктатору.

Сталинская атака на Молотова и Микояна возможно была связана с цитатой из заявления о товарищах на политбюро, записанной в мемуарах Хрущёва: «Вы, как слепые котята. Без меня империалисты передушат вас». Если Сталин так говорил и думал, то ему некого порицать, кроме самого себя. Культивируя круг бездеятельных руководителей, он не видел для себя преемника, и выказал слабое доверие в способности своих коллег, попытавшись заменить себя коллкетивным руководством. Это, однако, обернулось тем, что сталинизм без Сталина оказался жизнеспособным, и реконструированный послевоенный режим продержался около сорока лет после его смерти.

Преобразования во внутренней сталинской политике стали результатом послевоенных изменений в мире. Советский Союз вышел из войны победителем, стал доминирующей силой в Европе и важным игроком в послевоенном мирном урегулировании. Но СССР понёс в войне огромные и разрушительные потери. На его западных границах начались бунты против советских порядков. Рост патриотизма и национализма вызвал сложности с коммунистической идентичностью государства. Сталин также был разочарован тем, что его партнёры по великому Альянсу не собирались ничего делать для обеспечения безопасности, в которой нуждался СССР для закрепления достигнутой победы.

Сталин понял, что необходимо закрыть страну от иностранного влияния, и его внешняя политика стала более резкой. Начало холодной войны в 1947 году подтвердило наихудшие опасения Сталина, и он интенсифицировал кампанию против запада на внутреннем, и внешнем фронтах. Но всвязи с поляризацией международной политики и развалом великого альянса он думал и о других опасностях.

Поэтому в конце 40-х годов Сталин предпринял попытку перейти от конфронтации холодной войны к поиску новой «разрядки» с западом. Но международная ситуация оставалась напряжённой, и это не способствовало смягчению советской внутренней политики. Послевоенные сталинские репрессии в отношении партийных и государственных чиновников достигли своего пика в начале 50-х годов. Это делалось согласно его убеждениям, что могущество социалистической системы вырастет, если начать борьбу с врагами.

Сталинское указание, что классовая борьба усилится при социализме, не соответствовало убежениям остального советского руководства, и они отбросили этот идеологический догмат сразу после смерти Сталина. Но пока Сталин был жив, ни о каких изменениях не могло быть и речи. Во внутренней политике, как и во внешней, Сталин был генералиссимусом. Те советские руководители, кто служил под его руководством, боролись за своё положение, преследуя и защищая собственные интересы, но основную политическую линию определял Сталин, который также принимал и все главные решения.

Война послужила углублению и усилению сталинской власти, и он оставался признанным всеми, и несменяемым хозяином. За рубежом дело обстояло по-другому. На международной арене он выглядел мощным соперником Америки, и возникновение антисоветского западного блока, по сталинскому мнению, увеличивало внешнюю угрозу при сложной внутренней ситуации. Сталин стремился сохранить прежние отношения с западом, что снижало напряжённость холодной войны и установило прочный мир с его бывшими западными союзниками.