Чтение онлайн

Из инженеров команды «На» не было только Тамаки Юдзуру и Уэхары Сумирэ.

Син Хэрян снял оружие с Ичиды Юки, которого только что душил, и холодно спросил у Сато:

— Где еще двое?

— А если не скажу, что тогда?

Вместо ответа Син Хэрян выстрелил в пол прямо ему под ноги, отчего стоявшая рядом Такахаси испуганно взвизгнула. Син Хэрян всем своим поведением дал понять, что не будет переживать, если случайно прострелит Сато ступню.

Перекинув через плечо отобранное у Такахаси оружие, Со Чжихёк лениво добавил:

— Эй. Наш шеф уже на грани, так что лучше не тяни.

— Они прячутся где-то рядом, поджидают вас. Хотите жить, сдавайтесь.

Владимир расхохотался, будто услышал глупую шутку, и дважды ударил Сато кулаком по лицу. Тот рухнул на пол.

— Уэхара Сумирэ и Тамаки Юдзуру сбежали? — спросил я.

Сато, у которого из носа текла кровь, бросил на меня раздраженный взгляд и промолчал.

Вместо него ответила Такахаси:

— Уэхара все ныла, что пистолет тяжелый, плелась в самом хвосте… и в какой-то момент просто смылась. А Тамаки… — замялась она, — ему вообще не выдали патроны. У него ствол пустой, так что искать стоит только Уэхару.

— Никто прямо на глазах не испарялся? — уточнил Син Хэрян.

— Лучше бы испарились, — хмыкнул Сато и, глядя ему в глаза, сплюнул кровь.

Пэк Эён оттащила Никиту, которая продолжала наносить удары по телу Сузуки, быстро сняла с него винтовку и перекинула ремень через плечо. Никита, вся в крови, протянула ей нож, но Эён покачала головой:

— Оставь. Дарю.

Кажется, я впервые видел, чтобы Пэк Эён добровольно отдала кому-то что-то свое. С оружием в руках она осматривалась по сторонам, напряженно и настороженно, будто ожидая нападения. Со Чжихёк держался примерно так же.

Тут Син Хэрян вскинул винтовку и дал очередь прямо по автомату с напитками.

ИНЖЕНЕРЫ КОМАНДЫ «НА»

Часть 2

Люди, прятавшиеся за автоматами, уже начали было вылезать, но тут же юркнули обратно. Зачем Син Хэрян вообще стрелял по автомату? Получив несколько пуль подряд, один из аппаратов издал странный металлический хрип, а потом с глухим хлопком взорвался. Только тогда Син Хэрян отпустил спусковой крючок. От него исходила такая ярость, что никто не осмелился вмешаться. Только Владимир ошарашенно произнес:

— Эй. Там же наши.

— Знаю.

— И твои тоже.

— Думаешь, я не знаю, куда стреляю? Если эти эгоистичные ублюдки будут подставлять нас на каждом повороте, то пусть лучше сдохнут сейчас. От моей руки.

Владимир кивком указал на инженеров из команды «На» и, будто пытаясь его урезонить, сказал:

— Все же обошлось. Никто не пострадал.

— Просто повезло.

— Тяжелый ты человек.

После того как стрельба утихла, люди начали потихоньку выглядывать из укрытий. Владимир как ни в чем не бывало направился к Никите, будто совсем не переживая, что кто-то из его людей мог получить пулю.

Никита стояла рядом со мной и молча смотрела на Ичиду. Тому пули попали в область легких. На шее остались темно-синие, почти черные следы от паракорда, которым его душили. Ямасита был уже мертв, а вокруг Ичиды, который еще слабо хрипел, начали собираться люди.

Я бы сказал, что если его не доставить в реанимацию прямо сейчас, то шансов выжить у него практически не было. Пуля пробила легкое, и теперь он захлебывался собственной кровью, выплевывая ее с каждым вдохом. Никита медленно наклонилась и, не колеблясь ни секунды, полоснула ножом по его щеке. Тем самым ножом, который отдала ей Пэк Эён.

Я вскочил, но уже в следующую секунду кто-то заслонил мне обзор. Я повернув голову и понял, что Со Чжихёк поднял руку, отгораживая меня от происходящего.

— Э… не самое приятное зрелище, не смотрите.

— Но ведь… она… только что… — пробормотал я, показывая пальцем через его плечо.

Со Чжихёк покачал головой:

— Док, отведите эту киви в уборную. Умойтесь, приведите себя в порядок.

— Но…

— Пожалуйста, побыстрее.

Я встретился с его ровным, бесстрастным взглядом, потом посмотрел на Туманако, которая по-прежнему сидела на полу, растерянно уставившись в пустоту. Волосы и лицо у нее были заляпаны кровью. Впрочем, я наверняка выглядел не лучше.

Я помог Туманако подняться, и мы, пошатываясь, направились прочь. Стоило оказаться в Центральном квартале, как мы увидели указатель, показывающий, где туалет. Я хотел было отправить Туманако в женский, но тут же вспомнил о Тайлере. А что, если там кто-то есть? С этими мыслями я завел Туманако в мужской туалет, открыл воду в умывальнике и начал смывать кровь с ее лица. В последний раз я так осторожно умывал младшего брата в детстве. Кое-как смыв кровь с ее щек и волос, я заметил, что у Туманако прояснился взгляд. Словно очнувшись, она тихо расплакалась.

Я отошел к соседнему умывальнику, вымыл руки, плеснул воды на лицо, прополоскал рот. Резкий металлический запах крови быстро сменился запахом жидкого мыла. Пока я стоял, слушая приглушенные рыдания Туманако, усталость обрушилась на меня всей тяжестью. Ноги подкосились, и я неожиданно для себя осел на пол. Туманако тут же склонилась ко мне, испуганно спрашивая, что случилось. Все тело ломило, мышцы сводило от перенапряжения. Хотелось просто лечь и, ни о чем не думая, уснуть. Глаза слипались от усталости. С трудом удерживая их открытыми, я ответил:

— Все хорошо. Просто ноги не держат.

— Ты что, ранен?

— Нет. Просто в ужасной форме.

Туманако уставилась на меня, будто не понимала, всерьез это сказано или нет.

— Отдохну, и пройдет, — добавил я.

В критических ситуациях адреналин на короткое время дает сверхсилу, вот только последствия приходится разруливать уже самому, никакой гормон тут не поможет.

Туманако тяжело выдохнула и села рядом со мной прямо на холодный пол:

— Никогда раньше не видела, как кого-то убивают.

Я видел. Но каждый раз был будто первый. К этому невозможно привыкнуть. Такое ощущение, что поверх одной травмы тут же накладывается следующая, и так слой за слоем. Единственный выход — как можно скорее выбраться из этой мясорубки.

— Я тоже. При первой же возможности уволюсь отсюда на фиг.

— И я. Хочу выбраться отсюда. Здесь так страшно, так ужасно… А теперь еще волосы в крови. Вдруг тот мужчина чем-то болен? Вдруг я чем-то заразилась? Придется все отрезать.

— Серьезно? Прям все?