Становление Патриарха
Шрифт:
— И потому ты выбрала мышь?
— Не сказать что выбор был слишком велик, — пожала плечами женщина. — Даже ритуалы призыва феи и беса не так уж просто достать, мне ещё повезло с семейными связями. Найти в продаже живое яйцо псевдодракона не проще, чем готового служить тебе спрайта. Летучие мыши слишком требовательны к условиям содержания, крупного планарного зверя из тех, чьи призывы не требуют больших усилий, я бы просто не смогла тогда к себе привязать, к тому же в моей работе они бесполезны. Как и крупные звери из нашего мира. Так что единственным более-менее подходящим для меня вариантом была или крыса, или змея, или вот мышь. Змей я не люблю, а между крысой и мышкой выбрала то, что поменьше — так удобней.
— Понятно. Спасибо, что утолила моё любопытство.
— Пожалуйста, — аристократка зевнула, прикрыв рот ладошкой, — всё равно нужно было немного прийти в себя и успокоиться после того, как ты чуть не прикончил Пискви.
— Извиняться не буду — нужно было предупреждать, — я пожал плечами.
— Да я и не ожидала, — ещё зевок. — Ладно, что-то мы засиделись, а на завтра ещё много дел. Так что, пожалуй, я пойду к себе.
— Угу, доброй ночи… — и тут я всё-таки не удержался. — И спасибо за замечательное зрелище.
— Ага, пожалуйста, — чинно ответила аристократка, не забыв, впрочем, показать мне неприличный жест.
При этом в эмоциях она искренне веселилась. Не так чтобы сильно — больше там звучало облегчение от осознания целостности фамильяра, чья гибель, как я слышал, как раз больно бьёт по магу через образовавшуюся связь, вплоть до некоторых повреждений ауры. Собственно, главное отличие фамильяра от какой-нибудь призванной для разовой работы твари как раз и заключается в создании духовной связи. Она даёт некоторую силу и интересные способности, но в то же время является слабостью. Фамильяр — это не только помощник, но и уязвимость волшебника. Во всяком случае, именно так описывали это дело в тех книгах, что мне удалось достать. Рунг описывал это дело примерно так же… ну, если переводить с рунговского на нормальный. Однако деталей ни книги, ни старый орк не излагали — в первых не было написано, во втором случае — колдун сам не знал, а потому бранился ещё сильнее обычного. Но, собственно, полагаю, как раз из-за этой уязвимости моя собеседница и пыталась изначально связаться с планарными существами, которые, как известно, бессмертны, да и другие волшебники, как я слышал, тоже предпочитают смотреть в ту сторону. Хотя, слышал я, что и обычных зверушек, привязанных к магу такими узами, можно воскресить, но… видимо, там какие-то сложности, раз дама так распереживалась, что чуть свою палатку не разнесла, спеша меня остановить.
В общем, заметка на память: если появится возможность узнать что-то ещё по теме, то надо пользоваться. А то так-то Лиззет права, и найти методички по призыву подходящих для становления фамильяром существ, равно как и описание самого ритуала привязки, — задача не из лёгких. Я, конечно, прям специально не искал, но за всё время в Кормире ни в одной магической лавке ничего такого не видел, как и в ассортименте, что позволил купить у себя Орден Боевых Магов. Самих магов с фамильярами я, кстати, тоже до сего момента ни разу не видел, что косвенно подтверждало либо чрезмерное количество побочек у такой связи, либо редкость нужных знаний. В любом случае, подумать над тем, чтобы отказаться от своей доли платы в обмен на информацию, можно и даже нужно…
Рассвет в лесу для нашего отряда начался с традиционно приготовленного мной завтрака, представляющего собой зажаренную над углями птичку. Выступать с предложениями изменения формы оплаты я, само собой, не стал, пусть и хотелось. Тем не менее мы только вошли в лес и контракт ещё был очень далёк от завершения, посему терпеть и не раздражать нанимателя было лучшей тактикой.
Так мы и двинулись дальше, постепенно продвигаясь в чащу. Первым препятствием стали «владения» орков и гоблинов — мы стали находить свежие следы и места стоянок охотничьих отрядов. Впрочем, имея рейнджера и вампира с хорошим чутьём, обойти большую группу или, наоборот, чуть выйти авангардом и по-быстрому грохнуть небольшой патруль или охотничий отряд на три-четыре дикаря было элементарно. Однако в самую чащу, куда нужно было нашей заказчице, оркоиды не заходили. Тролли — возможно, да и то в силу своей тупости, что давала им некоторое бесстрашие, назовём это так, но на них мы не нарывались. А вот на дикого и косматого здоровенного медведя — да. Почему я не почуял эту тварь заранее? Почуял, но… тут и начали всплывать разные «но». Это был «Каменный Медведь», причём старый. И это животное уже не столько живое, сколько элементаль, однако при этом не совсем… Короче, ощущалось оно слабее обычного мишки, что же касалось магии — она сливалась с местным природным фоном, а моё чутье, а также опыт, что ни говори, были ещё недостаточно хороши, чтобы слёту ощущать и понимать столь специфичные нюансы. Да, в будущем я подобную ситуацию прочитаю, опыт получен, но сейчас…
— Молния и Электросфера друг за другом подряд и меньше чем за пять секунд? — удивилась Лиззет тому факту, что одно я сплёл, как колдун, а второе скинул с подвеса, как волшебник, что, впрочем, со стороны было не определить никак. — А ты сильнее, чем я думала…
—… — я просто пожал плечами. Пусть зверушка и была частично элементалем, то ли каменным, то ли природным, магическое электричество действовало на неё так же прекрасно, как и на полностью живое существо. Добавить к этому несколько стрел и арбалетных болтов — и получим ситуацию, где вылезший «познакомиться» мишка упокоился быстрее, чем успел даже как следует рявкнуть, не говоря уже о чём-то большем.
На этом что-то не то что интересное, но и просто запоминающееся закончилось. С навыками Линвэль охотились мы едва ли не «на бегу», Айвел прекрасно готовила подстреленных кроликов и прочую дичь, а защищаемое лицо не творило глупостей, в общем, благодать. Если бы не постепенное нарастание «давления чащи», то вообще можно было бы сказать, что у нас не миссия, а какой-то пикник. И вроде бы это хорошо, но не аукнулось бы это при исследовании руин. К руинам же мы вышли в начале седьмого дня.
Представляли собой сии живописные развалины просто небольшой остов то ли от поместья, то ли вообще от башни. Правда, не ясно, магической или сторожевой.
— Что-то не похоже на то, что это источник… кхм, хоть чего-нибудь… — осторожно заметила эльфийка, разглядывая обломки, почти полностью затянутые мхом.
— «Что-нибудь» находится не наверху, а под землёй, — я отчётливо ощущал снизу несколько десятков сгустков некроэнергии. Были они не сказать что большие и мощные и, по идее, не должны были представлять опасности, но с нежитью мне сталкиваться ещё не доводилось. Поднятые тупым зажравшимся вампиром трупы не в счёт — они не впечатляли, да и упокоились, когда Алехандрос сдох сам. Но здесь силы было однозначно больше.
— Хм, а ты, кажется, разбираешься, — усмехнулась исследовательница. — В общем, разбивайте лагерь, прочёсывайте округу, а мне нужно подготовиться.
— Ладно. Айвел, на тебе минирование подходов, Линвэль — охота. Я на страже… ну и палатки начну ставить.
— Угу, — кивнули девушки, приступая к выполнению поставленных задач.
Наша подопечная тоже времени зря не теряла и, достав из рюкзака несколько увеличительных стёкол, кусочек пожелтевшего от времени пергамента и чернильницу, приступила к волшбе. В первую очередь была разбита самая мелкая и мутная из линз, а женщина, сопровождая свои действия литанией на, как ни странно, совершенно незнакомом для меня языке (в смысле, даже по фонетике не том, на котором звучат известные мне заклинания), ссыпала осколки, что по пути обратились в пыль, в чернильницу. Далее последовал указующий жест в сторону руин, и… поднявшаяся из чернильницы стеклянная пыль принялась рисовать на пергаменте.
Мешать я не стал, зная, что говорить под руку практикующему волшебнику — это риск сбить ему концентрацию и запороть тем самым каст. И пусть материальные компоненты были грошовыми, лишаться их всё равно неприятно, не говоря уже о том, что ты хрен их в лесу достанешь. А меж тем чары закончили действие, и волшебница выдохнула, постаравшись незаметно смахнуть выступивший на висках пот.
— И что это было, если не секрет? — обратился я к ней.
— Ты разве не должен был палатки ставить? — вскинула она бровь. Я в ответ просто кивнул на уже снаряжённое «переносное жильё» — наблюдать и ставить палатки я мог и одновременно.
— Не хочешь рассказывать — так и скажи. Мой вопрос вызван лишь природным любопытством, не более, так что если это секрет, то пусть остаётся твоим секретом.
— Любое заклинание волшебника является его секретом, как можно быть способным использовать заклинания Третьего Круга с мощью и скоростью заслуженного боевого мага, но при этом не понимать таких прописных истин?! — непритворно возмутилась Кембридж.
— Так я не прошу тебя меня научить, просто спрашиваю, что оно делает. Я изучал несколько языков, но этого не слышал.