Чтение онлайн

Все ожидали первой атаки.

И наконец, песок вокруг Митрани замерцал золотом, подхваченный магией сильнейшей ученицы Восточной Симмерийской Академии.

Все затаили дыхание. Секунды медленно падали в гробовой тишине.

Митрани шагала вперёд. Песок стелился перед её ногами, формируя золотую магическую дорожку. Катания мягко улыбалась, возводя щит за щитом. Через несколько секунд от плотности красного сияния её саму стало не видно.

Митрани же… просто шла.

Трибуны недовольно загудели. Прошло уже пятнадцать секунд боя, но никто до сих пор не атаковал. Митрани уже вплотную подошла к щитам и, подняв руку, провела по сияющей поверхности кончиками пальцев.

Что она вообще делает?

У магических щитов, сотканных из чистого телекинеза, есть забавный недостаток, о котором никто и никогда не думает. Поскольку непосредственное воздействие магией на человека потребляет чудовищные количества энергии, в теории, можно попробовать истощить мага, ударив по телекинетическому щиту кулаком.

Проблема в том, что никто не делал щиты из чистого телекинеза. Их всегда дублировали тонкой плёнкой сжатого воздуха.

Митрани просто не могла этого не знать.

Пальцы Митрани засияли золотым. Она окутала свою руку магией. Коротко замахнулась.

И щит Катании исчез с лёгким шлепком.

Гул недовольства мгновенно исчез, а Митрани, словно не замечая тишины, вновь сгустившейся над стадионом, подошла к противнице и заключила её в объятия. Катанию окутал тёплый золотой свет от телекинеза Митрани, охватившего всё тело.

А ещё через мгновение её разорвало на несколько частей.

Трибуны безмолвствовали. Каждый человек, присутствовавший на арене понимал, что именно сейчас произошло.

Митрани, залитая кровью с ног до головы, медленно, с трудом удерживаясь на ногах, повернулась и посмотрела на меня. Вернее, рядом со мной.

Тамара, сидевшая на соседнем сиденье сжалась от ужаса. Профессор Альма встала в своей ложе и медленно начала апплодировать. К ней не присоединился ни один человек в зале.

— Пожалуйста, смотрите на меня. — ещё раз повторила Митрани, и её голос, усиленный магией в десятки раз, раздался громом в безмолвии.

А потом победительница дуэли рухнула как подкошенная. Упала без всякого выражения на лице, истратив все свои магические силы, которые, как казалось раньше, неиссякаемы. И ужас, сковавший всех нас, наконец развеялся. Профессор Хэмдж, лихо для своего возраста перемахнув ограничители, спрыгнул на арену и начал колдовать с время-оборачивающей руной, сращивая тело Катании прямо в воздухе.

Дуэлянтку, которая только что нарушила один из законов, по которым люди творят магию, уложили на носилки.

Девушку, которая за несколько секунд потратила больше магии, чем есть у любого из сидящих здесь, унесли в лазарет.

Школьницу, которая только что сотворила магию сильнее, чем у рунных залов, теперь предстояло отпаивать восстанавливающими снадобьями.

И в никак не желающей прекращаться густой тишине, арена зажглась красно-золотым светом. Табло объявило, что дуэль закончилась ничьей.

Мы с Тамарой молчали вот уже пять минут, пытаясь осмыслить увиденное. Зрители понемногу расходились, огни арены погасли, а мы всё никак не могли сказать друг другу хоть что нибудь.

Тамара мечтала, чтобы я победила Митрани. Этим она закрепила бы свою победу, а если бы я победила Митрани с помощью Мнимой Модели — она закрепила бы ещё и превосходство собственной магии.

Я тоже хотела победить Митрани. Если я стану лучшей ученицей школы — это будет достаточным доказательством того, что я готова стать учёной.

Мы обе хотели моей победы над Митрани и понемногу погружались в Мнимую Модель, ожидая, что Митрани станет таким же серьёзным противником, каким она была на Бойне год назад.

Однако, за это время Митрани стала практически божеством.

Мы обе понимали это. И мы обе понимали, что…

— Ты никогда не победишь её в Стандартной Модели. — тихо, словно стесняясь этих слов, сказала Тамара. — Это невозможно.

Я кивнула, соглашаясь с очевидным.

— Если ты хочешь иметь хотя-бы какой-то шанс, то тебе нужна моя магия. Ты должна посвятить ей всё своё время, тем более…

— …тем более смысла продолжать совершенствоваться в Стандартной Модели больше нет. — закончила я предложение за Тамару. — Я понимаю, профессор.

Я никогда прежде не пробовала использовать Мнимую Модель в бою. Перспективы её применения казались мне настолько далёкими… Да, я, безусловно, хотела её освоить, и делала какие-то успехи, но я и близко не подступилась к уровню, где я могу сражаться с использованием этой магии.

А значит, мне надо развивать эту способность гораздо, гораздо быстрее. А чтобы научиться сражаться — надо, в первую очередь, сражаться. Возможно, стоит попросить кого-нибудь из команды со мною поспарринговать. Или одновременно обеих.

Мы с Тамарой разошлись ещё спустя несколько минут. Я медленно брела по замку, прокручивая в голове раз за разом увиденное противостояние. Катанию медленно окутывает магия Митрани, демонстративно применяемая именно к телу. Катанию разрывает на куски. Митрани падает.

Близкий к бесконечному запас, которым была известна Митрани, был потрачен за несколько секунд. Если раньше я думала насчёт победы благодаря высокому совладанию, то теперь Митрани доказала: с совладанием у неё всё гораздо лучше, чем у меня. С совладанием у неё всё пугающе хорошо.

Не было больше ни одной сферы в использовании Стандартной Модели, где я могла бы показать себя лучше чем Митрани.

Коридоры замка петляли и закручивались, заставляя меня в очередной раз удивиться тому, что я действительно запомнила все эти проходы. Камень под ногами понемногу начинал становиться из серого светло-жёлтым, а значит скоро — буквально в двух поворотах — будет лазарет. Обычно я просто прошла бы его мимо, свернула бы направо, потом трижды налево, и упёрлась бы прямо в лестницу, которая ведёт в башенку, где находится наш штаб. Но теперь…

В смысле, Митрани прямо сейчас там. Она совершенно точно бросала мне вызов. Вернее, Тамаре, но через неё — мне. Полагаю, сейчас — лучший момент для того, чтобы сказать ей, что её вызов принят.

Потратив ещё несколько секунд на взвешивание этого решения, я не нашла каких-то очевидных минусов. Наверное я, резко сорвавшаяся с шага на бег, выглядела сейчас странно, но не было никого, кто мог бы меня увидеть. План формировался сам собой: принести Митрани что-нибудь из кулинарии Милль. Поздороваться. Сказать, что я принимаю её вызов. Попробовать сформировать отношения “достойных соперниц”, а не “Митрани и Тамара до Бойни”.