Чтение онлайн

В мае 1987 года я снова посетил старца. У меня были страхи, что я страдаю какой-то серьезной болезнью. Я спросил, соответствуют ли мои мысли действительности. Старец думал и молился. Вдруг он спрашивает меня: «Веришь?» — «Верю». — «У тебя ничего нет, но, чтобы успокоиться, сходи к врачу. Он тебе это подтвердит».

Я посетил старца Паисия 1 мая 1986 года. У меня совсем не было денег, и я ему об этом сказал.

Старец зашел к себе в келлию и принес мне тысячную купюру. Я говорю: «Геронда, вы бедный и даете мне деньги?» «Послушайся меня, — говорит он мне. — Ты это возьмешь, и в твоем кошельке всегда будут деньги ». Я послушался и взял купюру. С тех пор прошло десять лет. Несмотря на то, что я не могу работать из-за проблем со здоровьем, в моем кошельке всегда есть деньги. Бог вразумляет людей, и они подают мне по молитвам святого старца Паисия.

Я побывал у старца весной 1989 года Я был озабочен своим путем в целом. Он подозвал меня к себе. Я говорю ему: «Думаю жениться, но волнуюсь о семейных проблемах и доме». — «У тебя нет большого доверия к Богу, — говорит он мне. — Знаешь, как тебя любит Бог? У тебя будут некоторые трудности, но в конце концов все уладится».

В 1991 году меня привезли в первый раз к старцу Паисию, который находился в то время в монастыре Святого Иоанна Богослова в Суроти. Увидев меня, он сказал: «Зачем вы привезли сюда это чадо? У него в руках “Билет” и без испытаний! Где уж нам до него!» Он спросил девушку, которая меня сопровождала, кем я ей довожусь. Она ответила: «Никем». Тогда он сказал: «Как это никем? Мы все братья во Христе. Саввас там, в раю, будет так быстро бегать, что не сможем его догнать!»

Со старцем Паисием я познакомился примерно за два года до его кончины. Однажды, в начале ноября, старец приехал в монастырь в Суроти на празднование памяти святого Арсения Каппадокийского. Мы с супругой и двумя нашими друзьями поехали увидеть старца, спросить его мнения по разным вопросам, которые нас беспокоили, и взять у него благословение.

Около десяти утра мы приехали в монастырь. Множество людей ожидали старца. Машины стояли даже на шоссе. Мы расстроились, однако встали в очередь. Мы заметили, что происходило что-то странное. Постоянно приходили какие-то монахи и монахини из других монастырей, обходили очередь и через другую, соседнюю, дверь проходили к старцу раньше нас. То же самое происходило с детьми–инвалидами из какого-то заведения. Началось искушение в виде донимавших нас помыслов. Время шло, и помыслы стремительно умножались.

Нам предстояло увидеть старца впервые. К тому же от нашего глубокого эгоизма нам не терпелось увидеть какой-то осязаемый знак благодати на нем. Несмотря на то, что мы слышали много чудесного, мы этому не верили. Нам хотелось, как неверующему Фоме, испытать чудо наличном опыте. А время все шло, очередь не двигалась ни капельки, а помыслы становились все сильнее. Мы не выдержали и уехали около двух часов дня, не повидавшись со старцем, понося всех и вся по причине уязвленного нашего самолюбия.

Вечером того же дня после уговоров знакомых, а главным образом — по просьбе моей супруги, которая говорила, что я окажу ей большую услугу, мы снова поехали в монастырь в надежде, что народу будет меньше. К сожалению, людей было еще больше. Мы снова встали в очередь, которая, казалось, совершенно не двигалась.

Неожиданно пришла одна монахиня и сообщила нам, что это последний день, когда старец у них в монастыре, что он крайне устал и, поскольку должен уехать рано утром, больше не может принимать людей. Началось волнение, послышались крики, резкие протесты. Через некоторое время мы договорились, что будем быстро заходить, лишь бы только взять у него благословение.

Наконец и нам удалось подойти к старцу. В общей сложности прождали семь часов! Однако с этого момента все стало меняться, наш сокрушенный эгоизм и наше себялюбие стали ослабевать. В то время, когда мы были третьими в очереди и первый уже брал благословение у старца, второй нашел возможность обратиться к рядом стоявшей монахине и спросить ее, благословит ли она очень быстро, на одну минутку, побеспокоить его по одному его вопросу. Ответ, данный монахиней, нас всех глубоко поразил: «Старец крайне утомлен: он три дня и три ночи беспрерывно принимает людей!» Старец стоял на ступени лестницы, в то время как мы ожидали увидеть его либо за столом, либо в архонтарике удобно сидящим на каком-нибудь диване. Он же, напротив, все это время стоял, наставлял, утешал и молился, давал каждому что-то от полноты своей любви и благодати Божией, которая жила в нем, а также дарил маленький крестик в благословение.

Я понял: все наши старания и труды — ничто в сравнении с духовной пользой, которую мы получаем. Что такое эти семь часов нашего ожидания в сравнении с тремя сутками стояния на ногах и бодрствования старца! И самое поразительное то, что после преставления старца я узнал, что у него были еще и страшные боли по причине его болезни.

Однако он переносил это терпеливо, стремясь всех нас принять, помочь каждому своей любовью.

Его благословение всегда пребывает с нами. Аминь!

Когда я был новоначальным в православной вере, то где бы я ни сидел, где бы ни стоял, со всеми говорил о ней. Когда я встретился со старцем Паисием, я спросил его, хорошо ли это. Он мне ответил следующее: «Не говори много, чтобы не опустошать свое сердце».

В другой раз я спросил старца, что мне нужно делать, чтобы приобрести благодать Божию. Он ответил: «Соблюдай то, что должен. Молитву, пост, бдение, хождение в храм, поклоны, Иисусову молитву, исповедь и святое причащение. Если это делать, Бог пошлет Свою благодать». По прошествии какого-то времени, однажды ночью, случилось следующее. Я молился, но внезапно почувствовал страх и прекратил молитву. Я поехал на Святую Гору и рассказал старцу об этом случае. Он улыбнулся и сказал: «Когда находит страх во время молитвы, Господь тебе говорит, что надо молиться еще сильнее. Для того Он и попускает страх. Тогда начинай творить Иисусову молитву».

Затем он отвел меня немного в сторону и, указывая на крышу своей каливы, сказал: «Видишь вон то углубление в крыше? Однажды, когда я молился, тангалашка бросил в крышу большой камень, чтобы я прекратил молитву. Вот видишь, что делает искушение? Поэтому надо молиться еще больше».

В другой раз я спросил старца: «Если мы обращаемся к святому, он нас слышит?» Он ответил: «Что бы мы ни сказали и ни попросили, Пресвятая Троица — Отец, Сын и Дух Святой, — Богородица и все святые слышат это». Тогда я сказал, что много раз обращался за помощью к святым, но они мне ее не давали. «Помощь всегда приходит, если это для нашего блага», — ответил он.

Я спросил, кому мы должны давать милостыню. Он мне сказал: «Давай милостыню всем и по своим возможностям, то есть то, что можешь. Если у тебя нет денег, скажи хорошее слово, одари улыбкой». В другой раз: «Геронда, что будет со мной? Стану ли я достойным рабом Божиим?» — «Господь будет смотреть на твое намерение. Если оно доброе, тогда станешь достойным рабом Божиим». Еще: «Геронда, к кому нужно относиться, как к отцу? Кто нас сделал? Наш родной отец или Бог?» — «Тело нам дали родители, душу—Бог».