Чтение онлайн

"Я должен умереть?" — сосредоточенно, зримо удерживая вопрос в голове, разложил пластинки.

Итак, ось.

Закусив нервно губу, сдерживая возбуждение. Сверху вниз.

Уруз — здоровье, грубая мышечная сила. В данном контексте, видимо, должна означать выздоровление. Спасибо… "Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет" — так, кажется?

Гебо — дар, пожертвование старым ради нового. Уже непонятно.

Райдо — руна дороги, путешествия. Выздоровеем, получим подарок, поедем… домой, наверно?

Эйваз — руна, обратная Эйхваз. Означает удачное преодоление препятствий, защиту от угрозы… Поедем домой, отстреливаясь дорогой… Но до дому… доберемся? Последняя пластинка. Если под ней окажется Эйхваз, это перечеркнет и сделает бессмысленными все предыдущие предсказания… Открыть её, последнюю, оказалось сложней всего. Вот сейчас… злой обратный зигзаг, означающий, что стоит напиться вдрызг напоследок и написать, наконец, завещание. Эсташ говорил, что свое первое он написал в восемнадцать и очень советовал сделать это и Андрею. А то мало ли… Эта варварская Россия…

Последняя пластинка оказалась девственно пуста. Лишняя карточка, вкладываемая в набор для ровного счета. Обычно интерпретируется неопределенностью дальнейшей судьбы и ее зависимостью от конкретных действий объекта гадания.

Облегчение пришло кратковременно, тяжко, как снежный ком, и тут же уступило место тревоге — мел-то, мел чего?! Ровный, абсолютно достоверный зигзаг, перечеркивающий чью-то жизнь. А почему, собственно, принял на свой счет? Холодком пробежался давний детский страх за отца. После того, как мать исчезла в неизвестном направлении, а отец собрал их с Андреем вещи и, с непонятными детскому разуму целями сорвавшись с места, принялся колесить по Европе, частенько оставляя сына в гостинице и исчезая на сутки-двое без объяснений, выработался условно-рефлекторный страх: с отцом что-нибудь случится и Андрей останется один в чужом городе чужой страны, не зная даже языка. Страх был настолько выматывающим и глубоким, что мешал спать, есть и вообще что-то замечать вокруг себя, поэтому Европы тогдашней Андрей не запомнил. Да и отца, в общем, тоже, только бесконечное ожидание в свете ночников — розовых, желтых, оранжевых и золотистых, да дорогие безликие кровати, простыни, пахнущие хорошим порошком, обои и окна, выходящие на чужие улицы. К счастью, бродячей их с отцом жизни было не больше полугода, как уже теперь Андрей понимал — отец всего лишь искал подходящее место для открытия своего бизнеса. Но вот страх въелся намертво и порой просыпался даже сейчас, когда Андрей давно уже вырос и сделался вполне независим.

Левый зубец открыла нейтральная руна Лугаз, обозначающая по сложившейся традиции общий магический фон. Значит, имеется ввиду человек, обладающий Способностями… Не торопимся, не делаем поспешных выводов… Турисаз — руна мощной физической силы, животного начала. Нет, не отец. Отцовская руна — Отала или Ансуз. "Родственник" или "мудрый человек". Здесь же имеется ввиду… Маг, обладающий животным началом… То есть зооморф. Оборотень. Алина или Валерка…

А третьей лежала та самая внутренне ожидаемая Эйхваз. Вот оно, подтверждение. И, будто этого мало, замыкала предсказание Иза. Еще одно предзнаменование смертельного исхода. И правый зубец ситуации не прояснял, только запутывал. Вот она, Ансуз — мудрый человек. В соседстве с Алем человек приобретает злые магические способности, держит злой умысел, желает чьей-то смерти. Скорее всего — оборотня из левого зубца, раз ему грозит скорая и неотвратимая Эйхваз. А вот у человека появляется то ли цель, то ли способ причинения смерти — колдовство земли, какой-то обряд, обозначенный Пертро. По всей видимости, обряд нужен для Феху — умножения какого-то богатства. Негусто.

И нехорошо.

Насколько нехорошо, Андрей окончательно понял, собрав кости и поглядев на часы — без двадцати двенадцать. С Алинкой беда.

Глава 5.

…Теорий происхождения оборотней насчитывается порядка десятка. Отметая заведомо бредовые вроде инопланетного вмешательства, остановимся подробней на трех наиболее на настоящий момент популярных.

Первая из теорий, так называемая "провиденциалистская" (IX–XIX в.в.), исторически возникла первой и предполагает божественное происхождение зооморфов. Согласно этой теории, оборотни — такое же произведение Божье, как и простец или магически одаренный, и созданы одновременно с первыми двумя расами. В пользу этой "теории" говорит хотя бы факт существования в каждом клане так называемого "Основного мифа" — совокупности мифологических представлений, однотипно объясняющей происхождение клана союзом основного тотемного божества и небесного свода. Притом, что кланы в период формирования мифов были малочисленны и разрозненны, и никак контактировать между собой не могли.

Вторая теория — теория мутаций. Оборотень — результат генетического сбоя или сознательно произведенного искусственного отбора. Данная версия выдвинута немецким историком и антропологом Г. Рихартом в 1932 году. Согласно Рихарту, мутацию эту можно отнести приблизительно к шестому веку до нашей эры (для доказательства привлекаются тексты историка Геродота), а в качестве места появления первых зооморфов Рихарт, вслед за Геродотом, называет северные районы Европы. Исторически первым кланом Рихарт считает клан волков. Исследователь считал, что зооморфы — не совсем удачная попытка магов того времени создать универсальное оружие. Возможно даже, первоначально оборотни не обладали свободой воли. Не исключено, что так называемые "уязвимости" — боязнь серебра, некоторых ритуальных фраз, проявляющаяся у некоторых индивидов неспособность контролировать себя в полнолунье, непередаваемость по наследству искусственно приобретенной зооморфии — искусственные, заложенные создателями зооморфов. Не касаясь пока конкретно критики теорий, отметим, что выводы Г. Рихарта не являются бесспорными.

Третья теория наиболее экзотична, однако привлекает всё больший интерес научного сообщества. Это теория появления оборотней из параллельного измерения, тесно примыкающая к так называемой теории "мультиверса" Д. Дойча. Как известно, Д. Дойч предложил модель физической реальности, которая представляет собой совокупность взаимодействующих параллельных вселенных, называемую мультиверсом. Из одной такой параллельной вселенной и пришли известные нам кланы. Каковы причины произошедшего "пролома", объяснить возможно только в рамках квантовой теории, поэтому объяснение, выходящее за рамки исследуемого вопроса, мы здесь приводить не станем. Важно следствие — появление второй ветви магически одаренных в уже сложившейся системе взаимодествия простецов и магов. Эта теория позволяет объяснить как разнообразие кланов, так и один из основных вопросов истории — почему оборотни не заняли эволюционным путем экологическую нишу человека, как более сильный тип. Теория мультиверса описывает ситуацию, когда зооморфам-пришельцам самим пришлось приспосабливаться к непривычным условиям нового мира (возможно, с утратой собственной уникальной культуры), тем самым уступив пальму первенства в вопросах доминирования человеку….

Краткая история кланов…, с. 3–4

Алина.

… Пахло псиной. Через головную боль пробился этот тошнотворный и опасный запах, и Алина проснулась.

Потолок оказался низкий и темный, посередке тусклая лампочка, забранная решеткой, стены — в потеках по стареньким обоям в цветочек. Обои по углам от сырости начали отслаиваться уже, крошечное окошечко под потолком глухо замазано известкой. Наверно. Ныл затылок.

Какое-то время Алина только разглядывала этот потолок, и эти стены, и это окошко, и ничегошеньки себе не думала. Потом захотела пить, и простенькое это желание что-то там переключило в мозгах. Тут же припомнились последние события — ночь, утренний зуд, встреча с родителями, подозрительные мужики… В затылке — раскаленный свинец. Ззззаразы!

Чего им от меня…?!

Медленно, осторожно села. Собаки… Бедная головушка.

Затем выяснилось — заперта. Крепкая такая дверь, солидная, металлическая. В нее Алина подолбилась, чувствуя себя то ли идиоткой, чего-то не понимающей, то ли… черт его знает. Обернуться неудалось. Очевидно, из-за тоненького браслетика на левом запястье. Разомкнуть его никак не получалось, стащить тоже, только расцарапала ладонь. Минут через пятнадцать уверилась, что расцарапала совершенно зря, всё равно не снимется. Зато хоть нашлось занятие.

Когда "забавы" вроде долбания двери и расцарапывания рук исчерпали себя, заняться оказалось нечем. Пришлось ждать. А ждать Алина не любила. К тому же на самом деле очень испугалась. Аж до того, что про себя автоматически принялась отсчитывать до десяти и обратно, как всегда делала перед экзаменом, а позже — перед какими-нибудь важными и ответственными мероприятиями, чтобы успокоиться.

Два мужика были… Один лет сорока, зашарпанной "бэушной" внешности, второй поприличней, такой… интеллигент. Но тоже "бэушный". Но по голове долбанул, кажется, интеллигент. Вот. Нельзя им доверять, интеллигентам. Колька вон, простой как лапоть, он… А Андрей, правда. вот… Девять-восемь-семь…

Скрипнуло.

Дверь распахнулась.

Пахнуло псиной с новой силой.

Два волка.

Один большой такой, белый почти или стальной, наверно, седой. И громадный — Алина волков в жизни живых не видела, но этот… Алинка ему на один зуб. А второй не такой страшный и помельче, серый. И на левую лапу прихрамывает. Глядят так оба — брррр! Алина подскочила, попятилась, и пятилась, пока не уткнулась лопатками в стену.

Они, впрочем, не рычали и не нападали, а только поглядели на Алинку с минуту, тот, который хромой, принюхался, высоко задрав нос, и ушли. А дверь за ними закрылась. Из-за двери еще буркнули: "Говорит, это не она…", — и смолкло.