Чтение онлайн

– Ну что, съели?! – с ядовитым ехидством спросила Иринка, видевшая, как были ошеломлены друзья, несмотря на заверения Кошмарика, что эти «стоящие вещи хорошо отойдут».

– Что «съели»? – не понял поначалу Володя.

– Как что? Брильянты и изумруды! Смотрите, как их здесь много! Так и переливаются! Долго я так не смеялась!

Володя рассердился. Ему был неприятен тон Иринки, ведь он свидетельствовал о том, что девочка совершенно не желает признавать в нем победителя: вот, собрался на дно морское, а выудил оттуда консервную банку с какими-то побрякушками! Да, Володя на самом деле ехал в Лужскую губу совсем не за фашистскими наградами.

– Да чего ты понимаешь, гайка с дыркой! – тявкнул на подружку Володя. – Это же ценнейшая вещь, музейная! А здесь крестов не меньше полтораста штук, и получается, что мы выручим за них кучу денег. Кошмарик, ты специалист, скажи, почем этот товар загнать можно?

Ленька и без того стоял и прикидывал, почем можно толкнуть «товар». Когда-то он раскапывал финские доты на Карельском перешейке, и цена наградных значков, предметов амуниции, наград и прочей военной мишуры ему была знакома. Ленька потеребил себя за нос и важно сказал:

– Значит, так, если оптом сдавать, то долларов за семь каждый крест в Питере уйдет, а если по одному крестику – то баксов по двенадцать…

Иринка застонала, будто у нее болели зубы:

– Ой, барышники, мелкие торговцы! Знала бы я, в какую компанию попала, никогда с вами не встретилась бы! Купчишки поганые!

И Володя и Ленька сделали вид, что не расслышали восклицания Иринки, хотя оба мальчишеских сердца сжались до размеров теннисных мячиков.

– Но есть одна обалденная идея! – поднял Кошмарик вверх палец с длинным грязным ногтем.

– Какая же? – спросил Володя.

Кошмарик, казалось, медлил. Он на самом деле не мог простить себе, что вместо настоящих драгоценностей достал из транспорта какие-то кресты, и теперь ему нужно было срочно реабилитировать себя в глазах Володьки (а особенно Иринки) какой-нибудь неожиданной, оригинальной идеей. Пусть бы эта идея была шальная, дурацкая даже, но следовало теперь же отвлечь внимание девочки от примитивной рыночной сделки, к которой близилась экспедиция, начатая так романтично.

– У тебя в «Стальном ките» горючего много осталось? – спросил Кошмарик, очень крепко потирая затылок и изображая на лице усиленную умственную активность.

– Ну немало, – ответил Володя, не понимавший пока, куда клонит приятель. – Ты ведь с яхты еще солярки принес, да и аккумуляторы заряжены, плюс к тому – ножной ход действует.

– Во! Классно! – Кошмарик выкинул вперед поднятый вверх большой палец руки. – Ножной ход нам особенно пригодится!

– Да зачем, зачем? – стал нервничать Володя, не понимая намерений Кошмарика, но Ленька снова лишь ограничился вопросом, причем его рожица стала еще более загадочной и в то же время еще более глуповатой:

– Ты за границей когда-нибудь был?!

– Нет, не был! – твердо ответил Володя, начиная понимать замысел Кошмарика. – И не хочу там быть! Мне и в России интересно!

В ответ на это твердое заявление Ленька лишь растянул свой широкий рот от уха до уха и, стукнув себя пальцем по виску, сказал:

– Бам! Бам! Ну и шиз ты, Вовчик! А еще интеллигентом себя считаешь! Книги читаешь умные, а за границей побывать не хочешь! Ну, я с тебя торчу! Да ведь всякий мало-мальски развитый мужик хоть раз за рубежом побывать должен, для умственного развития так сказать! Батя твой и мамка, я знаю, люди небогатые, тебя не повезут никуда, а сам ты, интеллигентик, всю жизнь с хлеба на воду перебиваться будешь – никогда бабок не соберешь. Вот я тебе и предлагаю: давай смотаем за границу, коль она рядом…

– Куда-куда?! – плаксиво спросила Иринка, будто ей предлагали смотать по крайней мере на Луну. – Ты что, Леня, переохладился в воде, да?!

– Ничего я не переохладился! – совсем незло парировал Ленька Ирочкин укор. – Ну сами подумайте, мы под водой где хотим, там и пройдем, никакой для нас границы не существует! Так почему же такой возможностью не воспользоваться? Редчайший случай!

Володя насупленно молчал. В Лужской губе больше нечего было делать, а домой возвращаться не хотелось. Он знал, что теперь родители не подпустят его к «Стальному киту» и на пушечный выстрел, запрут в квартире, а поэтому – прощай свобода! А ведь свободу мальчик любил, наверное, больше всего на свете. Здесь, на субмарине, он ощущал себя не просто человеком, крутящим штурвал подводного судна. Нет, он был еще и повелителем этого залива, командиром Кошмарика и Иринки, он казался сам себе властелином мира, а дома он стал бы пусть не рабом, но уж во всяком случае подданным, жалким и боязливым, способным быть уязвленным взрослыми, их глупыми приставаниями и придирками.

– А куда ты хочешь за границу? – едва переведя от волнения дух, спросил Володя немного дрожащим голосом. – В Эстонию?

Кошмарик презрительно улыбнулся:

– Чего не видел я в твоей Эстонии? Возили нас туда, когда я еще в школе учился, на экскурсию. Я к финикам хочу поплыть!

– К каким финикам? – охнула Иринка, внимательно прислушивавшаяся к разговору парней. – К тем, что на пальмах?

Кошмарик просто задохнулся от смеха, хоть и дурашливого, наигранного:

– Ой, давно я так не смеялся! Ну с тобой умора! Живот от смеха лопнет! Финики – это же финны, глупышка! В Финляндию я хочу смотать!

Володя усмехнулся:

– А может, сразу в Америку? Нам бы только до Атлантики дотянуть, а там и рукой подать!

Иринка внезапно рассмеялась, оценив шутку Володи, зато Кошмарик, услышав этот смех, неожиданно оскорбился, да так горячо, будто его унизили в самых лучших чувствах:

– А чё, чё издеваетесь?! – Даже сжал он свои кулаки так, что побелели костяшки пальцев. – Я чё, глупость какую сморозил? Да? Почему ж не сплавать, если до Финляндии рукой подать! Границу под водой проплывем, подрулим к Хельсинки, оттянемся там как следует денек-другой и назад вернемся! Зато хороший навар сделать сможем на крестах! Медальон тоже скинем, так ведь у нас еще больше восьми сотен баксов имеется! Мы на них товару купим у фиников по дешевке, а здесь скинем, вот и наварим с каждого доллара два, а то и три! Мозгой шуровать надо!

Иринка хотела было, по своему обыкновению, прочитать ребятам мораль о том, что спекуляция – дело неблагородное, но ей вдруг представилась Финляндия, с соснами и скалами, с молчаливым, но приветливым народом, с уютными кафе на улочках Хельсинки, о котором она, признаться, давно мечтала. Девочке, конечно, было страшновато – как же станут они проплывать под водой государственную границу, но события последних двух дней подсказывали ей, что с этими мальчишками можно плыть куда угодно. И она лишь сказала:

– А как же наши родители?

И в этих словах Володя прочел решимость девочки плыть в Финляндию, и он хотел было успокоить Иринку, но за это дело взялся Кошмарик, сказавший:

– А мы из Хельсинки всем позвоним! Вот уж удивятся!

Володя дотянулся до полки, на которой лежали у него карты, быстро развернул одну из них, потом схватил линейку и соединил предполагаемое место их нахождения с кружочком, обозначенным словом «Хельсинки».

– Так, – волнуясь, заговорил он, – отсюда до столицы фиников, как ты выражаешься, грубо говоря, двести километров. Сейчас, – взглянул он на часы, – девятнадцать сорок. Если мы пойдем со средней скоростью пятнадцать километров в час, то затратим на движение чуть больше тринадцати часов. Выходит, в Хельсинки мы окажемся в девять утра назавтра или в десятом часу. Как раз откроются кафе, и мы сможем позавтракать сосисками и горячей яичницей!