Чтение онлайн

Лёгкий ветерок, напоённый кружащими голову ароматами цветочной поляны у реки, мягко шелестел травой вокруг моего покрывала. Если прислушаться, можно было различить тихое журчание воды и деловитое жужжание насекомых, занятых своими делами.

Я расслаблено лежала, заложив руки за голову и погрузившись в пограничное состояние между сном и явью, наполненное волшебством живой природы. Последнее время усталость ходила за мной по пятам, даже ночью не давая как следует набраться сил. Только здесь и получалось немного отдохнуть.

Прошедший год выдался суетливым, полным забот, забрал много личного времени и невосполнимых запасов нервных клеток. Но и наградил сполна.

Я наконец-то получила диплом! Стала квалифицированным детским врачом, папа бы гордился.

– Так и знал, что ты здесь, - на лицо легла тень. Я приоткрыла один глаз и увидела улыбающегося Сорена в чёрно-голубой форме войск орбитальной защиты. Бедный, даже не переоделся с работы, сразу пошёл за мной, я тут совсем ход времени потеряла, - И комм, конечно, не взяла, - он наклонился и поцеловал меня в лоб, - Между прочим я пол дня не мог с тобой связаться, весь извёлся, - я подняла руку, схватила полу расстёгнутого кителя и потянула на себя, недовольная короткой детской лаской. Сорен со смехом подчинился, опускаясь на покрывало рядом. Склонился надо мной, всматриваясь любящим взглядом, приласкал пальцами щёку, и, наконец-то, поцеловал как полагается.

Я растворилась в водовороте чувств, обвила руками его шею, притягивая ближе. Губами почувствовала улыбку, а телом небольшое сопротивление.

– Осторожнее, любимая, - задыхаясь прошептал мой луарец, соединив наши лбы, - Не хочу случайно повредить нашему первенцу, - и любовным жестом погладил мой выпирающий живот. Восьмой месяц, осталось чуть-чуть.

– Наш малыш сегодня совсем замучил мамочку, - пожаловалась я, используя Сорена, как подъёмный кран, чтобы сесть, - Весь день не спал, напоминая о себе ежеминутными тычками, только здесь немного успокоился.

– Бедная моя, - муж заключил меня в объятия, и я с удовольствием прижалась к нему, - Дома сделаю тебе массаж, хочешь?

Я улыбнулась, он всегда знал, как поднять мне настроение.

Мы поженились через год после событий на станции. Самый счастливый в моей жизни, как я тогда думала. Но потом был следующий и ещё один, и ещё. Я перестала считать. Рядом с ним в этом не было нужды.

Жили в каюте главного безопасника. Она оказалась не в пример просторнее и комфортнее любого места, где я когда-либо жила, был даже галоэкран с имитацией присутствия на морском берегу. Но давняя мечта перебраться на планету никуда не делась. И когда Сорену предложили должность командира отделения планетарной защиты Луара, мы согласились не раздумывая. К тому моменту система безопасности станции пережила настоящее перерождение. Ин М`анук успел пожалеть о решении назначить на должность моего луарца. Сумма модернизации с его точки зрения оказалась просто космической. Чего стоило одно переоборудование технических коридоров и вмешательство в жизнь цизулского сектора – тут едва избежали международного скандала, но в итоге все радовались, что удалось установить контроль и там. Так что, Сорен оставлял пост без сожалений, передавая отлаженный механизм в руки рисалдара Т`анака.

А вот мне было тяжело оставлять бар, всего за год, ставший в десять раз популярнее. Пришлось нанять ещё помощников и расширить помещение за счёт соседних. Все хотели посмотреть на женщину, поймавшую в сети «непреклонного командира». Его популярность на станции зашкаливала и не только из-за принимаемых решений. Герой-освободитель, а то как же. Мне не раз приходилось объяснять надоедливым дамочкам, что этот луарец занят. Да что там, и для меня нашлись ухажёры, несмотря на то что Сорен очень плохо реагировал, замечая их внимание. А я только тихонько улыбалась, радуясь даже такому проявлению чувств.

После событий с временным устройством мы надолго стали самой знаменитой и обсуждаемой парой станции, что зачастую приносило кучу неудобств, но иногда и приятные бонусы, как, например, то предложение.

Дафадар Н`авар – генерал по земному – ответственный за планетарную оборону Луара, возвращаясь с семьёй из отпуска, был вынужден провести на станции почти неделю из-за проблем с двигателем корабля. За это время их с женой всесторонне просветили о нашем участии в деле временной петли и последующих событиях, а дафадар ещё и убедился в отлично выстроенной всего за год работе службы безопасности.

Сейчас мы живём рядом и дружим семьями. Лорена Н`авар здорово помогла мне приспособиться к жизни на Луаре, легко ввела в общество военных жён, среди которых я оказалась далеко не единственной иномирянкой и вместе с Сореном поддерживала в решении вернуться к учёбе. Даже замолвила словечко в луарской медицинской академии, чтобы меня приняли в середине года.

В итоге последние несколько лет учёба и практика в больнице занимали львиную долю времени, а на семью сил почти не оставалось, только это меня и расстраивало, тем более работа Сорена тоже была не из лёгких, приходилось очень стараться, чтобы совмещать наши графики. Но мы поддерживали друг друга, учились понимать и все проблемы решали сообща. Я во всем могла рассчитывать на любимого, он ещё ни разу меня не подводил.

И вот, мучения вознаграждены, экзамены позади, диплом получен, теперь будет легче. Тем более, что следующие год или два на работу я не выйду. Погладила округлый живот и улыбнулась. Не то чтобы меня не радовал перерыв в трудовой суете, а уж возможность стать матерью, пусть и совершенно неожиданная, и вовсе окрыляла. Оказывается, мне этого здорово не хватало, а я и не понимала.

Как-то так получилось, что первое время детей мы не обсуждали, хотелось насладиться друг другом и, кружащей голову, эйфорией чувств. А потом жизнь вокруг завертелась и стало просто не до того. Наверное, подсознательно я решила, что можно будет вернуться к этому со временем, когда всё устаканится и войдёт в комфортную колею. Но провидение решило иначе, наградив нас малышом под самое окончание университета, так что экзамены я сдавала уже не одна.

Больше всех радовались родители Сорена. Они ждали внуков с самого начала нашей совместной жизни и искренне недоумевали, почему мы не торопимся. Сорен же, на моё счастье, оказался не так консервативен и считал, что всё успеется, поддерживая меня в стремлении получить желанную профессию. На Луаре с их патриархальным менталитетом такая позиция была не слишком популярна, а потому я любила его стократ сильнее.

– Пойдём, - сказал объект моих размышлений, - Пора ужинать. Если в ближайшее время не покормишь малыша, он опять напомнит о себе.

Сорен поднялся, утягивая меня за собой, снова чмокнул в лоб и отпустил, складывая покрывало в корзину, в которой я его принесла. Справедливости ради, бутербродов там уже не было, мы с малышом не рисковали остаться голодными.

Минут десять спустя, я любовалась небольшим двухэтажным коттеджем, прочно обосновавшемся в голове как Дом. Вот именно так, с большой буквы. Особая каменная кладка, внутри отделка из натурального дерева, вокруг разбит небольшой садик, ближайшие соседи в паре километров – всё, как я мечтала когда-то на станции. И столько свежего воздуха, что за всю жизнь не истратить.

На пороге ждал сюрприз.

– Дэлла, милая! – Энида К`енран – мать Сорена - бросилась навстречу, отодвинула сына в сторону и заключила меня в горячие объятия.

Манур К`енран переглянулся с Сореном, и оба снисходительно усмехнулись. Отец добродушно кивнув мне в знак приветствия.

Я обняла Эниду в ответ, искренне радуясь их приезду. Глянула на мужа, тот улыбался во весь рот. Понятно, сам их встретил и привёз, сюрприз только для меня.

Вспомнилась наша первая встреча. Они прилетели на станцию через пару дней после моей выписки. Я как раз жила у Сорена, скрываясь от репортёров – тогда они ещё не всё выяснили о его участии – расслабленная, в домашней одежде выбежала навстречу, а там... Это был настоящий шок, я застыла, пытаясь представить, как выгляжу в глазах принципиальных луарских родителей и понимала, что далеко не лучшим образом. Уже успела в ужасе представить, как они запрещают ему общаться с недостойной землянкой, и он вынужден подчиниться воле старших и ещё что-то в том же духе тёмных времён. И тогда Энида поразила меня в самое сердце, с улыбкой шагнув навстречу и поблагодарив за спасение сына.