Чтение онлайн

Между тем медицинская статистика показывает, что высокая смертность в России зачастую объясняется поздней диагностикой. Подтверждением этому служат и факты, приведенные Владимиром Юрьевичем Муравьевым:

— В свое время нам удалось провести своеобразные «дни открытых дверей». Любой желающий «с улицы» мог пройти эндоскопическое обследование без очередей и направлений. Мы осмотрели около трех тысяч желающих провериться. Результаты удивили даже меня. У четырнадцати человек был обнаружен рак на ранней стадии развития, у двоих — запущенные опухоли. А также мы нашли множество гастритов и восемьдесят три язвы желудка. Подчеркиваю — все эти диагнозы явились для большинства пациентов полной неожиданностью!

Многие проходили через эту не очень приятную процедуру (ФГДС) — глотание «кишки» — зонда и помнят, как доктор заглядывал в наш желудок одним глазом через окуляр. Более современные гастроскопы оснащены монитором, и все, что происходит у нас внутри, врач видит на экране телевизора. Владимир Юрьевич говорит, что за техническими разработками в этой области невозможно угнаться:

— Наш онкоцентр идет в ногу с ведущими клиниками России и Европы. Вместе с эндоскопией мы применяем различные вспомогательные методы — это морфологические исследования. Сюда относятся гистология, цитология, применение контрастных красителей (индиго, кармин, раствор гликоля) и многое другое. Все это позволяет приблизить надежность данного метода диагностики к ста процентам. Но и при этом я каждый раз испытываю особое профессиональное волнение при виде новых эндоскопических разработок японцев. То, что они творят, это чудеса какие-то!

Может быть потому, что в Японии и рождаются последние новшества в эндоскопии, люди там более ответственно относятся к этой процедуре. В этой стране каждый человек, возраст которого свыше сорока лет, обязательно проходит эндоскопическое обследование раз в год. А те, кому за шестьдесят, каждые полгода посещают эндоскописта.

— Эти меры оправдывают себя, — говорит профессор Муравьев. — Если бы наши люди своевременно и регулярно приходили на осмотр, все тяжелые болезни, в том числе и рак желудка, мы обнаруживали бы на ранних стадиях. А это означает успешное лечение и долгую жизнь. У меня есть пациенты, которые после раннего обнаружения рака желудка и своевременной операции живут и по 25, и по 30 лет. Живут столько, сколько хочется. Они ведут активный образ жизни: один из них — музыкант, другой — преподаватель физкультуры. Мы даже стали приятелями. Нередко мои пациенты становятся мне друзьями.

Владимира Юрьевича Муравьева знают все — кто как прекрасного специалиста с широкой душой, кто как талантливого исполнителя бардовских песен, а кто как отличного друга. Всегда и везде он выполняет свои функции стопроцентно.

— Как вам удается совмещать столь непохожие занятия — музыку и медицину?

— Прекрасно. Вот вам живой пример. Пришли ко мне на операцию ученики медицинской академии. Передо мной экран, на котором виден желудок пациента и небольшой полип, который я буду удалять. Сзади меня расположилась группа. Я начинаю операцию, и вдруг неожиданно звонит телефон. Это товарищ предупреждает о том, что по телевизору транслируют фестиваль бардовских песен, в котором я принимал участие. Редкая удача — я давно хотел послушать тот концерт. Ассистент включает телевизор, и я, не позволяя себе оторвать глаз от рабочего экрана и взглянуть на концерт, продолжаю оперировать и рассказывать ученикам — это вот, мол, ребята, выступает мой товарищ, прекрасный бард, а это вот полип — его надо вырезать. И тут по телевизору объявляют — Владимир Муравьев. Выхожу я и начинаю петь. К счастью, у одного из моих слушателей оказался с собой фотоаппарат. Это уникальный снимок — я с экрана телевизора пою самому себе, оперирующему пациента. Фотография теперь висит в моем кабинете как бесспорное доказательство того, что можно совмещать приятное с полезным.

Целый день с семи утра и до семи вечера в кабинет, не двери которого висит табличка «Профессор В. Ю,Муравьев», длинные очереди. Люди едут со всех краев республики. Для многих доктор Муравьев — последняя надежда, и он не может ее обмануть. И потому с утра до вечера он смотрит, ставит диагнозы, лечит, оперирует. Стоит Владимиру Юрьевичу выйти из кабинета, как его тут же обступают люди — они смотрят на него как на спасителя, они верят в него. И мало кто замечает, что и доктору иногда бывает плохо. Недавно профессору Муравьеву провели в Москве сложную операцию — шунтирование сердца. Провел ее блестяще тот самый знаменитый хирург Ринат Сулейманович Акчурин, который когда-то делал аналогичную операцию Борису Николаевичу Ельцину. Операция эта не из дешевых, но Владимиру Юрьевичу не могли не помочь. Ведь сам он никому и никогда не отказывает:

— Я хочу выразить огромную благодарность и признательность мэру города Казани Камилю Шамильевичу Исхакову, — подчеркивает Муравьев, — за то, что помог организовать эту операцию в Москве. Также это было бы невозможно без участия Олега Викторовича Морозова — депутата Госдумы. Отдельное спасибо за поддержку всему родному коллективу онкодиспансера во главе с профессором Р. Ш. Хасановым.

Думается, что все пациенты профессора Муравьева присоединяются к этим словам. Впереди его ждет еще много неоконченной работы, запланированных дел. Столько больных еще сидят в очереди к Владимиру Юрьевичу! Они знают, что он обязательно им поможет, и молятся за его здоровье.

«Парк здоровья», 24 февраля 2007 г.

Мама. Ее энергия неиссякаема, М. Герасимова

В канун всеми любимого весеннего праздника 8 марта мы решили написать об уникальной женщине, волновавшей и волнующей по сей день сердца людей своей красотой, изяществом и целеустремленностью, а также тем, что подарила миру замечательного человека, доктора Владимира Муравьева — Стелле Владимировне Писаревой.

Сегодня «Парк здоровья» беседует с сыном Стеллы Владимировны — заслуженным врачом Российской Федерации и Республики Татарстан, главным эндоскопистом Министерства Здравоохранения РТ, профессором и известным бардом Владимиром Юрьевичем Муравьевым.

— Владимир Юрьевич, Вы знамениты, интеллигентны, умны и образованы, я полагаю, что кони из детства. Что в первую очередь из духовного и интеллектуального богатства подарено Вам Вашей мамой, Стеллой Владимировной?

— Любовь к музыке, поэзии, чтению привила мне мама. За день до того, как я родился, она слушала в театре оперетту Кальмана. Вместе с ней я начал петь песни в школьные годы. Она аккомпанировала мне на пианино на всех моих выступлениях в оперном театре, Качаловском, на телевидении, которое тогда, в 60-х, только зарождалось. Это мама привела меня за ручку в музыкальную школу.

Мама до сих пор не пропускает ни одного концерта бардовской песни. Она дружит с Александром Дольским, Сергеем Никитиным, Борисом Вахнюком — известным бардом и одним из основателей радиостанции «Юность» и журнала «Кругозор». Я помню, как он однажды прилетел на ее день рождения и подарил ей стихотворение:

«Да, юбилей,

Но в чем же дело?

И я желаю одного –

Как можно дольше

Будьте, Стелла,

Сестрою друга моего!»

«Друг» — это я, хотя Вахнюк гораздо старше меня. В доме моей мамы бывали Евгений Долматовский, Марк Лисянский, Михаил Светлов, Турсен Заде и многие другие известные музыканты, поэты, актеры. Здесь всегда царили и поэзия, и музыка.

— Уже 40 лет Вы и врач, и бард. Стать медиком это тоже совет от мамы?

— А вот медицину я уже выбрал сам, хотя пример брать было не с кого — в нашей семье никогда не было врачей. Не так давно я и свою старшую дочь уговорил пойти в медицинский университет. А вот младшая отказалась, категорично заявив мне, что на нашу семью двух врачей достаточно.

— Стелла Владимировна — женщина, которой восхищаются все. Как Вы думаете, в чем ее секрет?

— Ее молодость — это внутреннее состояние, состояние души. Ее окружают люди на 20–30 лет моложе ее, но, несмотря на это, именно она является генератором многих идей. Ее энергия неиссякаема.

У мамы было трудное детство. В 13 лет она осталась без отца — его репрессировали. Они вдвоем с матерью, моей бабушкой, долго скитались по углам, прячась от НКВД. В 1942 году их эвакуировали с Украины в Казань. Здесь она окончила университет, в котором с самого начала занималась общественной деятельностью, была членом комитета комсомола. Ее неутомимость — из университетской юности.