Чтение онлайн

— Добьете?

— Нет…

Видимо, Рафталия хотела сдать его стране, чтобы тот предстал перед судом.

— Итак…

Я окинул взглядом повязанных охотников за рабами, сваленных посреди деревни.

Они собрали такую толпу… из отъявленных мразей.

— Черт! Они какие-то монстры!

— Мы слышали, что они набрали несколько уровней, но мы должны были победить!

Младшие охотники вовсю ругали старших.

Да уж, точно мрази. В том, что они проиграли, виновато, конечно, начальство, ага.

— Увы вам, ребятки. Покровительство Героя подразумевает и такую защиту.

— Кх…

— Победа… мы победили!

“Уо-о-о-о-о-о!”

И Кил, и остальные рабы радостно заголосили.

Одинаково радовались и Имия, и девочка, любившая монстров.

Было уже неважно, кто родился здесь, а кто нет.

Их все равно объединяли одни и те же душевные травмы.

Наверняка им потом будет приятно вспомнить, что они одержали победу над подлыми охотниками за рабами.

— Да, мы победили… у меня такое чувство… что теперь мы вернули себе тот флаг, — прошептала Рафталия, крепко сжимая рукоять меча и глядя куда-то вдаль.

— Флаг?.. Он так тебе нужен?

— Нет, я не имела в виду, что…

— Эх ты, Рафталия…

— Прошу прощения, — виновато обратилась к Рафталии Эклер. — Я не покидала регион, но не смогла предотвратить атаку…

— Не бери в голову. Лучше скажи, Эклер, в этой деревне когда-то был флаг?

— М? Если мне не изменяет память, мой отец в свое время подарил ей свой флаг.

Понятно. Вот о чем говорила Рафталия.

— Эклер, ты можешь наградить их за победу, установив в деревне флаг?

— Наофуми-сама?

— Ваши усилия после возвращения наконец-то принесли плоды. Теперь ваша деревня заживет, не так ли, Рафталия?

Рафталия закрыла глаза, словно погружаясь в воспоминания. Наконец, она снова открыла их и кивнула.

— Хорошо. Будьте любезны.

Вроде как Кил и остальные тоже к этому флагу привязались.

Я помню, как они радовались, когда я для разнообразия решил приготовить им тот детский обед с флажками.

Рабы очень берегли те флаги.

И теперь я разобрался, почему.

— Итак… — я прервал разговор Рафталии и остальных и вновь посмотрел на повязанных охотников. — Что с ними будем делать?

— Как правило, в таких случаях преступников конвоируют в замок, где им назначают достойное наказание.

— Хм… сдается мне, тут на преступный сговор тянет.

— Разумеется, я согласна с тем, что они совершили тяжкие преступления. Вероятно, их ожидает сброс Уровня, а затем принудительные работы.

— Не казнь?

— Их главаря мог бы ждать смертный приговор, однако… — Эклер вгляделась в лицо главаря охотников. — Он из рода, который состоит в Мелромарке на хорошем счету. Чтобы казнить его, уйдет много сил и времени.

— А если мы его сами убьем, это вызовет недовольство знати и пошатнет власть королевы? — спросил я.

Эклер кивнула.

Даже в монархической стране без сложностей не обходится.

Солдаты, видимо, тоже все понимали и потому слегка ухмылялись.

Вы что… не понимаете, в каком положении оказались?

— Родословные требуют уважения. В худшем случае, он может превратиться в очень удобную фигуру, которой будут играть кровные родственники королевы. Поскольку власть растеряла значительную часть силы после инцидента с Лингуем, я не могу исключить такого варианта.

— Дальние родственники королевы?..

Ну да. Королевская кровь течет ведь не только в королеве и ее дочерях.

Есть, в конце концов, какие-нибудь приближенные к ней семьи. Если у них появится хороший символ движения, они могут устроить революцию, захватить замок и сместить монарха.

— Вероятно, они будут настаивать, что “пропавшие в результате волнений в стране солдаты наконец-то отыскались, но на них навесили безосновательные обвинения”.

— В то время как он однозначно виноват, ага. Мне не хочется проблем, так что, может, стереть его с лица земли и сказать, что он оказал сопротивление?

Оставлять их в живых вредно. Это нам потом однозначно аукнется.

В разы лучше каким-либо образом избавить от них мир.

— Возможно, ваш авторитет как Героя допускает успех такого мероприятия, однако я хотела бы посоветовать не идти против правил страны.

— И согласиться на принудительные работы вместо затянутого смертного приговора?

С учетом того, что они напали на земли отца Эклер, пострадавшие нас за такое не простят.

— Я понимаю… и сама не хочу их прощать. Однако…

— Казалось бы, почему их не может судить местный аристократ?

— На самом деле такое допускается. Например, мы можем самостоятельно определить судьбу его подчиненных.

— Казнить, однозначно.

Можно даже королеве не сообщать.

— Однако я не могу понять, откуда вдруг взялось столько охотников на рабов. Мы не можем казнить их, пока они не сознаются.

— А. Кстати, об этом… Ну, раз такое дело, надо бы сказать остальным. Всем собраться!

Я поднял руку и собрал вокруг себя жителей деревни.

И объяснил им, как в Зельтбуле видят их деревню.

— Вы хотите сказать… они задумали напасть на жителей этой деревни и продать их в Зельтбуль, пользуясь ажиотажем?!

Эклер посмотрела на охотников еще более суровым взглядом.

— Но ведь… получается, сюда больше никто не вернется? — обратилась ко мне обеспокоенная Кил.

— Не волнуйся. Я собираюсь что-нибудь придумать, чтобы всех их скупить. Вопрос, однако, в том, что подобные нападения могут повториться.

Подумать только, что ажиотаж прибавит нам хлопот таким вот образом.

Я должен придумать, как остановить рост цен на рабов этой деревни.

Вот и еще одна головная боль появилась.

Нужно будет поставить тренировку рабов на первое место.

Пока что им еще не хватает Уровня на Повышение Класса.

— Братец! Если ты будешь выступать в колизее, будем и мы!

Кил, окрыленная победой, шагнула вперед. К ней присоединились другие добровольцы.

— Хм-м… я был бы не против, но слишком уж рискованно.

Да, взять их с собой — вариант, но я опасаюсь худшего из сценариев: что в них после прибытия в Зельтбуль опознают детей Рулороны.