Чтение онлайн

Вёлунд тогда сказал:

– Возьми свой челн, приплыви на остров, войди в кузню, что для меня ты построил, и загляни под мехи. Там лежат тела твоих сыновей, мною обезглавленных. Там осталась их кровавая кожа. Содрал я кожу с их черепов и сделал из них для тебя, конунг, чаши, обрамлённые в серебро, а из зубов – белые пряжки для Бёдвильд. От меня беременна твоя дочь.

Конунг сказал:

– Горше слов я не мог услышать! Кто же может тебя одолеть? Кто может пронзить тебя стрелой, зарубить мечом, когда паришь ты высоко в небе?

Вёлунд, смеясь над поверженным врагом, поднялся в воздух, оставив внизу поплатившегося за свою жадность конунга. Безутешный же Нидуд позвал раба по имени Такрад и наказал ему:

– Приведи ко мне, Такрад, мою светлоокую дочь, пусть она со мной побеседует.

Трэлл выполнил поручение и привёл к отцу дочь. Нидуд спросил её:

– Правду ли, Бёдвильд, мне сказали, что блудила ты с Вёлундом на Севарстёде?

Бёдвильд ничего не оставалось делать, как со вздохом признаться:

– Правду сказали тебе. С хитроумным Вёлундом была я на острове, и лучше б не знать мне этого часа. Не смогла я противиться силе и не сумела себя защитить…

Одного норвежского конунга звали Хьёгвард. Он имел нескольких жён. От прекрасноволосой Альвхильд был у него сын Хедин. Другая жена, Серейд, родила ему сына Хумлунга. Третья, Синриод, подарила конунгу ещё одного сына, Хюмлинга.

Но этого показалось Хьёгварду мало. Конунг задумал жениться на самой красивой женщине в Мидгарде и дал себе в этом обет. Он слышал, что у конунга Свафнира, правителя земли Сваваланд, есть дочь Сигрлинн, которая затмевает своей красотой даже солнце.

Дело оставалось за малым. Хьёгвард позвал Атли, сына своего ярла Идмунда, и приказал ему ехать к Свафниру и посватать Сигрлинн от имени конунга. Атли приехал к будущему тестю Хьёгварда и по обычаю провёл у него в гостях целую зиму, прежде чем рассказал хозяину о цели приезда. Свафнир задумался. Он долго не мог принять решения, пока его ярл, которого звали Франмар и который воспитывал Сигрлинн с малых лет, не посоветовал конунгу отказать свату. У самого Франмара росла дочь Алёв – будучи в гостях, Атли положил на неё глаз, да и девушка была не против будущего замужества, в случае если сын ярла предложил бы ей свою руку. Но в тот раз Атли возвращался к Хьёгварду ни с чем.

По пути домой, перебравшись через горы и перейдя вброд реку Семорн, решил Атли отдохнуть в дубовой роще. Там он услышал речь огромной птицы, которая уселась на ветку над ним. Крылья её были настолько большими, что, когда она их расправила, те заслонили сыну ярла солнечный день. Птица сказала человеческим голосом:

– Видел ли ты, Атли, Сигрлинн, дочь Свафнира? Хоть и говорят все на свете, что самые красивые женщины – это жёны конунга Хьёгварда, однако Сигрлинн, пожалуй, будет всех их краше.

– Мудрая птица, будешь ли беседовать со мною, сыном Идмунда, дальше? – спросил Атли.

Птица сказала:

– Буду, если конунг Хьёгвард позволит мне выбрать жертву у него в доме.

Атли сказал:

– Только прошу: не самого конунга забери ты в жертву, а также ни его сыновей и ни его прекрасных жён.

Птица сказала:

– Выберу алтари и златорогих коров из его стада.

Атли спросил:

– Что предложишь взамен?

Птица сказала:

– Поезжай-ка быстрее к Хьёгварду и передай ему наш уговор: пусть отдаст он мне алтари и коров, а я расскажу, как заполучить ему юную Сигрлинн.

Атли не надо было повторять дважды: на следующий день он уже был у крыльца конунга и слово в слово повторил то, что сказала птица. Хьёгвард не пожалел ни алтарей, ни коров, так хотелось ему жениться на Сигрлинн. Птица тогда посоветовала конунгу:

– Собирай людей и поспеши в Сваваланд: чем быстрее ты там окажешься, тем будет лучше. Конунг Хродмар решил тебя опередить. И пусть твой Атли не расстаётся с копьём – оно ему пригодится.

Хьёгвард не стал медлить, собрал своих людей и в несколько переходов, в которые никто из его воинов не отдыхал, достиг долины Сваваланда. С высокой горы Хьёгвард увидел дымы пожаров и пыль от скачущих коней: люди Хродмара, после того как и их правитель получил отказ, разоряли страну. Свафнир был убит Хродмаром. Теперь Хродмар искал сбежавшую Сигрлинн. Хьёгвард спустился в долину. Всюду был лишь пепел, но возле одной речки, где решил он остановиться на ночлег, стоял нетронутым дом. На дереве перед домом сидел орёл, спрятав голову под крыло. Видно было, что орёл сторожил дом и уснул. Вспомнив речь птицы-пророчицы, Атли метнул копьё и свалил орла с дерева. Сделал он это вовремя – орлом оказался не кто иной, как Франмар, обладавший волшебством превращения: так ярл охранял свою подопечную, которая пряталась в том доме. Вместе с нею находилась и Алёв.

Хьёгвард тотчас предложил Сигрлинн стать его женой. Оставшейся без крова девушке ничего не оставалось, как покориться судьбе. Что касается Алёв, она согласилась выйти замуж за Атли.

Вскоре Сигрлинн подарила Хьёгварду сына. Рос сын высоким, красивым и статным, но от природы был молчалив. Кроме того, он любил одиночество и часто уходил в горы. И ещё: у младшего отпрыска Хьёгварда не было имени. Однажды сидел безымянный сын конунга на вершине горы и увидел бешено скачущих по небу валькирий. Было их девять. Волосы их развевались, глаза горели. Одна из них выделялась особой статью. Она крикнула сыну Хьёгварда:

– Если по-прежнему останешься молчуном, то и в походах ты, Хельги, не успеешь прославиться и поздно завладеешь чужой казной, как бы ни велико было твоё мужество! Запомни: орёл кричит, как только вылетит из гнезда!

Сын конунга поднял на неё глаза, и любовь тотчас зародилась в его сердце. Он воскликнул:

– Что дашь в придачу, светлоокая, раз уже дала мне имя? Подумай крепко. Не будешь моей, зачем мне тогда носить его?

Валькирия отвечала:

– Лежат на Сигарсхольме мечи: один лучше другого. Но среди них есть особенный! Он золотом убран, он – гибель для копий. Рукоять его с кольцом, в клинке его спрятана отвага, в острие его притаился страх для врагов. На его лезвие лёг серебряный змей. Другой змей обвивает хвостом рукоять.

Сын Хьёгварда спросил:

– Как зовут тебя?

Валькирия сказала:

– Зовут меня Свава, я дочь конунга Эйлими. С этой поры, как дала тебе имя, буду всегда тебя защищать во время жестоких битв и стану твоей, когда отомстишь за деда.

Хельги тотчас отправился на Сигарсхольм и нашёл там мечи, о которых говорила воинственная дева. Среди них был особенный, удивительный меч: рукоять его была с кольцом, на лезвие лёг один серебряный змей, а другой обвил хвостом рукоять. Взяв меч в руку и почувствовав его тяжесть, Хельги вернулся в дом и укорил отца:

– Плохо повёл ты себя, Хьёгвард, хоть сам и воин, и предводитель войск. Дал сожрать огню жилища Сваваланда, не заступился за тестя, вреда не увидел от вражеских воинов. Что же – придётся мне всё исправлять. Не смеет Хродмар владеть богатством моих убитых сородичей. Видно, мало ценит он свою жизнь, раз думает, что вечно будет хозяином наследия мёртвых.

Хельги потребовал от отца воинов, чтобы отомстить за деда. Хьёгвард, увидев решимость сына, согласился и дал ему самых лучших своих людей, а с ними и верного Атли.