Чтение онлайн

Пока мой заиндевевший противник поднимал меч, я успел рубануть его поперек груди, сбив его атаку, еще раз, еще. Добавил еще один свиток ледяной магии, и, пока не осел снежный вихрь, нанес еще несколько сильных точных ударов. Двойник повалился на каменный пол, бездыханный, а я уже развернулся и бросился туда, где сцепились, словно клубок разъяренных кошек, две Алисы.

Разнять их было непросто, но я ухитрился ухватить за выступ на кирасе одну из Алис, которая тут же завопила:

— Отпусти!

Я разжал хватку и поспешил сцапать вторую Алису.

— Отпусти!

Да что за чертовщина? Как мне теперь понять, где моя Алиса? Кроме того, они все время норовили вновь сцепиться. Может, задать им какой-нибудь вопрос?

— Как называется спасительный проект в реальном мире?

— Новый человек, — выпалила Алиса, что стояла справа, а в следующее мгновение я уже схватил Алису, что стояла слева.

Пара шагов в сторону — и я отпустил брыкающегося двойника. Алиса-двойник приземлилась на парящую над лавой платформу. Подпрыгнула в тщетной попытке выбраться.

— Саймон! Помоги мне вылезти! Это же я!

Я повернулся к настоящей Алисе. Счет шел теперь едва ли не на секунды. Я выудил из инвентаря зеленый камень и вложил ей в ладонь.

— Сейчас или никогда.

Она коротко взглянула на меня, затем кивнула и сжала изумрудный камень в пальцах. Он истаял в мгновение ока. Алиса вцепилась мне в локоть.

— Саймон, я в опасности! Мы все в опасности, все люди с Персефоны! Ох, как все дерьмово… — она опустилась на каменный пол, растирая виски.

— В каком ты отсеке?

— 105. Мне конец…

Я сжал ее ладонь.

— Тебе не конец. Я тебя спасу, обещаю. Не бойся.

Алиса закрыла лицо руками. Кажется, она плакала.

Под ногами у меня что-то блеснуло. По каменному полу покатился гладкий прозрачный камень, почти бесцветный. Я опустился на колени, чтобы обнять и как-то утешить Алису, но стоило мне коснуться ее плеча, как красная надпись заполнила собой экран.

«Вы истощены, подкрепитесь».

Капсула распахнулась, меня ослепил белый свет станции, и умный гель осторожно поднял мое бренное тело наружу.

Холодный свет станции ослепил меня. Несколько мгновений мне понадобилось, чтобы понять, что случилось.

— Черт! Черт! Черт!

Я резко вскочил, и тут же вынужден был опереться о гладкую поверхность капсулы. Сколько там я не ел? В голове все плыло и кружилось. Надо срочно съесть что-то, что угодно, чтобы долбаный станционный врач вновь впустил меня в игру. Пустил меня к Алисе.

Я со всех ног побежал к столовой отсека. Интересно, сколько я провел в игре? Сутки? Что-то около того. Тело было ватным и непослушным, да и в голову тоже словно бы ваты вместо мозгов набили.

Точно пьяный, я ввалился в столовую, рывком распахнул шкафчик — хранилище рационов, дрожащими руками выгреб все, что там было, и швырнул на стол. Припал к бутылке воды. Что-то было не так, хотя я никак не мог понять, что. Все вокруг теперь казалось мне словно каким-то неполноценным. Плевать. Я набил рот галетами и спешно запил водой. Наверное, со стороны я выглядел как животное. Вот только смотреть на меня было некому.

Этого должно хватить. Надо срочно возвращаться. Я бегом вернулся к капсуле, шлепнулся в нее с размаху и торопливо вдавил кнопку на пульте управления. Колонны выросли вокруг меня, словно мрачный безжизненный лес.

— Алиса!

Тишина в ответ. Только эхо от моего крика, побродив между колонн, затерялось где-то в темноте под сводами.

Какого черта? Что-то лежало у моих ног. Я наклонился и поднял гладкий прозрачный камень. Последнее воспоминание. Значит, Алиса так и не подобрала его. Где же она? Мной овладела ноющая тревога.

— Алиса!

Я пробежал вдоль разлома, и, так и не дойдя до стены, вновь оказался там же, откуда начинал путь. Значит, пространство собора закольцовано. Может быть, Алиса решила подождать меня у того тихого озера? Эта мысль показалась мне разумной, и тревога чуть отступила. Я со всех ног побежал к двери, сквозь которую мы попали в этот каменный лес. Колонны мелькали справа и слева от меня. Прыгая через три ступеньки, я одолел бесконечную лестницу и, наконец, выбрался к озеру.

— Алиса!

Лепестки, словно хлопья снега, продолжали кружиться в воздухе и медленно ложились на тихую гладь озера. Вокруг стояла безмятежная тишина. Я почувствовал, как тревога вцепляется мне в горло еще сильнее, чем прежде.

Не знаю, сколько времени я потратил на метания по всем пещерам, которые мы прошли, по лесу, я даже вернулся в город, на площадь, где впервые увидел ее, зашел в тупик, где она вывела меня из себя. Я искал везде. Каждые десять минут я, как одержимый, разворачивал карту в надежде, что на ней вновь появится точка, отмеченная синим флажком. Карта была пуста.

Наконец, я тяжело опустился на землю у городской стены. Алисы нигде не было. Словно ее не существовало вообще. Единственное, что осталось от нее — прозрачный камень, воспоминание, которое так и не успело вернуться к ней. Игра была теперь бесполезна.

— Выход.

Окружающий мир потух и растворился в белом сиянии станционного освещения. Не чувствуя себя, я выбрался из капсулы и застыл, словно бы переваривая все, что случилось со мной, начиная с балаганных похорон отца.

— Тварь… — прошептал я, словно в оцепенении. Я чувствовал, как меня медленно наполняет искрящая злоба.

— Поганая тварь! — заорал я и со всего маху ударил кулаком по гладкому корпусу капсулы. Конечно, корпусу ничего не сделалось — разве что белая глянцевая поверхность испачкалась красными разводами.

— Вы можете себе навредить. Пожалуйста, сосредоточьтесь на своем дыхании.

— Заткнись! — заорал в ответ я, и еще раз саданул кулаком по капсуле, украшая ее еще одним красным разводом, — Это все из-за тебя! Поганая тварь!

— Пожалуйста, успокойтесь, вы можете себе навредить…

Я орал так, что не слышал даже собственных мыслей.

— Пожалуйста успокойтесь, или я буду вынуждена сделать вам укол.

Я поливал бранью станционного врача, молотил кулаками по капсуле, пока у меня были силы, а потом сполз вниз и уселся у подножия белой сферы. Прикоснувшись к лицу, тупо уставился на прозрачную влагу, блестящую на кончиках пальцев, и только тогда увидел рядом с собой довольно неуклюжего на вид робота-санитара, из приземистого корпуса которого выпрыгнул манипулятор со шприцом и с неожиданной ловкостью уколол меня в плечо. Спустя несколько мгновений я почувствовал, как меня одолевает свинцовая усталость, веки мои смежились, и я провалился в забытье.