Чтение онлайн

– Ну да конечно, - хмыкнул Эшарион. – А я уж подумал, что за меня беспокоишься, - я действительно беспокоилась, но сказать это прямо в открытую просто не смогла… струсила.

Начинала к нему привыкать и больше Эшарион не казался мне таким страшным и ужасным. Вот даже обрадовалась, что успел к ужину, составил мне компанию. Раньше такого за собой не замечала. Меня тянет к этому мужчине.

– Скажем так, - замялась. – Я бы расстроилась, если бы с тобой что-нибудь случилось.

– А еще вчера ты желала мне смерти, - ехидно заметил он. – Что же изменилось? – не говорить же, что рабовладельческий кодекс прочла и даже применила его к себе.

– Ничего, - пожала плечами. – Но сын имеет право на отца, - а потом чуть тише добавила. – Даже такого как ты.

– Что значит даже такого? – миг и Эшарион уже стоит рядом со мной.

– Ты слишком наглый, самоуверенный, деспотичный, жестокий, - по мере того как я все тише и тише говорила, брови Эшариона хмурились. – Ребенку нужна забота, ласка и любовь обоих родителей, вот только я не знаю, способен ли ты на такие эмоции?

– О, дорогая, - протянул он. – Ты даже не представляешь, какой ураган этих эмоций бушует во мне, но могу тебя заверить, мой сын получит самое лучшее от меня.

– Посмотрим, - поднявшись из-за стола, чуть покачнулась. Внезапно закружилась голова и я схватилась руками за столешницу, шумно дыша.

– Что с тобой? – обеспокоился Эшарион, поддерживая меня под грудью рукой. Завидую его мгновенной реакции.

– Просто голова закружилась, - глухо прошептала я. – Сейчас все пройдет, - и правда перед глазами пропали черные мушки, а в голове стало проясняться. – Можешь уже отпускать.

– Ну уж нет, чтобы ты по дороге в обморок грохнулась? – рыкнул раздраженно Эшарион. – Я вызову врача.

– Не нужно, я в порядке, это просто беременность…такое бывает, - меня уже осматривали сегодня и ничего не обнаружили.

– Я провожу тебя в комнату, - и не дожидаясь моего согласия меня осторожно, придерживая под все той же грудью, потянули в сторону выхода из столовой.

Глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз, пытаясь придать лицу более здоровый оттенок, ведь наверняка сейчас выглядела бледной, как мел.

– Спасибо, дальше я сама, - едва мы переступили порог, как я попыталась отстраниться от Эшариона. Неохотно, но он позволил мне выпутаться из его захвата.

– Конечно, ты же такая самостоятельная, - прорычал он.

– Эшарион, какие у тебя ко мне претензии? – смотрела на осунувшееся, уставшее лицо мужчины и не понимала вспышки такой внезапной ярости. Ему бы самому отдых не помешал. – Ты устал, отдохни, - не стала ожидать эти самые претензии, просто понимала, что вся накопившаяся внутри него злость от безысходности положения дел и элементарной усталости.

Вот только Эшарион сузил глаза и насмешливо произнес:

– Ты вообще идеальна, - вот козлина. Ехидство плещет через край. Я ему советую отдохнуть, а он мне сомнительный комплимент выдает. – Это тебе со мной не повезло, - я медленно отступала, а он тягучей походкой двигался в мою сторону. – Не хочешь проверить, насколько я устал? – мурлыкающе протянул Эшарион, а я смутилась.

– Т-ты ранен, - пробормотала, упершись спиной в стенку. Все, дальше отступать некуда.

– Хочешь проверить мои ранения? – отрицательно мотнула головой, а он расхохотался и начал снимать с себя рубашку ни капли не стесняясь меня. Хотя у него понятие стеснения вообще отсутствует.

Опустив взгляд на обнаженный торс, увидела несколько крупных синяков и небольшой заживающий порез. Его так подлечили? Тогда почему синяки оставили и шрам?

– Больно? – прошептала я, легонько дотрагиваясь до синяков. Эшарион вздрогнул, а я резко отдернула руку. Идиотка, ему же действительно больно.

– Когда ты прикасаешься, нет, - прошептал он мне в макушку и взяв за руку, вернул на свой торс, заставляя прикоснуться. Горячее тело пылало под моими пальцами.

– Почему тебя не вылечили? – шепотом спросила я, боясь нарушить такую изумительную тишину.

– Меня зашили, а синяки и шрам сойдут уже завтра, - он зарылся носом в мои кудряшки и шумно вдохнул, а затем, немного отстранившись, уперся руками в стену по обе стороны от моей головы. Свою руку вернуть боялась, так и замерла загнанной мышкой. Лицо Эшариона было слишком близко, а дыхание обжигало.

Его взгляд лениво блуждал по моему лицу, особенно задерживаясь на губах. Черт, я как подросток. Не могу устоять на ногах, чувствую, как дрожат коленки, а внизу живота прошла судорога желания. И это только от его взгляда.

Этот элантарианец слишком властный, слишком сильный и противиться ему практически невозможно. Слабачка. Растекаюсь перед ним лужицей. Флюиды Эшариона подавляют, заставляют подчиниться и еще пару таких сексуальных вздохов, просто наброшусь на него с поцелуями. Ааа….черт, потом меня обвинят в изнасиловании судьи! А все виноваты разыгравшиеся гормоны, будь они не ладны.

Пытаясь собрать свое разомлевшее тело до кучи, отвернулась. Не могла смотреть в его глаза. Не хотела, чтобы он увидел там пылающую страсть. Аромат его тела дразнил и уводил мысли в другое русло. Сложно сосредоточится, когда тело предательски вздрагивает от его прикосновений. Горячие пальцы ласкали мое лицо, трогая пересохшие губы.

А Эшарион не торопился. Он наслаждался моим состоянием, видел мою реакцию на его прикосновения и словно хищник, дикий прекрасный хищник, упивался беспомощностью своей пойманной в клетку жертвы.

– Ты восхитительна, - томным голосом прошептал Эшарион, пальцами спускаясь к шее, массажируя напряженные плечи. Снова по телу прокатилась сладостная дрожь и это мое состояние не осталось незамеченным.

Сердце выбивало чечетку, а губы слегка приоткрылись в ожидании такого долгого и томительного поцелуя. Я горела изнутри, не в силах потушить пожар. Эшарион медлил и продолжал бродить взглядом по лицу, но вижу, как вспыхивают его глаза. Он знает, чего я хочу, но не торопится исполнить молчаливую просьбу.

Это предел…мой предел. Эшарион смотрит на меня одновременно ласково и с превосходством, словно говорит, что этого было не избежать, что я сдамся на милость победителю.

Усмехнувшись, он приподнимает мой подбородок и накрывает губы мучительным, но таким сладким поцелуем, который с каждой секундой становится настойчивей. Его стоны, мои стоны… все перемешалось, слилось.

Страсть бурлила в венах, как жидкая лава, сжигая изнутри, заставляя хотеть этого мужчину сильнее. Не ощутив моего сопротивления, его поцелуи стали напористее и жестче. Одна рука собственнически легла на затылок, наматывая до легкой боли волосы на кулак. Эшарион даже таким жестом показал, кто здесь доминирует и если бы не вторая рука, поддерживающая бережно за спину, то давно бы оказалась на полу, так как ноги меня практически не держали.