Стальные гробы рейха
Шрифт:
В этот момент с корабля на воду спустили три оставшиеся спасательные шлюпки: они со скрежетом скользили по накренившемуся борту. Люди, как с горки, скатились в воду по наклонной плоскости и пытались вплавь добраться до сильно поврежденных при спуске шлюпок. В воде оказалось не меньше 80 человек.
Наблюдая за потерпевшими, командир лодки заметил, что на них безупречно чистая белая форма, совсем не похожая на то, во что были одеты замызганные матросы, болтавшиеся на верхней палубе этой посудины.
Хесслер, как и другие командиры, хорошо знал о случаях, когда приходилось встречаться с английскими судами — ловушками для подводных лодок.
Осторожно подняв перископ, он подкрался к судну еще ближе. Что-то здесь не так!
И вдруг казалось бы уже тонущая посудина приняла нормальное положение. Можно подумать, что судно сплошь было загружено пустыми бочками, пробкой или еще чем-нибудь подобным.
И тут, наконец, Хесслер все понял. В надстройке на палубе, в районе сигнального поста, видны были щели, которые открывались и закрывались как жалюзи. На мостике торчал какой-то странный столбик… Вот он начал поворачиваться. Это был перископ!
Хесслер не торопился всплывать, ожидая, что же будет дальше. Он знал, что судно-ловушка только и ждет, чтобы немец показался над водой. Всплывшая лодка сразу станет отличной целью, которую можно без труда уничтожить внезапным ударом из замаскированных орудий.
С момента торпедирования прошло уже с полчаса. Судно осело на корму, но больше не погружалось. Скоро должны были появиться самолеты берегового базирования — ведь с судна наверняка уже послали соответствующую радиограмму. Выжидать дальше становилось очень опасно.
Хесслер приказал подготовить к выстрелу третью торпеду. Через пару минут она разнесла носовую часть левого борта судна-ловушки. При взрыве какой-то ящик — а их на палубе было много — взлетел вверх метров на пятьдесят, потом рухнул вниз почти на то же самое место, где стоял, и развалился на части. Под его обломками появилось 150-миллиметровое орудие. Всего на палубе оказалось шесть так же хорошо замаскированных орудий, с дюжину автоматических артиллерийских установок примерно 40-миллиметрового калибра и запасы глубинных бомб. После третьего взрыва судно стало быстро переворачиваться, теперь уже на левый борт, и уходить форштевнем под воду.
Похоже, что последний «угорь» оказался смертельным. Через две минуты судно скрылось под водой. Ясно, что англичане пользовались этим кораблем как вспомогательным крейсером и хорошо замаскированной ловушкой для подводных лодок.
Как и на всех английских военных кораблях, на этом судне каждое воскресенье утром перед обычным богослужением играли большой сбор. На этот раз воскресенье совпало с религиозным праздником, поэтому на корабле оказалось много военных моряков в парадной форме. Когда судно в результате первых попаданий торпед сильно накренилось, в суматохе за борт бросились не только «замызганные» матросы, но и некоторые моряки военной команды. Хотя они должны были оставаться на корабле до последнего момента. Правда, часть этих матросов продолжала оставаться на борту, ожидая всплытия субмарины. Но этого не произошло — Хесслер предпочел выстрелить по противнику последней торпедой. Все суда-ловушки обычно ждали момента всплытия подводной лодки, но потопленный «капкан» этого не дождался.
За все время долгого похода в районе Канарских островов и Фритауна U-107 потопила 14 судов общим тоннажем 86 699 брт.Самым большим транспортом из них оказался британский корабль «Кэлчес» (10 305 брт).
Командир лодки Хесслер еще до войны был женат на дочери Деница, Урсуле. «Папаше Карлу» было как-то не с руки подписывать приказ о награждении Рыцарским крестом своего зятя, поэтому, несмотря на протесты Деница, это сделал за него командующий Кригсмарине Редер.
Когда в районе Фритауна в результате больших потерь английское адмиралтейство свело движение судов до минимума, Дениц приказал своим командирам перейти в восточную часть Северной Атлантики.
«ВОЛКИ» В РУКАХ СОЮЗНИКОВ
В конце марта 41-го года на конвойных путях от Фритауна начали действовать английские одиночные летающие лодки типа «Сандерленд». Англичане и дальше продолжали наращивать количество самолетов противолодочной обороны в этом районе, пока там не появилось несколько эскадрилий. Но основные мероприятия по охране судоходства они осуществляли на главном маршруте Галифакс — Исландия — Великобритания. На острове Исландия, который перешел в руки англичан еще в июне 1940 года, была создана база эскортных сил. Туда позже перебросили три эскадрильи корпуса береговой обороны, для управления которыми был создан штаб 30-го авиакрыла.
С апреля 41-го года началось сопровождение судов по принципу эстафеты, когда эскортные отряды из Исландии принимали транспорты от отрядов, сопровождавших их из Англии, и следовали с ними до меридиана 35 градусов западной долготы, где встречали караваны судов, шедшие из США, вместе с которыми возвращались к Исландии. Хотя эта мера отодвинула зону действий «серых волков» еще дальше в океан, полностью обезвредить их она не могла. Потери союзников продолжали расти.
2 апреля во вновь развернутую завесу подводных лодок вошел следовавший из Северной Америки конвой SC-26. Девять «волков» уничтожили 11 судов общим тоннажем 53 908 брт.Вообще, весной число вступавших в строй новых немецких подводных лодок стало увеличиваться, сначала в среднем на 10, а с конца года приблизительно на 20 в месяц. Несмотря на незначительное число субмарин, действовавших в море, на частые случаи отказа торпед, выпущенных с удобных, с большим трудом достигнутых позиций, общие результаты действий подводников были пока успешными. Невольно возникал вопрос: чего могли бы добиться за этот период немецкие подводные силы, если бы Германия к началу войны располагала хотя бы тем количеством субмарин, которое было предусмотрено германо-английским морским соглашением?
И все же именно в этот период немецкий подводный флот стал испытывать недостаток в опытных кадрах, особенно командиров субмарин. 9 мая 1941 года погиб последний из офицеров, плававших на лодках с самого начала войны. С его гибелью связан также факт первого захвата немецкой субмарины союзниками.
Офицером этим был не кто иной, как капитан-лейтенант Фриц-Юлиус Лемп. Тот самый Лемп, который шокировал мир потоплением парохода «Атения». Подробности этого захвата стали известны только через тридцать лет после окончания войны, когда были открыты секретные архивы Великобритании.
15 апреля 1941 года U-110 вышла из Лориана и взяла курс к Гебридам. Через три недели в районе Гебридских островов лодке удалось обнаружить конвой ОВ-318, который уже успела успешно атаковать U-94 капитан-лейтенанта Куппиша. После четырех часов адской бомбардировки под водой U-94 получила серьезные повреждения, успев, однако, торпедировать из состава конвоя пароходы «Иксион» (10 263 брт) и «Истерн Стар» (5658 брт).
В ночь на 9 мая в контакт с конвоем вошла U-110. Для нападения было слишком светло, поэтому Лемп отвернул и продолжал поддерживать контакт. Ночью его субмарина встретила U-201 обер-лейтенанта цур зее Шнее, после чего произошел обмен данными.
В 10.30 утра обе лодки снова заметили дымок конвоя ОВ-318. Лемп приказал погрузиться на перископную глубину и подготовиться к торпедной атаке из носового аппарата. В 11.58 один за другим раздались четыре торпедных выстрела. Три торпеды ушли в сторону конвоя, однако четвертая застряла в трубе аппарата. Лодка продолжала «висеть на спарже», когда были зафиксированы два попадания. Лемп лично в перископ наблюдал, как затонули пароходы «Эсмонд» и «Бенгор Хэд».
В этот момент на корвете «Обрития» заметили перископ U-110 и взяли курс прямо на лодку. U-110 быстро погрузилась на 120 метров и приняла вправо. Корвет незамедлительно сбросил «вабос» над местом ее погружения. На помощь поспешили эсминцы «Буллдог» и «Бродвей», которые также начали сбрасывать глубинные бомбы. У лодки была повреждена секция батарей, внутрь стала просачиваться морская вода.