Чтение онлайн

Он не помнит, когда именно он полюбил Шеннон, но он любит ее, в этом нет сомнений. Поэтому беспрестанно ноет сердце — то от радости, то от боли. Поэтому в сладком безумии кружится голова. Раньше с ним такого не случалось. И теперь ему страшно и тревожно, а в то же время он испытывает острое блаженство, которого не знал никогда. И он понимает — это любовь.

Фрэнк вытер повлажневшие глаза, нацарапал на клочке бумаги адрес и протянул его Митчу.

— Идите, повторите свою арию перед Шеннон, — прорычал он.

Именно это Митч сейчас и собирался сделать.

Он решительно вошел в дом и тут же споткнулся о груду кафеля, перегородившую проход. Пытаясь удержаться на ногах, он схватился за стену, а плитка с грохотом полетела на пол.

— Вам чего?

Здоровенный детина в рабочем фартуке смерил его взглядом; другой рабочий на секунду приостановил электрическую дрель, равнодушно посмотрел на Митча и вновь принялся за дело.

Неловко улыбнувшись, Митч смахнул известковую пыль с рукава.

— Не подскажете ли, где я могу найти…

Слова его потонули в визге циркулярной пилы.

Рабочий в фартуке приложил к уху мясистую ладонь и заорал:

— Кого?

Набрав в легкие побольше воздуха, Митч тоже закричал что есть мочи:

— Догерти! Водопроводчика! Первой категории!

Усилия его не пропали даром — кивнув, рабочий указал на дверь в дальнем конце коридора.

Осторожно переступая через валявшиеся повсюду доски и плитку, Митч кое-как проделал путь в кухню. В доме царил полнейший кавардак. Потолочные перекрытия были сняты, лабиринты хромированных труб и разноцветные переплетения проводов выставлены на всеобщее обозрение. По полу нельзя было шагу ступить, чтобы не споткнуться об инструменты и строительный мусор; на всем лежал толстый слой известковой пыли.

В кухне у задней стенки стояла чугунная раковина; на том месте, где ей полагалось быть, зияло отверстие. Рядом был открытый встроенный шкаф, и взор Митча немедленно устремился туда.

Из шкафа торчала пара длинных, стройных ног в знакомом голубом комбинезоне. Вот появилась изящная рука, похлопала по полу, нащупала разводной ключ и вновь исчезла.

Митч облегченно вздохнул.

— Слава Богу, нашел.

Но радость мгновенно сменилась страхом. Он нервно сглотнул и окликнул Шеннон.

Но тут по крыше раскатисто заколотили — похоже, кто-то пытался проломить ее кузнечным молотом, и голос Митча утонул в грохоте. Тогда он подобрался к шкафу, шире распахнул дверцы… Перед ним оказалось изумленное лицо Шеннон.

Она была вся чумазая, на носу блестели капельки пота. Но у Митча сразу перехватило дыхание, как и всегда, когда он видел ее.

Сначала глаза ее округлились от удивления, потом в их зеленой пучине молниеносно сменили друг друга выражения самых разных чувств. Это были боль, досада, смущение. В следующую секунду она решительно стиснула челюсти и принялась яростно орудовать разводным ключом. Митч чуточку отступил. Да, подумал он, лицо у нее такое, словно она сжимает в металлических тисках не трубу, а его шею.

Потом он заметил, что губы ее шевелятся, и наклонился, пытаясь хоть что-нибудь разобрать сквозь шум.

— Что тебе надо? — Голос ее звучал непривычно резко.

— Поговорить с тобой.

Шеннон отложила разводной ключ, подняла глаза на Митча и сглотнула внезапно подступивший к горлу ком. Господи, что это с ним? За эти дни он стал похож на беженца из голодающей страны. Глаза красные, усталые. Всегда он отутюженный, аккуратный, а сегодня какой-то жеваный, словно спал не раздеваясь. Да и бритва, судя по всему, целую неделю не касалась его лица. Как хочется погладить его по ввалившейся шершавой щеке; она с трудом подавила в себе это желание и мысленно себя выругала — за слабохарактерность.

С самым неприступным видом Шеннон вылезла из шкафа. Теперь они стояли друг против друга.

— Я, между прочим, работаю. И мне некогда отношения выяснять. — Глаза их встретились. — Тебя что, Линдзи прислала?

— Нет. Твой отец. То есть не прислал, а рассказал, где тебя найти.

Она недоверчиво присвистнула.

— Врать не буду, он раскололся не сразу.

— Не сомневаюсь.

Шеннон отвернулась и нагнулась к своему рабочему чемоданчику. Митч схватил ее за руку, но она смерила его таким негодующим взглядом, что он тут же отскочил.

— Шеннон, прошу тебя… — Вновь раздался сумасшедший грохот, и Митч закричал во всю глотку: — Я тебя ни в чем не виню! Я понимаю, почему ты так вспылила!

Шеннон насмешливо прищурилась.

— Неужели? Вот спасибо, осчастливил. Снял камень с души.

— Дай мне пять минут. Выслушай меня, прошу, и я уйду.

Тут дверь распахнулась и в кухню ввалился перепачканный краской рабочий с лестницей на плечах.

— Гляди веселее, ребята, — жизнерадостно провозгласил он. При этом лестница угрожающе накренилась. Митч еле успел отвести голову.

Когда рабочий с лестницей скрылся из виду, Митч повернулся к Шеннон и обнаружил, что она в одиночку тащит тяжелую раковину. Прежде чем он успел двинуться с места, раковина уже была установлена в приготовленное отверстие, а Шеннон, не обращая на Митча ни малейшего внимания, принялась измерять диаметр водопроводной трубы.

Митч растерянно провел рукой по волосам. Да, Шеннон, судя по всему, не собирается сделать ни шагу ему навстречу.

— Шеннон…

— Дай-ка мне замазку.

— Что?

Она указала ему взглядом, и он протянул ей остроконечный тюбик.

— Мне надо поговорить с тобой.

— Надо, так говори, — смилостивившись, пробурчала поглощенная трубой Шеннон.

Вконец обиженный, Митч вдруг схватил ее за плечи, повернул лицом к себе и жадно прильнул к ее губам. Поцелуй длился долго; тело Шеннон становилось все податливей, а руки гладили шею Митча.

Но когда он наконец отпустил ее, она отскочила прочь как ошпаренная.

— Я вижу, ты верен себе. Теперь ты доволен? Мне можно наконец заняться делом?

— Подожди.

Потолок вновь задрожал от грохота. Где-то рядом визжала дрель — так пронзительно, что у Митча заломило зубы. Он возвысил голос, перекрикивая эту какофонию звуков:

— Я люблю тебя, Шеннон! Ты слышишь? Я люблю тебя!

Внезапно грохот смолк, дрель замерла — казалось, весь дом, затаившись, ждет ответа Шеннон. Митч перевел дух. Щеки Шеннон пылали.

Схватив Шеннон за руку, Митч потянул ее прочь, не обращая внимания на любопытные взгляды рабочих, которые попадались им по пути. Наконец он отыскал укромный уголок — пустую ванную комнату. Вошел и прижал Шеннон к двери, словно хотел пригвоздить ее к месту.