Чтение онлайн

Само по себе дюрингианство едва заслуживало слишком большого внимания. Но два обстоятельства побудили Энгельса к самой основательной критике.

Во-первых, Дюринг являлся типичным представителем той псевдонауки и того вульгарного демократизма, которые получили тогда широкое распространение и среди социалистов. Надо было излечить рабочее движение от этой, как говорил Энгельс, «детской болезни».

Во-вторых, критика «системы» Дюринга давала возможность противопоставить ей в систематическом виде положения марксистской теории по всем основным проблемам философии, политической экономии и социализма. «Во всяком случае, – говорил Энгельс, – всеобъемлющая система моего противника давала мне повод изложить в полемике с ним взгляды Маркса и мои на все эти разнообразные предметы, и притом в гораздо более связном виде, чем это приходилось делать когда-либо прежде. Это как раз и было главной причиной, вынудившей меня взяться за эту, во всех других отношениях неблагодарную, задачу».

С начала 1877 года до середины 1878 работа Энгельса печаталась в виде большой серии статей в центральном органе Социалистической рабочей партии Германии – в лейпцигской газете «Форвертс» («Вперед»), а затем издана отдельной книгой.

«Анти-Дюринг» явился подлинной энциклопедией марксизма. Энгельс дал здесь всестороннее изложение всех трех его составных частей: диалектического и исторического материализма, политической экономии, теории научного коммунизма.

«Анти-Дюринг» – прежде всего философское произведение, Основным содержанием его является борьба за последовательный, диалектический материализм. «Либо последовательный до конца материализм, либо ложь и путаница философского идеализма, – вот та постановка вопроса, которая дана в каждом параграфе „Анти-Дюринга“», – подчеркивал Ленин.

При жизни Энгельса «Анти-Дюринг», помимо первоначальной публикации в газете, трижды издавался отдельной книгой. Кроме того, в 1880 году по просьбе Поля Лафарга Энгельс переработал три главы своей книги в самостоятельную популярную брошюру «Развитие социализма от утопии к науке». Лафарг перевел ее на французский язык. Четыре издания ее общим тиражом около 20 тысяч экземпляров еще при жизни Энгельса вышли на немецком языке. Тогда же она была переведена на многие европейские языки, в том числе и русский, и получила самое широкое распространение. «Полагаю, – с гордостью отмечал Энгельс, – что ни одно социалистическое произведение, не исключая даже нашего „Коммунистического манифеста“… и „Капитала“ Маркса, не было столько раз переведено». А Маркс назвал эту работу своего друга «введением в научный социализм».

В нашей стране за 50 лет Советской власти «Анти-Дюринг» был издан 71 раз на 21 языке: русском, украинском, латышском, грузинском, казахском, татарском, уйгурском и других – общим тиражом 2.615.000 экземпляров.

В 1961 году в составе 20-го тома второго издания Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса была осуществлена новая русская публикация «Анти-Дюринга». В перевод работы Энгельса было внесено несколько тысяч уточнений, начиная от чисто стилистических и кончая весьма существенными, серьезно уточняющими смысл. К тексту Энгельса в этом издании дано около 250 примечаний, что является наиболее подробным комментарием из всех существующих. Очень подробный предметный указатель раскрывает теоретическое богатство этого замечательного произведения. Дважды, в 1966 и 1967 годах, Политиздат выпустил отдельные издания книги Энгельса, полностью воспроизводящие текст и научно-справочный аппарат 20-го тома Сочинений Маркса и Энгельса.

Книга Энгельса выполнила свою великую историческую задачу – она способствовала теоретической победе марксизма в рабочем движении. Миллионы людей учились и учатся по ней основам революционной теории.

[177]

Если попытаться совершенно кратко определить главную теоретическую заслугу Маркса, то можно сказать так: он создал теорию научного коммунизма. Такое упрощение имеет определенное raison d’^etre. В системе взглядов Маркса теория научного коммунизма – это не просто одна из составных частей марксизма. Это та часть, которая служит как бы имманентной целью всей системы и которая увенчивает ее. По этой вершине можно в известной степени судить и о всей системе марксизма в целом.

Теоретический подвиг Маркса можно резюмировать и несколько иначе: он превратил социализм из утопии в науку. Но для этого, как неоднократно указывал Энгельс, необходимо было совершить два великих открытия: создать материалистическое понимание истории и теорию прибавочной стоимости. «Подобно тому как Дарвин открыл закон развития органического мира, Маркс открыл закон развития человеческой истории… Но это не все. Маркс открыл также особый закон движения современного капиталистического способа производства и порожденного им буржуазного общества». «Этими двумя великими открытиями – материалистическим пониманием истории и разоблачением тайны капиталистического производства посредством прибавочной стоимости – мы обязаны Марксу. Благодаря этим открытиям социализм стал наукой…» [178]

Это принципиально важное указание Энгельса дает ключ к правильному пониманию структуры марксизма и периодизации его истории. Оно дает ключ и к правильному пониманию места материалистического понимания истории в системе теории марксизма.

Материалистическое понимание истории есть созданная Марксом наука об общих законах развития человеческого общества, подобно тому как марксистская политическая экономия, ядро которой составляет учение о прибавочной стоимости, есть прежде всего наука о законе движения капиталистического способа производства. Не касаясь пока вопросов о соотношении, с одной стороны, материалистического понимания истории и диалектико-материалистической философии в целом и, с другой стороны, материалистического понимания истории и марксистской политической экономии, отметим здесь лишь следующее. Материалистическое понимание истории и теория прибавочной стоимости выступают как необходимые теоретические предпосылки и основы научного коммунизма. Первое – это непосредственная общефилософская основа, а вторая – это конкретно-экономическая основа теории научного коммунизма. Поэтому в истории марксизма создание материалистического понимания истории выступает как исторически и теоретически первое, философское или социологическое, обоснование теории научного коммунизма. Таково в самой общей форме историческое место и значение первого великого открытия Маркса, место его в истории марксизма.

Совершенный Марксом революционный переворот в понимании истории имел своей имманентной конечной целью не чисто теоретическое познание законов истории, а познание их ради сугубо практической задачи изменить мир. Материалистическое понимание истории есть первое научное обоснование коммунистического мировоззрения.

Превращение социализма из утопии в науку – это весьма длительный и сложный процесс. Он охватывает период более чем в два десятилетия и, можно условно считать, завершается выходом в свет первого тома «Капитала» [179] . Выработка материалистического понимания истории – составная часть этого процесса. Но она имеет собственные, особые стадии формирования и развития, которые не вполне совпадают с периодизацией общего процесса. Вернее сказать, это совпадение осуществляется не непосредственно, а лишь в конечном счете.

Для того чтобы возможно было проследить процесс возникновения и развития какого-либо явления, необходимо предварительно иметь хотя бы самое общее представление об этом явлении. Значит, прежде всего необходимо определить, на что должна быть направлена наша «следящая система», процесс возникновения и развития чего должны мы прослеживать, что такое, в самом общем виде, материалистическое понимание истории.

Чтобы понять историю предмета, надо в определенной степени знать теорию предмета. И наоборот: понимание истории предмета приводит к более глубокому овладению теорией предмета. Здесь имеет место взаимодействие. Чтобы понять процесс становления материалистического понимания истории, необходимо ясно представлять себе, что такое это материалистическое понимание истории уже в развитом виде. «Анатомия человека – ключ к анатомии обезьяны. Наоборот, намеки более высокого у низших видов животных могут быть поняты только в том случае, если само это более высокое уже известно» [180] .

Итак, необходимо прежде всего уяснить сущность той концепции, историю возникновения и развития которой мы намерены проследить. В какой же момент ее долгой истории необходимо наблюдать эту концепцию, чтобы схватить самые общие и самые существенные ее черты? По известному правилу диалектики – в тот момент, когда она выступает в классически чистом виде [181] . Для материалистического понимания истории такой момент в истории марксизма – датированное январем 1859 г. [182] предисловие Маркса к его книге «К критике политической экономии». Это – факт в сущности настолько очевидный, что он не требует доказательств. Он обладает, можно сказать, самоочевидностью аксиомы.

Это предисловие Маркса, развитая в нем концепция и будет тем основным наблюдательным пунктом, с которого мы будем рассматривать весь процесс возникновения и развития материалистического понимания истории. Содержанием этого предисловия мы будем постоянно – явно или по существу – измерять степень зрелости тех или иных идей и высказываний, меру дальнейшего развития классической концепции образца 1859 г.

Концепция, классически сформулированная здесь Марксом, есть прежде всего концепция материалистического понимания истории. Это самоочевидно. Менее очевидна, но для исследования генезиса и развития этой концепции не менее, а быть может даже и более важна следующая, более конкретная характеристика этой концепции. Присматриваясь к содержанию ее, можно заметить, что это как бы двуплановая концепция. Материалистическое понимание истории – это одновременно и концепция общих закономерностей общества и концепция общих закономерностей истории. Это концепция того, как функционирует общество на данной ступени его развития и как развивается общество в ходе исторического процесса. Это одновременно теория общества и теория истории. Одним словом, ради наглядности и краткости несколько упрощая и схематизируя суть дела, можно сказать, что предмет материалистического понимания истории – это структура общества и периодизация истории [183] . Когда здесь, в рассматриваемом предисловии, Маркс определяет функциональные связи: производительные силы – производственные отношения – политическая надстройка – формы общественного сознания, – он формулирует одну сторону своей концепции. Когда здесь, в 1859 г., Маркс определяет понятие экономической общественной формации и выясняет последовательные ступени развития: азиатский, античный, феодальный, буржуазный способы производства, – он формулирует другую сторону той же концепции.