Чтение онлайн

Раньше сигнализации не было, об этом я знала. Не оказалось ее и сейчас. Поэтому мы беспрепятственно вошли в дом, где обитало семейство моей подруги. То есть, конечно, сейчас-то там никого не было. Сейчас они отдыхали где-то на море, откуда звонили мне недавно и поздравляли с днем рождения.

— Куда теперь? — громко зашипел шеф мне в ухо, странно сотрясаясь всем телом.

— Мы на месте! — оповестила я его, стоя спиной к двери ванной против двери в кладовку, где Ирка хранила всегда всякий хлам. — То, что я ищу, должно быть именно здесь! Если я, конечно, не ошибаюсь и оно все еще там. Но думаю, что не ошибаюсь.

Шеф подергал за ручку двери и, убедившись в том, что она заперта, снова заныл.

— Этот замок тебе открыть — раз плюнуть! — прикрикнула я на него. — Ты у нас в спорткомплексе замки гвоздем открыть умеешь, а тут нет?! Давай, не ломайся! От этого зависит и моя жизнь тоже!

Напоминание о том, что мне угрожает опасность, подействовало на шефа отрезвляюще. Он полез в карман, откуда извлек связку самых разных ключей. Долго в них копался, пока наконец не нашел нужный. Три минуты манипуляций с замочной скважиной, и дверь распахнулась.

— Авантюристка! — злобно прошипел он мне в спину и принялся вытирать дверную ручку и замочную скважину носовым платком. — В тюрьму с тобой сядешь, пожалуй!!!

— Вот она!!! — У меня даже голос сел от волнения. — Вот она, драгоценная!!! Дай платок!

— Чему ты радуешься? — проворчал мой шеф, вручая мне свой платок. — Обыкновенная бита!

— С виду обыкновенная, а на самом деле…

Взявшись за спортивный снаряд ровно посередине, я очень пристально ее оглядела. Сомневаться не приходилось. Это была та самая бита, которая метила мне вчера в голову. Ее тщательно вымыли, но думаю, что криминалистам удастся найти микроскопические частицы крови в структуре дерева, тем более что видимый глазу излом в древке заметно потемнел.

— Все! Это наша с тобой главная улика, — ликовала я, заворачивая биту в полиэтиленовую упаковочную пленку, рулончик которой у Яковлевых всегда на кухне имелся. — Здесь наверняка нет отпечатков, но самое главное в том, как она попала к нападавшему!

— И как же? — вяло поинтересовался мой шеф, а теперь уже и подельник, прислушиваясь к чиханию двигателя. — Черт, карбюратор задолбал!

— Как? Это же элементарно, Ватсон! — я сделала попытку рассмеяться, но получилось ненатурально. — Человек, который взял ее из этой кладовки, имел свободный доступ в этот дом. Он входил сюда и выходил отсюда, отпирая дверь ключом, а не так, как мы с тобой.

— С чего ты решила? Хозяева же в отъезде. Фу, слава богу! Поехали! — с заметным облегчением шеф вырулил на дорогу. Видимо, соседство дома, который, по его словам, мы ограбили, заставляло его сильно нервничать. — Так зачем этот человек сюда приходил?

— Цветы, дорогой мой начальник!

— Что цветы?! Что цветы?! — передразнил он меня, одарив к тому же таким красноречивым взглядом, что как-то сразу стало понятно, что премии за квартал мне точно не видать. — Умничает тут сидит!

— Этот человек приходил сюда за тем, зачем приходил и всегда в моменты отсутствия хозяев. Он приходил сюда поливать цветы, которых, если ты успел заметить, здесь тьма-тьмущая.

— А почему не домработница? А почему не ты? — продолжал вредничать мой начальник.

— Да потому что Яковлевы терпеть не могут чужаков в своем доме в их отсутствие. И мне не могли довериться, потому что я человек весьма… — тут я снова поймала его ехидный взгляд, скошенный на меня, и вместо слова «рассеянный», произнесла: — Очень занятой.

— Да уж!!! — обрадованно воскликнул он, из чего я сделала вывод, что мою заминку он понял, как положено. — Итак, этот загадочный человек ходит в этот дом поливать цветы в то время, когда хозяева отсутствуют. Правильно я понял?

— Абсолютно! — Мы в этот момент как раз въезжали в город, и мне пришлось несколько откорректировать маршрут, проговорив: — Давай к тому отделению милиции, где Витя Горелов трудится.

— Ах, ну да! Вещдоки! Как же, чуть не забыл! — проворчал мой шеф, но послушно повернул на первом светофоре в нужном нам направлении. — Итак, продолжим. Этот человек ходит поливать цветы. И однажды вдруг решил попутно прихватить биту, которой вдруг ему приспичило шарахнуть тебе по голове! Так?!

— Абсолютно!

— Ты повторяешься, дорогая, но не важно. Важно другое… Кто этот загадочный человек, зачем ему выбирать орудие для убийства в таком месте и зачем ему вообще тебя убивать?

— Отвечу, хотя могла бы и не отвечать, поскольку вопрос твой полон сарказма. — Я покрутила головой и попросила: — Вот здесь сверни, так короче. С орудием рассчитано все верно. Отыскать его было бы практически невозможно. Не успей я его разглядеть за секунду до того, как оно шарахнуло мне по лбу. А нет орудия убийства, нет и преступления. Доказать ничего невозможно. Убивать меня зачем?.. Наверное, все затем же, зачем убили и Нору…

— Кто такая? Что-то имя какое-то знакомое, но никак не припомню, — шеф наморщил лоб, сведя густые брови на переносице.

— Это жена Аракеляна, которую якобы убил бродяга и ограбил после того, как убил, — пояснила я, уже вылезая из машины, одергивая плащ и поправляя шарф на шее. — Она была убита совсем не им и не бедным мужем, которого обвиняли последнее время кто в чем мог!..

Голос мне не изменил, и красноречивый взгляд шефа был благополучно пропущен, потому что все внимание сейчас было приковано к окну на втором этаже. В раскрытой настежь фрамуге маячила крупная фигура Вити Горелова. Мало маячила! Эта самая фигура, нависнув над подоконником, показывала мне огромных размеров кулак. Добра это уж точно не сулило.

— Слушай, ты это… иди одна, а… — заюлил сразу мой спутник. — Мне надо под капот залезть, карбюратор совсем что-то…

— Ладно, схожу. Пакет мне найди, улику спрятать.

Шеф быстренько подсуетился, вытащил из багажника пакет, куда сам же уложил и биту. Пожелал мне скорого возвращения, не без ехидства, опять-таки, подозреваю. И открыв капот, благополучно им прикрылся.

Горелов оказался куда проворнее и нетерпеливее меня, выскочив к дежурке и поджидая моего появления.

— Явилась, значит! — змеем прошипел он, подхватил меня под руку и, забыв о вчерашней обходительности, потащил меня на второй этаж. — Обнаглела ты, скажу я тебе, Дашка! Слов нет, обнаглела!

Мы молча прошли коридором второго этажа, достигли его двери. Вошли в кабинет, и только тогда Горелов обрушил на меня всю силу своего гнева. Была бы его воля, он бы точно на меня бросился с кулаками. Но то ли вспомнив о вчерашнем моем увечье, то ли побоявшись погоны потерять, Витя сдержался.

— Садись! — приказал он мне безапелляционным тоном. — Садись и рассказывай, где моталась с еврейчиком своим предприимчивым полдня! Я, как дурак, к ней с кефиром, апельсинами, а она у меня из-под носа удрала. То-то вижу, тетка какая-то под шляпой прячется… Не подвело меня чутье! Доиграешься у меня, Дашка! Наплюю на все твои ранения и посажу под замок!