Чтение онлайн

Много позже, на Балканах, встретившись с ужасами настоящей войны, Сергей осознал, какими детскими и наивными были его прежние представления. Война оказалась суровой, грубой и непростительно жестокой штукой. Подвигов она не любила, а ее шестеренки перемалывали жизни тех, кто по воле судьбы оказался на пути насилия.

Подвиг, видевшийся Сергею волевым поступком, приобрел характер случайности. Для его совершения требовались не столько стальная воля и желание, сколько удачные обстоятельства. Многие юноши и девушки, решившие стать героями, погибали, не успев проявить себя. Они превращались в груды сгоревшей плоти, не успев сделать ничего значимого. Терновый венец величия, как выяснилось, был выкован не для всех.

Прощаясь с товарищами, павшими в воздушных боя, капитан Соколов осознал, что истинный подвиг не описывается в блогах и газетах. Настоящие герои не попадают в выпуски телевизионных новостей. Они сражаются за свою Родину и умирают никому не известные. Забытые всеми, кроме скорбящих отцов и матерей

Ореол романтики потускнел, его стальная оправа пошла кровавой ржавчиной. Вырвавшиеся наружу шипы рвали душу когтями ужасных воспоминаний. В душе остались лишь месть, ненависть к противнику и желание спасти немногочисленных близких людей – своих боевых товарищей.

Датчик бортовой пушки предупредил полковника об истраченном боезапасе. Сергей улыбнулся, бой подошел к концу. Противник был рядом – протяни руку и достанешь, но уничтожить его было невозможно. Полковник горько улыбнулся и в последний раз толкнул рукоять дросселя. Вражеская машина дернулась в сторону, попыталась избежать удара и с грохотом врезалась в левый воздухозаборник «Фристайла». Машину сотряс чудовищный удар; Сергей ударился головой о приборную доску. На защитные очки шлемофона хлынула кровь, полковник потерял сознание.

Воздушное пространство Норвегии

5 апреля 2036 года, 17:40

Двигатель громадного самолета содрогнулся от очередного взрыва. Скособоченные лопасти турбины разорвали внешнюю обшивку кожуха и остановились – черные, обуглившиеся, похожие на крылья сгоревшей мельницы. Топливную систему левого крыла охватил пожар.

В голосе Ольги звенела сталь.

– Выключай двигатель, генерал. Садиться будем на оставшихся.

Щелкнув красными блокираторами двигателя, Никонов прислушался к интенсивному радиообмену уцелевших машин.

– Джейн, это Красный-2. На земле два близких взрыва. Засекаю координаты, – Матвиенко говорил медленно, тщательно подбирая слова.

– Он успел?

Ольга оторвалась от приборной доски и приподняла голову, ожидая неизбежного ответа.

– Параплана не вижу. Возможно, его выбросило на низкой высоте. Джейн?

Генерал посмотрел на Нестерову. Лицо женщины было бледным, уголки ее губ подрагивали.

– Джейн? Принимай командование. Теперь ты… Красный-лидер, – прошелестел в эфире невозмутимый Николай.

Ольга закрыла глаза. Щелкнув пальцем по гарнитуре, Нестерова произнесла:

– Командир? У нас проблемы с двигателем, в крыле пожар. Просим разрешение на аварийную посадку.

Тишина в эфире становилась невыносимой.

– Это Красный-лидер, – голос Джейн дрожал, но при этом в нем слышались нотки несгибаемой уверенности.

– Выстраиваемся в ромбическую формацию. Вектор движения – 180, ориентировочный маркер – маяк Банака.

Майор Деверо замолчала, а потом тихо добавила:

– Это Красный-лидер… продолжаем полет.

Эпилог

Шестеренки войны

Дельта Амазонки, 15 миль от побережья Атлантического океана. Подводная лодка класса «Лос-Анджелес» SSN-719 «Провиденс»

14 апреля 2036 года, 22:56

Коммодор Демпси поднялся по лесенке на стальной плавник АПЛ, вдохнул полной грудью влажный тропический воздух, провел рукой по краю паруса [61]и повернулся к старшему помощнику.

– Поход окончен, Эвелл. Каков статус реактора?

Старпом оторвался от бинокля и сунул в рот мятый цилиндр сигареты.

– Капитан, сэр, реактор заглушен тридцать минут назад. Ракетные шахты герметично запечатаны, клеммы люков блокированы. Достать оружие из шахт будет невозможно, если, конечно, местные контрас не обзаведутся оборудованием для подводных работ. В турбинном отсеке заложены четыре заряда, в носовом решили обойтись открытыми кингстонами. Автоматические переборки отключены, спасательный буй обесточен. Наша гибель останется загадкой не только для президента и адмиралов, но и для космических спутников. Флажок «Провиденс» пропадет с адмиралтейской карты и отправится в коробку «пропавших кораблей».

– Так и будет, – согласился со старпомом Демпси. – Возможно, нас уже спрятали, ведь в последний раз мы связывались со штабом шесть месяцев назад. Старшие офицеры, вероятно, полагают, что «Провиденс» стал жертвой вражеского самолета или русской подводной лодки. Они даже не догадываются, что мы прячемся в дельте громадной реки.

Гордон устремил взор к темной полосе леса и продолжил рассказ:

– Много лет назад, в самом начале Фазовой войны, наш корабль обязательно бы нашли. В те годы разведывательная сеть американских спутников окутывала весь земной шар. На планете не было уголков, куда не смог бы заглянуть космический аппарат. Сейчас же все по-другому. Государственные сателлиты или мертвы, или давно сошли с орбиты. Коммерческие разведывательные группировки в большинстве своем уничтожены, оставшиеся смотрят в места активных боевых действий, далеко от конечной точки нашего путешествия.

Демпси скользнул взглядом по болотистым речным берегам, прислушался к громкому клекоту птиц, а потом повернулся лицом к заходящему солнцу. Светило проваливалось в джунгли, окрашивая реку тревожными рыжими отсветами. Темная мутная вода лизала прочный корпус атомного корабля, накатывала на плавники выпирающих рулей, приносила с собой водоросли и мелкий речной мусор.

Гордон задумался: перед его мысленным взором пронесся боевой путь АПЛ, опасности, которых удалось избежать, и походы, из которых «Провиденс» сумел вернуться.

Эвелл вновь поднес к глазам окуляры бинокля.

– Чем займетесь на берегу, сэр?

– Не думал еще. В Северной Америке мне делать нечего. Там меня никто не ждет, да и прежнее начальство может увидеть. Доберусь до Малого Рио, попробую обналичить счета. Потом рвану на юг, подальше от цивилизации, военных баз и крупных конфликтов. – Демпси махнул рукой. – Так далеко, как только возможно. Осяду в Перу или в Аргентине, займусь каким-нибудь мирным делом, если смогу.

Старпом мягко улыбнулся и с сомнением посмотрел на коммодора.