Чтение онлайн

— Во втором ящике сверху должны быть и другие одеяла!

Син Хэрян не стал церемониться — ударил кулаком по стене с такой силой, будто собирался разнести стоматологию. Встроенный в стену шкаф с глухим щелчком открылся, и оттуда вывалилось несколько коробок. Син Хэрян взял одну из них и вытащил медицинское одеяло с подогревом. Наверняка оно предназначалось для пациентов в госпитале Тэхандо, но по ошибке попало в стоматологическую клинику. Я собирался поговорить об этом с кем-нибудь из больничного персонала, но отложил до следующей недели, а потом начался потоп, и было уже не до того.

Син Хэрян укутал Гаён в одеяло, как кимбап, и включил подогрев. Она попыталась взять стакан с теплой водой, но руки дрожали так сильно, что все расплескивалось. Поэтому я сам поднес стакан к ее губам.

Син Хэрян отпил немного воды, которую я передал ему минутой раньше, и молча уставился на лежавшую в кресле Пэк Эён. Потом подошел к умывальнику, снял с вешалки полотенце и начал вытирать себе волосы.

Вдруг закутанная в одеяло Гаён всхлипнула, задрожала и расплакалась.

Син Хэрян спокойно сказал:

— Плачьте, но не забывайте пить воду.

— Я-я… — Гаён всхлипывала так, что казалось, задохнется. — Я и так пью, ясно вам?!

Мне стало ее ужасно жаль. Видимо, она слишком много времени провела в холодной воде — одна, в запертой комнате. По щекам ее струились горячие слезы. Я не знал, от чего именно Гаён плачет, — от холода, оттого, что ее бросили, или, может, от равнодушного тона Син Хэряна.

Пусть и дрожащими руками, но наконец она смогла удерживать стакан сама.

Я краем глаза посмотрел, сколько воды там осталось, и сказал Син Хэряну:

— Я осмотрел Эён. Зашил рану на руке, сменил повязку на груди.

— Спасибо.

Я забрал у него пустой стакан и налил еще теплой воды. Он пил жадно, большими глотками, почти не переводя дыхания. Гаён тем временем продолжала всхлипывать.

— Все хорошо. Вы спасены. Здесь безопасно.

— Ни-че-го… не… хоро...шо… Ых… я… сдохнуть хочу от стыда…

— В условиях бедствия можно не переживать о таких вещах, — отозвался Син Хэрян все тем же ровным тоном.

Гаён зло зыркнула на него и заскрежетала зубами. Я уже начал было беспокоиться, не потеряет ли она сознание от гипотермии, не начнется ли фибрилляция, но, судя по всему, состояние ее стабилизировалось. Похоже, одеяло все-таки помогало — щеки у Гаён понемногу начали розоветь. Несмотря на то что они оба побывали в ледяной воде, Син Хэрян держался куда лучше.

— Что произошло? Расскажите, пожалуйста. С самыми скучными подробностями.

Ким Гаён продолжала дрожать, но молчала, только всхлипывала время от времени.

Син Хэрян посмотрел на нее, потом на меня, потом на Пэк Эён и наконец заговорил:

— К тому времени, как я добрался до жилого блока в Чучжакдоне, здание было уже полностью затоплено. Я открыл заевшую дверь. Гаён чудом была еще жива — над водой оставалось только лицо. Она уже почти потеряла сознание от переохлаждения. Я вытащил ее, согрел теплой водой в душевой, вытер насухо полотенцем и просушил феном.

— Вот как. Понятно, — пробормотал я, не зная, куда деть глаза.

Син Хэрян говорил так, будто речь шла о стирке, поэтому я на мгновение даже забыл, что он говорит не о горе тряпья, а о Ким Гаён.

— Потом я взял одежду из прачечной и надел на нее все, что попалось под руку.

— Я… потеряла душу… и человеческое достоинство… — Всхлип. — Лучше бы вы… просто… дали мне умереть…

Гаён тяжело вздохнула и закрыла глаза. Она выглядела совершенно опустошенной. Я забрал у нее стакан, налил еще теплой воды и аккуратно вложил ей в руки. Пусть погреется. Я пытался придумать, как ее утешить, но в голову ничего не приходило.

Глаза уже слипались от усталости, я несколько раз моргнул и наконец выдавил:

— В таких ситуациях это абсолютно нормально. Когда человека везут в больницу, счет идет на секунды и о приличиях никто не думает. Со временем вы об этом забудете. Сейчас вы в безопасности. Постарайтесь немного отдохнуть.

— Хорошо, — едва слышно прошептала Гаён.

Она еще немного поплакала, не выпуская стакан из рук, а потом завернулась в одеяло и задремала.

Пэк Эён, Ким Гаён, Син Хэрян, Со Чжихёк, Туманако и я. Шесть человек — столько народу в Deep Blue не собиралось, пожалуй, никогда. Хотелось бы чем-то их угостить, но в клинике почти не было съестного. Разве что несколько шоколадок и леденцов, которые достались мне от пациентов. Я раздал их тем, кто еще был в состоянии воспринимать реальность. Туманако отложила статуэтку акулы и зашуршала фантиком, разворачивая леденец.

Со Чжихёк оглядел кабинет, потом вышел в соседнюю комнату и притащил оттуда последний свободный стул. Я усадил на него Син Хэряна и накрыл оставшимся одеялом. Он, казалось, был не в восторге, но возражать не стал.

Чжихёк, глядя в сторону двери, шумно выдохнул:

— С какого момента вы слышали мой монолог?

— С того, где ваш бесполезный командир будет против.

— Значит, все слышали. И как, скажите на милость, вы умудряетесь так подкрадываться? У вас что, крылья?

Син Хэрян только улыбнулся краешком губ и покачал головой. Я заметил, что его стакан снова опустел, и подлил воды. Он сделал несколько глотков и сказал:

— Есть большая вероятность, что сектанты не сдержат слова.

— Но попробовать стоит. Нельзя же просто сидеть и смотреть, как Эён умирает!

— В худшем случае все закончится тем, что женщин расстреляют прямо на месте. — Син Хэрян говорил ровно, почти спокойно, но в голосе проскальзывала жесткость. — А вы, Мухён, даже не узнаете о случившемся. Нас, — он кивнул на себя и Чжихёка, — тоже, скорее всего, убьют.

Со Чжихёк только пожал плечами.

— Почему сектантам нужны именно вы? — спросил Син Хэрян.

— Я не знаю.

Но мне никогда не удавалось ему врать, — казалось, он видит меня насквозь.

— Когда террористы требуют, чтобы им выдали конкретного человека, то дело обычно в деньгах, в оружии или в важной информации. Или в мести. Если же речь о религиозной организации, то возможно, этот человек имеет для них особую символическую ценность.

ПУЛЯ В ГРУДИ

Часть 5

Син Хэрян, все так же сжимая кружку, спокойно заговорил:

— Сделка, о которой вы с Чжихёком говорили, по сути, означает одно: вы добровольно отдаете сектантам право решать, как именно вас использовать. Во-первых, не стоит питать иллюзий: то, что они велели привести вас, еще не значит, что с вами будут гуманны. Если понадобится, могут прибегнуть к насилию, даже к пыткам. Честно говоря, я сильно сомневаюсь, что вооруженные до зубов фанатики вообще знают, что такое права человека.