Чтение онлайн

— Да! — подтверждает тридцатилетний парень. — Единогласно!

Голосование прерывается на середине. Толпа ещё некоторое время совещается, после чего все князья один за одним начинают выходить вперёд и рассказывать, почему именно его все должны выбрать. Когда доходит до меня — я отказываюсь. Победить в грызне этой своры собак всё равно невозможно, так зачем понапрасну воздух сотрясать?

После выступлений объявляют новый этап голосования, в результате которого теперь все женщины голосуют за одну — черноволосую Всеславу Пересветовну. Пять голосов за неё. Ближайший соперник набрал только три. Я проголосовал за себя.

Снова бурные обсуждения. Мужская часть князей собирается, чтобы выдвинуть вперёд хоть кого-то с яйцами между ног, поскольку всем известно, что только они являются свидетельством ума, решительности, силы, да и вообще всего на свете.

— Знаешь, — замечает Светозара. — Эти болваны — ещё большие деревенщины, чем мы.

— Ага, — говорю.

— Как они вообще князьями стали?

— Сильные. Вот и стали.

После очередного голосования за Всеславу собралось пять голосов, а за нашего тощего врага с севера — шесть. Владислав посматривает на нас с паскудной ухмылкой, как бы говоря: «Хана вам и вашему Стародуму, если меня изберут». Остальные четыре голоса поровну распределились между двумя другими князьями. При этом крики поднялись такие, что наверняка весь Новгород услышал. Проведи ещё день в таком балагане — оглохнешь.

На этот раз голосование отодвинули ещё дальше, чтобы у князей было время как следует обсудить, за кого голосовать. Всё происходящее — чистейший фарс. Они просто тянут время. Играют в игры, правила которых выдумывают прямо на ходу. Никакого голосования нет — они просто объединяются в группы, чтобы захватить власть, а уже потом устроить битву с бывшими товарищами.

Оглянуться не успел, а Неждан уже строит глазки жене Владислава.

— Эй, — говорю. — Я же тебе велел не лезть к его жене.

— Она сама весь вечер на меня смотрит!

— Неважно…

Неждан настолько расслаблен, насколько вообще может быть человек. Он-то неуязвим, и наверняка может открутить головы всем людям в зале, вон и не переживает. Но мы — очень даже. Всё происходящее уж слишком похоже на кашу, из которой трудно выбраться целым и невредимым.

— Ты мне кажешься очень разумным человеком, — произносит рядом со мной Длинноухий. — Будем знакомы, Всеволод Хотенович.

— Тимофей Гориславович, — говорю.

— Хорошее имя. Как тебе наше собрание?

— Ну… я примерно этого и ожидал, не на что жаловаться.

— Как думаешь, смогут эти люди избрать одного Великого Князя?

— Конечно нет! Они скорее добровольно пойдут на плаху одним строем, чем станут подчиняться кому-нибудь вслед за безумцем.

— Рад, что мы оба так считаем, — Длинноухий кивает. — Но вот, что я тебе скажу. Есть один способ выбрать Новгородского князя, прямо здесь, сегодня.

— Правда? Какой?

— Убить половину удельных князей.

Сказать, чтобы я этому удивился — ничего не сказать. Точнее, я был уверен, что кто-нибудь навеняка умрёт на этом собрании, но не думал, что со мной поделятся такими планами.

— Почему вы это мне предлагаете? — спрашиваю.

— Потому что, дружище, только так и можно решить нашу проблему. Соберём небольшую группу самых приличных князей. Пять-шесть человек, а остальных вырежем. Ударим одним кулаком, чтобы они даже опомниться не успели. И уже потом выберем из нашей группы одного Великого князя. Это будет явно попроще.

— С чего вы взяли, что у нас такое получится? Здесь все люди высоких ступеней. Любой из них эти хоромы по ветру пустит.

— На то и нужна сталь, как ты ранее заметил. От неё никто не застрахован. Кстати, смотри.

Длинноухий незаметно кивает на другую сторону зала. Там люди шепчутся между собой так же, как мы сейчас.

— Ставлю собственную голову, что они планируют убийства, — продолжает Всеволод Хотенович. — Так что чем раньше мы ударим — тем лучше.

Не успеваю я даже отреагировать на данное предложение, как двери зала открываются, и на пороге появляется ещё один человек, желающий поучаствовать в выборе Великого Князя Новгородского.

Мартын Михайлович, Великий Князь Владимиро-Суздальский.

Людоед.

Старший брат безумца собственной персоной.

До прихода несметной армии кочевников осталось 270 дней.

Появление людоеда оказалось полнейшей неожиданностью.

В зал не ворвался гонец, чтобы доложить о прибытии Великого Князя, да и ауры страха не было, пока не отворилась дверь.

Стоило ему только войти, как вся толпа из сотни человек мгновенно рухнула на колени, не в силах вдохнуть полной грудью. Мартын Михайлович оказался достаточно силён, чтобы склонить одновременно всех удельных князей. Девятая ступень — это не шутки.

Лишь несколько человек остались стоять на ногах несгибаемые: Молчун, Волибор, Неждан и несколько стражников из разных дружин, у которых оказалась защита от сил.

— Сука, — шепчет Никодим. — Опять…

— Держись, — говорю.

— Как же я ненавижу вот так стоять!

В присутствии людоеда ничего невозможно делать: думается с трудом, говорится с трудом, даже равновесие сохранять невозможно. Впитываю его собственную силу в надежде, что обладая способностью пугать людей, я сам стану бояться чуть меньше. Не помогло.

Впитываю силу Волибора. Стало чуть-чуть лучше, но всё равно ощущения такие, будто мне на грудь водрузили целый валун. Моя четвёртая ступень и в подмётки не годится силе людоеда.

Светозаре же с Никодимом защититься нечем: они стоят на четвереньках и хватают ртом воздух, выпучив глаза.

Долго аура ужаса не продлилась: несколько мгновений, и страх отступает. Люди в зале с облегчением выдыхают. Мартын Михайлович всего лишь хотел заявить о своём прибытии. Таким образом он показал, что явился на собрание, при этом не произнося своего имени.

— Фух, — шепчет Никодим. — Чуть не стошнило…

Не говоря ни слова, людоед неспешно проходит по залу и присаживается на скамью в дальней части. Удельные князья смотрят в его сторону и не знают, как на это реагировать.

— Добро пожаловать, Мартын Михайлович, — тут же расстилается в поклоне Длинноухий.

Людоед лишь зыркнул на него, отчего тот мгновенно заткнулся.

Всё в Великом Князе Владимиро-Суздальском говорит о том, как он презирает собравшихся здесь людей. Тем не менее, устраивать драку он не собирается: в этом зале хоть и нет девятых ступеней, но пятнадцать человек высоких уровней смогут его одолеть.