Чтение онлайн

Первой завезли даму – она вышла в каком-то районе, напоминавшем стандартные застройки из фильма «С легким паром».

– Скоро до Ладожского? – спросил у водителя один из близнецов (тот, который поинтеллигентней)

– Через двадцать минут довезу.

Отпуская такси, близнецы кивнули ему, как старому знакомому. На него же напал столбняк: он никак не мог решить – идти открыто за ними или подождать.

– Вам плохо? – поинтересовался близнец , который поплотнее.

– Я жду… знакомого. Вот, жду… – зачем-то сказал он.

– Не этого случайно?

Он посмотрел направо, куда кивнул близнец . Заперев свою «Волгу», в их сторону шел, поигрывая ключами, тот самый частник.

– Ты чего мне голову морочил? Я двух клиентов из-за тебя не взял, бля… – угрожающе надвинулся частник.

– Осторожней с выражениями! – пискнул интеллигентный близнец.

– Что ты знаешь?! А ну пшел отсюда!

– Да-да, – китайским болванчиком закивал он. – Я сам разберусь. – И, вытащив портмоне, стал неловко отсчитывать сотни и пятидесятки.

– Ты сказал, «двойной» счетчик, – нарочито прорычал водила. – Я тебя за язык не тянул.

Когда он избавился от обнаглевшего барыги, близнецы уже растворились в тумане.

«Вот и все! – ахнул он, крутя головой. – Упустил…»

– …вы не знаете? – на него смотрела долговязая девица с объемистым чемоданом и унылым лицом.

– Что?! Вы мне? – ошарашенно спросил он. – Нет, не знаю…

Девица прошла дальше, таща тяжелую поклажу, и теперь обращалась к мужику у красной «ауди»:

– Где тут камера хранения, а?

– Здание вокзала, вход слева.

Он очнулся: камера хранения ! То, о чем говорил заказчик. Вот болван, сразу не догадался! И припустил, обогнав девицу с чемоданом.

Едва он добежал до входа, как в проеме столкнулся… с близнецами .

– Все в порядке? – вежливо поинтересовался один из них.

Не дожидаясь ответа, оба направились в сторону вокзальной площади. В их руках были те же дорожные сумки плюс какой-то замызганный рюкзак. Он мог дать голову на отсечение, что до этого рюкзака у них не было.

Медленно и решительно он двинулся за близнецами , не зная еще, как и где сможет экспроприировать рюкзак. Решение пришло мгновенно, когда парни подошли к ряду телефонных будок. Или сейчас, или никогда, сказал он себе.

– …не могу, ма! Да! С вокзала! У нас сотовые сели без подзарядки, – чуть ли не кричал в трубку один из близнецов , пока второй придерживал дверь открытой.

– Я пока займу очередь на такси, – сказал второй первому и, размахивая сумкой, побежал к стоянке. Рюкзак стоял на заплеванном полу таксофона и «объект», кивая незримому собеседнику в трубке, отбивал такт ногой. Прямо по рюкзаку.

«Надеюсь, ничего там бьющегося нет», – подумал он. Затем вытащил из кармана пустую холщевую сумку, нащупал в своей поклаже баллончик с дихлофосом, сковырнул крышку и быстро распахнул дверь таксофона.

– Мне еще один звонок надо сделать, – просительно сказал ему близнец , держа трубку на отлете. – Максимум…

Он не дал ему договорить и, прижав к своему лицу скомканную ткань, выпустил ядовитую струю из аэрозоля. В следующую секунду он, задержав дыхание, бросил рюкзачок в нутро вмиг разбухшей сумки и, не глядя по сторонам, пошел в сторону стоянки.

– Садись, подвезу! – из окна джипа на него с усмешкой смотрел «заказчик».

– Вы?!

– Не стойте столбом. В машину!

…Минут через сорок джип затормозил.

– Московский вокзал… Снова?!

– Ну да! Дело вы выполнили безупречно. С моим рюкзаком все в порядке. Езжайте домой, отдыхайте. Да, чуть не забыл: вам полагается премия. – Он протянул скрученные резинкой американские купюры. – Здесь еще пять тысяч.

…В первую очередь он подлетел к кассам и взял билет до Пятигорска. А теперь хорошо бы пообедать (или поужинать?). Реклама кафе «Столичное» обещала шашлыки из осетрины и натуральный кофе. Заняв столик у окна, он краем глаза заметил некое движение: за соседним, накрытом деликатесами, столом сидел тот самый водила-барыга. Его глаза сузились в настороженном прищуре.

Он же невозмутимо кликнул официанта и громко обратился, показывая на барыгу:

– Он оплатил заказ?

– Не-е-т, еще нет… А что, собственно говоря…

Барыга начал приподниматься, судорожно дожевывая веточку петрушки.

– Ты сюда слушай, а не вопросы задавай. Его счет принесешь мне – я оплачу. Ну! Что стоишь, неси и мне свою осетрину, и все такое…

Барыга ошарашенно опустился на стул и машинально стал жевать другую веточку петрушки. Следующей жертвой его нервной разрядки оказались оливки, которые он стал бросать в рот со скоростью пулеметной очереди.

Арсений

Пятигорск, 25 апреля

Утром позвонил Мармаров. Ребята уже у него, ждут меня и Майю. Через полчаса я уже входил в его апартаменты.

Майя меня опередила. А еще через двадцать минут, со слов Вольдемара, я в деталях узнал о петербургском обломе: рюкзачок, набитый валютой, увели прямо из-под их носа – экспромтом корявым и пошлым, но, увы, успешным. Ребятки даже не успели пачки пересчитать.

На Лодика было страшно смотреть – во всем он винил себя, если бы не благая идея – сделать звонок маме…

«Вот так мы все, – подумалось мне печально, – благими намерениями мостим себе дорогу в никуда».

– Взяли бы тачку и прямиком заехали к твоей матушке, – подлил в огонь масла Вольдемар. – Там бы и сотовые подзарядили и пообедали…

– Ты же сам говорил, что никуда заезжать не будем, чтобы не рисковать, – вяло огрызнулся Лодик.

– Да уж, не рискнули… – вздохнул Вольдемар.

– Володя! – обратилась Майя то ли к брату, то ли к другу (оба понуро сидели рядышком на диване). – Неужели вы не поняли – за вами следили ! И кто его знает, чем бы закончилась эта история, если не тот ваш спасительный звонок. Страшно подумать…

– Весьма рассудительно, – поддержал ее Мармаров.

Но Майя поддержку не приняла:

– Заморочили Лодику голову – «большие возможности», то-се, разные там коврижки на подносе, – тихо бурчала она…

– Не бухти, сеструха, «на коврижки» мы заработали, – усмехнулся Вольдемар, вытаскивая из кармана две тугие пачки «зелени». – Знал бы, что так выйдет, вытащил бы из рюкзачка больше. И Лодик с таким же уловом…

– Так что панихиду устраивать нечего, – бодрым голосом подытожил астролог, глядя на Вольдемара и Лодика. – Кстати, у меня к вам пара вопросов: не стыкуется кое-что в результатах моих ночных бдений. – Он указал рукой на письменный стол, где аккуратной стопкой лежали чистые листы бумаги, ручки, остро-заточенные цветные карандаши, какие-то таблицы и чертежи с астроформулами. – Но вначале путешественники примут душ и приведут себя в порядок, а Майя поможет мне накрыть стол – пора всем подкрепиться.

Майя отправилась на кухню.

– Я – в ванну, – с понурым видом поднялся Лодик.

Поймав мой взгляд, Мармаров только вздохнул:

– Судя по планетарным аспектам, Лодик должен прыгать до потолка.

– Ага, – подумал я, – чтобы повеситься…

– Что-то здесь не стыкуется, – задумался астролог.

– As for me, я был бы безмерно рад такому «пустячку», как двадцать тысяч долларов, – мечтательно улыбнулся я и уже серьезно добавил: – Это все последствия стресса, Михаил Данилович. Не волнуйтесь. Отоспится, поест, а завтра будет как огурчик и еще плясать станет от радости. Тем более Майя не даст его хандре застояться.

Карта сокровищ

Не прошло и минуты, как в гостиную вернулся Лодик – без футболки и босиком. Лицо его осветила глуповатая улыбка. В руке он держал измятый прозрачный файл с какой-то бумагой.

Тут подошла Майя и вырвала из его руки файл:

– Что это?

– Из того рюкзачка. Лежало сверху. Я тогда сунул в носок, – еще шире улыбнулся он. – Только сейчас и вспомнил, когда раздевался, – добавил Лодя, глядя на свои босые ноги.

– И мне не сказал?! – обиженно протянул Вольдемар, разглядывая вместе с Майей находку.

– А когда? От стресса на привокзальной площади я и себя забыл. И носки не снимал двое суток, – еще шире растянул улыбку Лодя.

– Такие подробности можно опустить, – заметил Мармаров, беря из рук Майи уже вытащенный измятый листок. Расправив его на столе, Мармаров оживился: – Ого! – 1830-й год, раритет… Я зачитаю вслух.

Мы окружили севшего за свой рабочий стол Мармарова и, внимая ему, разглядывали пожелтевшую от времени находку.