Чтение онлайн

В работе Б. Болла{2078} рассматривается развитие в Англии движения за соблюдение воскресного дня в конце XVI — начале XVII в., которое принесло также неожиданные результаты и привело к появлению сторонников почитания дня субботнего по примеру иудаизма (саббатарианцев). Наиболее известными деятелями этого движения иудействующих были Джон Траск (1585–1636), а также Теофилиус Брэберн (1590–1662), который остался в англиканской церкви. Под их влиянием в среде английских протестантов происходили споры о том, когда соблюдать день седьмой — в субботу или в воскресенье. Саббатарианцы почитали Св. Писание, Десять заповедей и особенно четвертую заповедь. Некоторые саббатарианцы были экстремистами, в то время как часть их боялась радикализма и сочетала в своих взглядах почитание и субботнего дня, и воскресенья. Б. Болл указал на связь саббатарианцев с идеями лоллардов, людей «пятой монархии» (милленаристы, проповедовавшие идею о том, что после четырёх монархий, упоминаемых в Книге пророка Даниила, установится «пятая монархия» от имени Христа), баптистов, особенно партикулярных баптистов, которые оставались приверженными кальвинистскому учению о предопределении. Четыре или пять общин саббатарианцев существовали в Лондоне, и эти идеи, как отмечает Б. Болл, были распространены в обществе и занимали многих образованных людей начала XVII в. Б. Болл показал, что общины саббатарианцев были в южной и юго-западной Англии, в Чилтерне и долине Темзы, в Котсуолде в графстве Глостершир, в долине Северна, в южном Уэльсе и на его границах, в Восточной Англии, в Линкольншире, Ноттингемшире, Йоркшире, Дареме и Нортумберленде, в Ирландии. Упадок саббатарианизма стал происходить вместе с упадком нонконформизма в течение XVIII в.

Дж. Найт{2079} развивает мысль о том, что в английском пуританизме, повлиявшем на американский пуританизм, с 1610 г. присутствовали две различные «ортодоксии», которые представляли важные тенденции в постреформационном протестантизме, не достигшие между собой согласия. Первая из этих тенденций была связана по происхождению со взглядами Августина и опиралась на эмоциональный и мистический религиозный опыт. Эту тенденцию представляли Ричард Сиббс и Джон Престон в Англии и Джон Коттон, Джон Дэвенпорт и Генри Вейн в Америке, которых Дж. Найт называет «духовными братьями». «Духовные братья» придавали большое значение Божественной любви и полагали, что Бог открывает себя и освящает тех, кому он открывается. В Америке развитие этих взглядов привело к антиномистскому кризису в 1630-е гг., в котором была поставлена под сомнение необходимость соблюдения законов теми, кто по кальвинистским понятиям относился к числу спасенных. Вторая тенденция представляла протестантский рационализм, даже своего рода «пренарационализм», олицетворяемый Уильямом Эймсом и Уильямом Перкинсом в Англии, Томасом Хупером, Томасом Шепердом, Питером Балкли и Джоном Уинтропом в Америке. Эймс и его последователи подчеркивали силу Бога, но осмысливали её как отвлечённое понятие, и в их толковании светские лица должны были соблюдать все Божественные заповеди и законы светского общества, совершенствоваться духовно, а не жить в ожидании воздействия на них благодати, как «духовные братья». Эти две тенденции в английском пуританизме отличали, с одной стороны, носителей религиозного энтузиазма и мистической религиозности, а с другой, — сторонников идеи ковенанта, приготовления к спасению.

Т. Уэбстер в своей работе «Набожное духовенство в раннестюартовской Англии: пуританское движение в правление Карла I» (1997){2080} использует применительно к пуританам времени правления Стюартов понятие «сетевая организация благочестивых (the godly) священников» в том смысле, как У Халлер употреблял формулировку «духовное братство». Т. Уэбстер рассмотрел пуританское движение в Восточной Англии и восточном Мидленде в 1628–1638 гг., при этом признавая, что в других районах Англии, возможно, существовали другие формы взаимодействия пуританских священников и другие представления о возможном церковном устройстве. Термину «пуританский» Т. Уэбстер предпочитает использование понятия «благочестивый» (the godly), поскольку считает, что понятие «пуританский» является «опасно номиналистским» и «особо нагруженным» понятием, в кто время как понятие «набожный, благочестивый» (the godly) использовалось теми лицами, которых он изучает, применительно к себе. В контексте первых десятилетий XVII в. понятие «благочестивый», как считает Т. Уэбстер, может использоваться в исследовании, поскольку историки, изучающие этот период, и пуритане понимали, кто здесь имеется в виду, но проблема состоит ещё в том, что буквально все остальные религиозные группировки (и конформисты, и католики, и сепаратисты) тоже считали себя не менее «набожными», так что использование понятия «набожный, благочестивый» превращает пристрастное понятие, употреблявшееся пуританами, в термин, применяющийся в исследовании. Но Т. Уэбстер всё же не отказывается от использования понятия «пуританизм», при этом избегая определения пуритан только лишь как нонконформистов и отмечая, что нонконформистами были лишь некоторые из пуритан.

Т. Уэбстер также признает существование пуританского движения в раннестюартовский период как согласованной деятельности, направленной на достижение определённых целей. Пуритане ощущали себя как преследуемое меньшинство, тем не менее, преисполненное решимости преобразовать нравы в Англии. Для пуританских священников, как он отмечает, были возможны три варианта поведения: конформизм, нонконформизм и связанное с ним переживание преследований, или конформизм с постоянными духовными мучениями. Лод в своей деятельности в 1630-е гг. организовал эффективную систему сбора информации о священниках и наращивал давление на нонконформистов. В лондонской епархии епископ Джаксон действовал против пуритан не очень активно, а епископ Нориджский Мэтью Рен был одним из самых ревностных проводников политики Лода, и как раз в Нориджской епархии у пуритан сильнее всего проявлялось чувство принадлежности к преследуемому меньшинству. Т. Уэбстер отмечает также, что в епархии Петерборо пуритан активно преследовали должностные лица на низших уровнях епархиальной администрации, но местные пуританские священники сопротивлялись, не хотели эмигрировать в Новую Англию и Нидерланды, к чему были вынуждены многие пуританские священники в Эссексе и Восточной Англии. Т. Уэбстер также показал, что пуританские священники, чтобы избежать наказания со стороны церковных властей, вынуждены были употреблять ментальные оговорки, не упоминали имя Иисуса, благословляя прихожан, чтобы не кланяться при этом, выдвигали стол для причастия за перила во время службы, вопреки требованиям лодианцев причащать прихожан у перил.

Таким образом, в изучении развития пуританизма в предреволюционные десятилетия XVII в. в современной британской историографии в 1970–80-е гг. новым явлением стало стремление подчеркнуть возможности адаптации пуританизма в рамках церкви Англии, наиболее подробно обоснованное в работах П. Коллинсона, который отмечает творческий вклад пуританизма в развитие церкви Англии, выражавшийся в стремлении повысить образовательный уровень священников, моральные стандарты в народе и найти новые формы воздействия на религиозное сознание прихожан. Согласно его подходу, пуританизм также не был безусловно оппозиционным по отношению к епископальному строю церкви и монархии, и политическая радикализация пуританизма произошла только в 1630-е гг. под влиянием попыток лодианской группировки ликвидировать укоренившиеся в церкви Англии формы пуританской религиозности. Либеральные историки в 1970–80-е гг. испытали влияние идей историков-ревизионистов, настаивавших на том, что Английская революция середины XVII в. произошла под влиянием стечения обстоятельств кратковременного характера, а не в результате действия глубоких долговременных причин. В изучении пуританизма это выразилось в стремлении подчеркнуть его умеренный характер и то, что в радикализации пуританизма в 1630-е гг. не было предзаданности и внутренней обусловленности. В связи с этим при обсуждении влияния кальвинизма на пуританизм обращалось внимание на то, что кальвинизм в понимании социальных отношений, наряду с потенциально революционными идеями о том, что главные достоинства человека связаны с тем, принадлежит ли он к числу избранных к спасению или нет, а не с его социальным статусом, всё же не стремился к подрыву существовавшей социальной иерархии любой ценой, так что революционные аспекты кальвинизма актуализировались в сознании пуритан тоже лишь под влиянием обстоятельств 1630-х гг. В целом вопрос о влиянии кальвинизма на социальные взгляды своих приверженцев остается дискуссионным.

В последние три десятилетия британские историки также уделяли внимание изучению деятельности сепаратистов, в результате чего было достигнуто более глубокое понимание идейных связей между сепаратистами и пресвитерианами и мнений сепаратистов о церковном устройстве и управлении. Было показано, что идейные связи между радикальными пуританами и сепаратистами существовали, хотя две эти группы порицали друг друга. Была также показана необоснованность представлений о сепаратистах как о своего рода демократических экстремистах, которые подчиняли священника общине, поскольку сепаратисты, как и пресвитериане, признавали идею о том, что форма управления церковью должна пониматься как сочетание монархии, аристократии и демократии, хотя на практике в жизни сепаратистских общин на первый план могла выходить решающая роль общего собрания. Сепаратисты также не были сторонниками полного разделения духовной и светской сфер общественной жизни, поскольку фактически признавали, что светская власть имеет право принуждать людей к исповеданию истинной религии.

Примечательной особенностью Реформации в Англии является сохранение в стране в реформационный период влиятельных религиозных меньшинств, к которым, наряду с пуританскими нонконформистами, относились также католики, которые так и не были подавлены установленной англиканской церковью в результате Реформации, и существование которых придало религиозной ситуации в Англии её специфическую идентичность. Изучение жизни католического меньшинства в Англии после начала Реформации является необходимым компонентом для понимания религиозной ситуации в стране в XVI–XVII вв. В британской политической культуре и исторической мысли под влиянием исторического опыта смогла сформироваться способность к нахождению компромисса и к тому, чтобы расслышать и осознать аргументы противостоящей стороны, даже оставаясь при своем мнении. Представляется, что важнейшими факторами в формировании в британской культуре терпимости к нонконформизму, к существованию мнений, отличных от общепринятых, было влияние Реформации, а также событий гражданской войны в Англии в середине XVII в. Само же по себе терпимое отношение к нонконформизму, религиозному, а затем и политическому, в разных его вариациях, складывалось в течение довольно продолжительного периода в эпоху нового времени. В ходе английской Реформации оказалось возможным сохранение католицизма, а затем в середине XIX в. произошла его полномасштабная легализация в виде восстановления в 1850 г. католической иерархии во главе с кардиналом — архиепископом Вестминстерским (названия титулов католических прелатов не должны были совпадать с традиционно используемыми англиканской церковью в стране) и 12 викарными епископами.

Современная британская историография разрабатывает, преемственно опираясь на сформированную предшествующими поколениями исследователей источниковую базу и выводы, несколько групп проблем в реконструкции жизни католического меньшинства в Англии XVI–XVII вв.: 1) изучение событийной стороны в жизни английского католического сообщества этого времени; 2) распространение католицизма по территории страны и выявление районов его наибольшего укоренения; 3) деятельность английских католиков-эмигрантов, появление английских католиков-иезуитов и создание католической миссии, находившейся в стране; 4) изучение католического меньшинства как фактора внутриполитической жизни в Англии, причины относительной терпимости властей по отношению к английским католикам; 5) страх по отношению к католицизму в народе в предреволюционные десятилетия начала XVII в. и его влияние на религиозно-политическую ситуацию в стране. Рассмотрение этих и примыкающих к ним вопросов даёт возможность охарактеризовать католицизм в Англии во второй половине XVI — первой половине XVII в.

Один из крупнейших современных исследователей английского католицизма Дж. Босси в качестве общего подхода к истории католицизма в Англии в постреформационный период предлагает его рассмотрение как «части нонконформистской традиции»{2081}. В современной британской историографии те историки, которые занимаются изучением религиозной ситуации и религиозно-политической истории XVI–XVII вв., даже если их основной областью интересов является протестантизм, зачастую не обходят своим вниманием и католическое сообщество в Англии этого времени. Лучше всего в британской историографии изучена именно история английского католицизма, а положение католиков в Шотландии, в Уэльсе характеризуется лишь попутно, менее подробно, что объясняется и меньшими масштабами самого предмета исследования по сравнению с английским католицизмом. Исследование католицизма в Ирландии в XVI–XVII вв. является отдельной, особой тематической областью, не пересекающейся с изучением английского католицизма этого времени.

Удельный вес работ но истории Реформации в Англии в XVI–XVII вв. в современной британской историографии, специально посвященных истории английского католицизма, является заметно меньшим, чем количество работ по истории англиканской церкви, английского пуританизма и других нонконформистских течений в истории английской Реформации, но история английского католицизма всё же является предметом устойчивого исследовательского интереса среди современных британских историков. В распоряжении британских историков находится значительная источниковая база для изучения истории английского католицизма. В 1904 г. было основано Католическое архивное общество (Catholic Record Society), которое опубликовало к настоящему времени 78 томов и подготовило к печати ещё 2 тома источников по истории английского католицизма. Ежегодно в последних числах июля Католическое архивное общество проводит свои конференции. Католическое архивное общество с 1968 г. стало издавать свою серию монографий по истории английского католицизма, но многочисленной она не стала, и сейчас вышло лишь 5 монографий (последняя в 1999 г.), а большинство работ по истории английского католицизма публиковались в других издательствах. Самый известный журнал по истории английского католицизма “Recusant History”, издающийся с 1951 г., публикует содержательные, но очень фрагментарные по тематике исследования. С 1959 г. публикуется также «Вестник для изучающих историю рекузантов» (“The Newsletter for Students of Recusant History”). Стали появляться и региональные научно-исторические журналы по истории английского католицизма — сейчас существует 11 таких журналов. Католическое архивное общество выставило информацию о своей деятельности и об архивных ресурсах в изучении английского католицизма в Интернете{2082}.

Материалы по истории английских католиков, относящиеся ко времени XVI–XVII в., содержатся также в сериях государственных документов, относящихся к внутренней и внешней политике (Calendar of State Papers Domestic Elizabeth I, James I, Charles I (1558–1642); Calendar of State Papers Venetian, 1603–1607; Exchequer Rolls, Pipe Rolls, Recusant Rolls and Lord Treasurer's Remembrance Rolls; Westminster Archive Manuscripts).

Опубликованы были и документы о споре по поводу назначения Верховного священника — главы английских католиков, который происходил на рубеже XVI–XVII вв.{2083}. Сохранились также материалы по истории английских католиков в местных архивах в неопубликованном виде. Источники для изучения истории английских католиков охарактеризованы в статьях М. Гринслейда и Дж. Уильямса и в сборнике, подготовленном Д. Шорни{2084}.